Рассказ №16. Праздник к нам приходит

Количество знаков : 11500

Комната была скорее комнатёнкой: никаких удобств, никаких диванчиков, никаких картин – только серость, которая поглощала до дна. Марат закурил – и начал выдыхать дым прямо в дымоход. Он играл бровями, иногда показывал странные жесты – то угрожал кому-то, то наоборот кому-то показывать знак «класс» – но это уже не приносило того удовольствия, как прежде.

Марат знал, что он – не просто последний человек на Земле, но и тот, кто хранит последнюю частичку памяти об этой неудачливой планете. Планете, которая за две целых три десятых секунды погибла, словно болезная лягушка, по которой проехали трактором.

Одиночество – это ещё не самое страшное, что может встать перед человеком в такие моменты. Самое страшное – это неполадки в нервной системе, которая разъедалась сейчас, словно кислотой.

Минуту назад Марат думал о том, что ему не хватает женского плечика, а сейчас уже думал о пользе улиток для потенции. Такие виражи его сознание проделывало по тысячи раз в день – ровно в десять раз больше, чем во времена, когда всё было по-иному.

В тот момент, когда Марат свернулся калачиком возле дымохода, он услышал стройный бас, который тут же впился в его грудь и остался там цепким паучком.

– Праздник к нам приходит, – слышался голос, от которого мозги шли набекрень. – Праздник к нам приходит…

Марат подскочил, как ужаленный, открыл черепную коробку – слава выжившим богам, код он помнил – и засунул руку в нейронную жидкость (так он её называл) и начал чесать левое полушарие. Но голос продолжал наговаривать:

– Праздник к нам приходит, праздник-праааздник…

Марат закрыл свою черепную коробку, взял увесистый лом – единственный продолговатый предмет в комнатёнке – и начал бить им по дымоходу. Он так увлёкся, что ему показалось, что он сочинил новую, хитовую мелодию.

– Сволочь, спускайся, дай моему человеческому глазу увидеть человека! – проорал Марат так, что черепная коробка сама собой открылась.

Он снова её закрыл, на этот раз, для надёжности, сразу на три замка. И снова прокричал туда, откуда задувало человеческим теплом – самым ценным ресурсом, который только может быть.

– Спустись же ко мне, чёрт поганый! – проорал Марат, замер и прислушался.

Кто-то чиркал зажигалкой и смачно ругался. Марат чувствовал этот запах – запах свеч от геморроя и мяты, за которую он бы сейчас жизнь отдал.

Пять минут, десять, двадцать от пытался докричаться до того, кто нарушил его спокойствие, но тщетно – не то что зажигалкой уже не чиркали, даже воздух перестал двигаться. Тогда Марат прислонился к стенке, сполз по ней и закрыл свои глаза, цвет которых он уже не помнил.

Вот сволочь этот Павел Павлович! Он обещал Марату подземный дворец, в котором парень смог бы воплотить свои самые смелые фантазии – например, съесть пиццу с улитками, исчезнувшими с планеты ещё пять тысяч лет назад. Марат повёлся, как школьник, активировал биологочическую бомбу, выращенную в нём с рождения, и… Земля погрузилась в вечную тьму.

– Праздник к нам приходит, – услышал Марат снова, сплюнул и покрепче взял лом.

– Я тебе сейчас покажу, какой праздник и к кому приходит! – крикнул он, ударил со всего маха по дымоходу – и оттуда повалил дымок.

Марат засунул голову туда, глянул вверх – и ему на лоб капнула синяя жижа. Марат залез ещё глубже, и как только он целиком оказался в этой трубе, дверца, ведущая в комнатёнку, закрылась так, что чуть не откусила пальцы парня.

Марат запаниковал, закусил губу, прислушался, и через пару секунд решил: «пора покидать свою нору».

Он провёл здесь больше десяти лет. Раньше тут были часы, секундная стрелка которых двигалась медленно, словно желая его доконать. Когда часы исчезли (он так и не нашёл причину исчезновения), время отсчитывать приходилось в уме. Когда прошло десять лет, Марат решил, что поэкономит силы для того, чтобы решить какую-нибудь архисложную задачу человечества.

