6. Шторм

– Оль, слава богу, ты приехала, – Петрович махнул рукой выходящей из машины Ольге.

– Что? Очередная любовная лодка разбилась о рифы непонимания?

– Разберешься, – Петрович, лукаво улыбаясь, затянулся и протянул Ольге пачку сигарет, – по крайней мере, теперь я уверен, что сырный суп не будет снова пересолен, а курица будет в меру промаринована. Да и девочки перестанут искать несуществующие пятна на скатертях и по сто раз перестилать столы.

– Нет, я – свои, – Ольга достала из сумочки сигареты и споро выдернула одну из пачки. Затянулась и только после этого снова заговорила с Петровичем. – Интересно, что ж у нее там? Вчера была еще такая счастливая. Вся радостью переливалась. Ладно. Разберемся, утешим, успокоим. Ты прав, не впервой.

Докурив, Ольга вошла в зал через служебный ход. Картина не блистала замысловатостью. Надюха расхаживала взад–вперед по залу, перед ней  стайкой сбились ее “ненаглядные девочки”, с обреченным видом переживающие очередную «бурю в стакане».

– Надежда Васильевна, Вас можно отвлечь? – Надин обернулась, а девочки мгновенно заулыбались. Всё! Для них гроза закончилась. Они любили свою хозяйку. В обычное время она была улыбчивой и всегда понимала, когда людям нужна ее помощь. И накрывало ее нечасто. Но, каждый раз – феерично, поэтому “девочки и мальчики”, работавшие с ней  со дня открытия, знали – бурю надо пережить.

– Надежда Васильевна, Вы меня обедом не угостите? В своем кабинете? – Ольга подмигнула и повернулась в сторону подсобных помещений.

– А что, как обычно, за столиком, тебя не утраивает? – протянула Надька. Она была похожа на, вставшую «листом перед травой» и удивленно косившую глазом, Сивку–Бурку.

Встряхнув головой, опять же – как лошадь гривой, Надюха уже спокойным голосом изрекла:

– Петрович, нам как обычно. И сырный суп не забудь!

– Так он же пересолен!

– Кто сказал? – и Надежда Васильевна изогнула бровь в притворном удивлении и величественно понесла свое шикарное тело в сторону кабинета. А тело у нее было действительно шикарное. Случайно забредя в ее ресторан, и однажды разглядев ее умопомрачительный бюст, мужчины становились постоянными посетителями. Некоторых это не устраивало, и они начинали “штурм цитадели”. Кто–нибудь помнит не взятую штурмом или длительной осадой цитадель? Да и «цитадель» любила эту игру, умело отыгрывая всё по учебнику «Стратегия и тактика взятия крепостей». Кто–то получал ключи от города, а кому–то приходилось платить. Причем и контрибуция, и репарация почему–то доставались павшей крепости.  

– Ну? По какому поводу построение на плацу? Только мне не вкручивай про то, что клиент должен быть потрясен и ошеломлен.

– И клиент – тоже, – Надя, присев в кресло напротив Ольги, протянула руку к сигаретнице, отщелкнула сигаретку и прикурила. Откинувшись на подголовник, устало закрыла глаза, и выдохнула струйку дыма.

– Уставший дракон на отдыхе, – рассмеялась Ольга, – ну, колись, что? Из–за работы ты бы так не искрила.

– Конечно, нет…

В кабинет зашла девочка с подносом и быстро сервировала журнальный столик, по обе стороны которого сидели подруги.

– Может? – Надя выразительно повела глазами в сторону барной стойки, видимой в проеме двери.

– Нет. Я за рулем. Рассказывай, давай!

– Оль, кажется, мне Федька мозг парит.

– То есть – парит? Пообещал жениться и не женится? Пообещал круиз по Средиземноморью и не везет? Или? Ты, по–моему, ни на что подобное и не рассчитывала. Или рассчитывала?

– Ты чё, дура? Какой – замуж? Какое – Средиземноморье? Я же не вчера родилась! Да и не пойду я больше замуж! Оль, ты вот, когда с Магой встречалась, ты как к его жене относилась?  – вдруг спросила Надька, пристально вглядываясь в лицо подруги. На какое–то мгновение Олино лицо стало похоже на посмертную маску, потом ресницы дрогнули, возвращая жизнь лицу.

– Что ты хочешь знать? – голос остался спокойным, вот только каким–то безжизненным, как звук игры ветра бамбуковой занавеской.

– Оль, ты ревновала Магу?

– Нет.

– Нет?

– Нет, – Ольга вытряхнула из своей пачки  «кентушку» и прикурила, – Надь, понимаешь, когда ты любовница… – да не перебивай, я помню, он всегда говорил – любимая женщина, но это ничего не меняет в сути. Если женщина занимается сексом с мужчиной, который не является ей мужем, в глазах общества – она … да что я тебе рассказываю, ты это сама многократно проходила…

– Ты не ответила, – Надя заерзала в кресле, устраиваясь поудобнее. Туфли отлетели в сторону и, поджав ноги, она наконец–то затихла, – ты ревновала к жене?

– Нет.

– Но, ты же не могла не представлять, как он с ней… Ну – живет.

– Зачем? Там, где нет меня – то их мир, я никогда не хотела его разрушать. Там, где я и он, это – наш мир. И я не хочу его разрушать.

– Ты говоришь в настоящем времени, – брови Надюхи удивленно поползли вверх.

– Оговорилась – он разрушил этот мир. Пока они не пересекались, оба мира были живы. Если пересеклись, то кто–то должен  уйти. Я выбрала себя… Так что там у тебя? Что Федька?

– Да, ну его! Одна там ему названивает постоянно… А  у него даже голос меняется! Весь такой – мурлыкающий мартовский кот! Мур–мур–мур!.. И глазки так, аж светятся! А я спрашиваю: «Кто?»,  он глаза закатывает и что–то там про налоговую нести начинает.

– Надя, ты себя видела, когда ты с Ростехнадзором общаешься? Ты же похлеще мартовской кошки выгибаешься.

– Я? Так я же для дела!

– Так и он, может – для дела.

– Но я, как кошка, не выгибаюсь же при нем…

– Значит он честнее тебя и не ханжа. Ты вот, скольким посетителям в день своим бюстом перед носом водишь с одной целью – чтобы он стал постоянным посетителем твоего ресторана? Ты же на клиента смотришь так, будто обещаешь ему райское блаженство! Прямо здесь и сейчас! А отворачиваешься, и вся благодать с твоего лица сползает рваным чулком…

Она помолчала.

 – Да и не верю я, что ты все это затеяла сегодня только из–за банального –”Ему там звонит какая–то…” – передразнивая интонации Надькиного возмущенного голоса, добавила Ольга, – так в чем дело, подруга? Мне–то можешь “по ушам не ездить”…

Надька, как–то сразу расслабилась и закрыла глаза. На ее лице разлился покой и губы тронул легкий намек на улыбку. Бывает у людей такой выражение лица. За мгновение до момента раскрытия тайны… Когда сознание, распираемое изнутри тщеславием от знания чего–то неведомого остальным, больше не в силах сдерживать себя и предвкушает этот сладкий миг когда…

“Сейчас!.. Время тайны истекло! Сейчас…”

– Оля, я – беременна. Это – случилось. Я буду матерью. Понимаешь, Оль, столько лет, столько попыток, столько мужчин и …ничего. Мне – сорок три. Первая беременность. Я – буду матерью…

Ольга встала, открыла форточку, забрала у Надюхи сигарету и села в свое кресло.

Надежда молча провожала ее передвижения взглядом, пока та, наклонившись к Надькиному лицу, строгим голосом не произнесла:

– Так значит. Конечно – будешь. И я за этим прослежу! – и счастливо рассмеялась.

(Просмотров за всё время: 26, просмотров сегодня: 1 )
10
Серия произведений:

Мозаика судьбы

Автор публикации

не в сети 3 часа

Мира Кузнецова

4 173
Улыбки чужие всех джокеров суть – никто же не знает, как горек наш путь
Комментарии: 1392Публикации: 117Регистрация: 24-01-2021
Подписаться
Уведомить о
guest
4 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Dracula

Что тут сказать? Если выбирать между хорошей женской прозой и плохой мужской, то я выбираю женскую)))

1
Dracula

Лишь бы не в “Апрельские тезисы” )))

1
БФ-2 ФиналБФ-2 Финал
БФ-2 Финал
Шорты-8Шорты-8
Шорты-8
АПАП
АП
логотип
Рекомендуем

Как заработать на сайте?

Рекомендуем

Частые вопросы

4
0
Напишите комментарийx
()
x
Пролистать наверх