Он уже знал, что бога нет, знал, что Земля – единственная обитаемая планета. К этому его привели умозаключения, расписанные на тысячи страниц.

Через дымоход Марат уже пытался сбежать – лет семь назад. Он полз несколько суток, пока не понял – дымоход бесконечный, как и обещал профессор Павел Павлович. Пришлось возвращаться, чтобы не провести всю жизнь в этой трубе.

Но сейчас Марат был настроен сверхрешительно – он доползёт до конца, даже если на это понадобится двадцать лет. Оказавшись у первого поворота, Марат замер: снова кто-то чиркал зажигалкой. Он даже перестал дышать, чтобы не спугнуть чужака.

Вдруг послышался тот же стройный бас, но теперь он исходил со стороны комнатёнки, которую Марат покинул:

– Праздник к нам пришёл, к нам пришёл, – говорил кто-то уже ставшим противным басом.

Марат ринулся назад, к комнатёнке. Как только он увидел дверцу, отделявшую его от ставшего привычным до зубного скрежета убежища, он приложил ухо к этой дверце.

Чиркала зажигалка, слышались шаги – тяжёлые, важные и точно человеческие.

– Кто ты?! – заорал Марат так, что аж стрельнуло в ухе. – Кто ты такой?!

– Праздник к нам приходит, – услышал Марат и обрадовался человеческому присутствию.

Он начал стучать, барабанить, вгрызаться зубами в эту дверцу, чтобы ему открыли. Он мычал, чавкал, плевался, издавал звуки. Пытался уговаривать, говоря что-то вроде «да открой же ты!» или «я покажу тебе, где спрятана надувная девка!», но на той стороне молчали.

Марат решил, что останется здесь спать. Дуло так, что шея уже не чувствовалась, было холодно, но на душе был покой. После двенадцати лет Марат встретил человека, целый, можно сказать, мир впечатлений, которые осветят его бесцветную жизнь, словно факел.

Он уже начал засыпать, как услышал, как хрустят орешки. Да ведь это те самые орешки, которые он оставлял для мышки, которая теоретически могла завестись.

– Не трожь орешки! – прокричал Марат, и чьи-то челюсти начали орудовать ещё усерднее. – Возьми лучше сухари – они под дном холодильника.

К звукам жевания орешек примешались и громкие «хрумст». Марат начал растирать глаза, чтобы не заснуть и насладиться присутствием человека чуть дольше.

– Возьми ещё активированный уголь! – посоветовал Марат. – Лучшего средства, чтобы успокоить желудок на ночь, ещё не придумали.

Послышалось, как надрывается бумажка. А затем громкое «хрясчт!».

Марат улыбнулся – как же приятно заботиться о человеке, пусть и о незнакомом. Раньше, когда ещё на Земле всё было тип-топ, Марат ненавидел людей, даже своих родственников. Сейчас же он начал бы целовать ноги даже самому большому негодяю.

Слушая, как кто-то хрустит его яствами, Марат засыпал. На его морщинистом, осунувшемся, лишённом жажды к жизни лице мелькала улыбка. Это была улыбка человека, нуждающегося в людях.

*

Как только Марат открыл глаза, он сразу увидел, что дверца открыта. Резче саранчи он ринулся в свою комнатёнку и увидел, что она преобразилась до неузнаваемости.

Вместо серых стен – какие-то художества на стенках, вместо холодильника – ещё больший холодильник, вместо угрюмого ковра – настоящий ламинат. Марат чуть не свалился от счастья – настолько у него всё зачесалось в груди.

Он присел на новый диван и минут двадцать сидел, не в силах даже подумать, не говоря уже о том, чтобы открыть глаза. Наконец, когда его глаза снова открылись, он снова разинул рот так, будто бы увидел настоящее чудо.

Он робко встал, походил по комнате, и вдруг увидел записку, положенную прямо на новёхонький холодильник. Он принялся читать, замирая, когда заканчивалось каждое следующее предложение:

«Дед Мороз принёс тебе подарки. С Новым годом! И с Рождеством! Будь добрее, друг! Удачи тебе!»

Марат подскочил, как будто его укололи шилом в задницу. Снова ринулся к дымоходу, прислушиваясь к каждому-каждому звуку. Наконец, он снова залез в дымоход, перед этим выбив дверцу, ведущую в него. Он был уверен, что вернётся сюда, так же, как и в том, что больше сюда не вернётся.

Он дополз до чуть более объёмистого туннеля, глянул назад, в эту тьму, поглощённую тьмой, и пополз уже решительнее. Каждую минуту он останавливался, вслушивался, а затем полз ещё дальше.

Оказавшись возле вонючей кучи, которая была своего рода компасом, он двинулся уже влево, пока не дополз до человеческой кости. Эту кость Марат изучил вдоль и поперёк, ещё когда впервые отправлялся в путешествие по трубе.

От кости надо проползти сто-сто двадцать метров вперёд и затем, стукнувшись затылком о косяк, ползти строго влево. Это был маршрут до банной комнаты, в которой никогда не было воды, но которая чистила тело одним своим запахом.

Марат, ощутив этот приятный прелый запах, остановился. Не только потому остановился, что пришёл куда нужно, но и потому, что услышал возню. Кто-то перебирал то ли ракушки, то ли камушки. Сопровождалось всё это тихими возгласами «ай» и «ой».

Когда показался свет, Марат пополз шустрее. Высунув голову в отверстие, он стал свидетелем картины, ради которой стоило прожить всё то, что свалилось на его голову. Огромная крыса – человекоподобная, с клыками-шпалами – копошилась в мусорном бачке. А рядом с ней сидел мужчина в красной одёжке, с длинной седой бородой и с мешком на коленях.

– А-а-а-а! – закричал Марат, падая туда, в эту банную комнату.

Он грохнулся так сильно, что лишился зуба. Он попытался встать, чтобы приветствовать человека, который обязан был стать ему лучшим другом, лучшим собеседником, собутыльником, и вообще целым миром.

– Приветствую вас, человечище, – загомонил Марат, кланяясь и почти не чувствуя боли, за исключением сломанного пальца. – Как же я рад видеть человека, нет, Человека! Скажите, как вас зовут?

– Праздник к нам приходит, праздник к нам приходит, – глядя в пустоту, говорил мужчина, и странно подёргивал плечами.

Марат кинулся к нему, припал к его коленям, начал осыпать их поцелуями. Он плакал так сильно, будто бы в его глазах был целый океан нерастраченных чувств. А мужик в странной одежде повторял:

– Праздник к нам приходит, праздник, приходит, да, – гомонил он, и это молотом отзывалось в сердце Марата.

Он встал, прижал мужичишку к своей груди – и ощутил холод. Человек не может быть таким холодным, рассудил Марат.

Он покосился на громадную крысу, которая не обращала на него никакого внимания. Затем схватил мужика за руку, призывая его пойти с ним. И… рука мужика оторвалась, обнажив много рядов проводов, какие-то болты, таймеры, микросхемы.

Марат упал на грязный, пропахший хозяйственным мылом пол, и зарыдал так, будто бы ему отрезали причинное место. Прорыдавшись, выдавив из себя все эти эмоции, он встал и попытался поднять робота, который не переставал говорить: «праздник к нам приходит».

Он взвалил его на плечи и быстро скрылся в трубе. Путь до комнатёнки был неблизким, но теперь есть хоть кто-то рядом, а не только пару тараканов, с которыми даже в кости не поиграть.

*

Марат положил робота в красном облачении на кровать, сел рядом и начал слушать истории – те, которые сам же и записывал на эту болванку. Первой историей была история того, как Марат погубил человечество.

Сам того не заметив, Марат стал героем новой истории – истории о том, как человек способен одушевлять предметы, только чтобы почувствовать, что он в этом мире не один.

Шли дни, годы, десятилетия. Марат полюбил робота так, будто тот был его ребёнком, выращенным прямо под сердцем. Он часто играл с роботом в кости и ещё в десятки игр, которые только приходили на ум.

Когда Марату надоедало, он открывал свою черепную коробку и регулировал температуру своего тела. Останавливаясь на десяти градусах, он снова возвращался к роботу, садился рядом, целовал его руки и слушал истории. Когда робот заканчивал, Марат неизменно говорил:

– Ты моя бесполезная, но такая дорогая железяка!

(Просмотров за всё время: 177, просмотров сегодня: 1 )
Подписаться
Уведомить о
guest
23 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Елена Таволга

Рассказ «Праздник к нам приходит» я определила для себя как добрую страшилку. Очень добрую. В ней воплощена дорогая мне идея: человек без Бога и людей пропадет. Преступно растить молодое поколение без веры и вне гуманизма, так как в этом случае человек становится биобомбой, которая рано или поздно уничтожит цивилизацию.
Идея, как мне представляется, запрятана в своего рода жанровую матрешку – эдакую рождественскую сказку в форме апокалипсиса и в обертке сюра. Я не большая любительница подобного рода творческих продуктов (сиречь экспериментов), но этот показался мне весьма симпатичным.
Убедительно изображена метаморфоза героя, из человеконенавистника и маньячного гурмана превратившегося в преданного друга и истово верующего. Вот только в чьего друга и в кого верующего, если не осталось ни людей, ни Бога? Правильно: в ломаного-переломаного робота. Его станет герой обожать, ему станет поклоняться и целовать ноги. Однако в голове у робота то, что вложил в нее человек, а значит, робот – суррогатный друг и игрушечный бог. Раскаяние к человеку-рационалисту пришло слишком поздно. Потерянный рай, которым он не дорожил, уже не вернуть.
Образное решение рассказа мне понравилось, и особенно многозначной символикой. Это и сказочный Дед Мороз – робот, одушевляемый Маратом – человеком, превращенным в биоробота; и зловонный дымоход, представляющий собой круг ада, кишечник изуродованного мира и лабиринт больного человеческого сознания одновременно; и банная комната – что-то вроде чистилища; и зловеще-веселая песенка, напоминающая, что праздник одиночества может прийти в каждый дом; и меняющийся интерьер, отображающий внутренние подвижки героя.
Мне показалось, что идея в рассказе выражена полно и отчетливо и декларировать ее от лица автора («Сам того не заметив, Марат стал героем новой истории – истории о том, как человек способен одушевлять предметы, только чтобы почувствовать, что он в этом мире не один») излишне. Встретившиеся в тексте опечатки, как, впрочем, и некоторые спорные тропы (впившийся паучком стройный бас, или планета – болезная лягушка, или ребенок под сердцем Марата) не испортили моего впечатления от рассказа.
В целом, это запоминающийся, яркий рассказ. 👍

0
Алексей2014

“… начал выдыхать дым в дымоход” – Графа на Вас нет! “Виражи сознания” слишком примитивны, чтобы их оценивать. Пусть этим покойный док Зигмунд займётся. Впрочем, учитывая траекторию движения Голливуда вообще и Марвел в частности, у Автора есть перспективы. Сомневаюсь только в потенции.

0
Антар

Как грустно и одиноко на душе после новогоднего бухалова. Сочувствую!

0
const

Сначала подумалось мне, а откуда Марат берет все это материальное – сигареты, ломик, сухарики? Ведь первая фраза говорит о том, что в комнатенке – только серость и дымоход. А вдруг герой это все – материализует? Неполадки в нервной системе он пытается устранить чисто физически – вскрывает себе черепную коробку и ковыряется в коде (технари налево, программеры направо). Да полно, человек ли последний главный герой на Земле? Может, Марат – это аббревиатура какого-то мультиавтомата, который сам порождает себе потребности, и… реклама Кока-Колы из памяти – сам их и удовлетворят в своем разумении? Холодильник, диванчик, саблезубая крыса, и, венец сотворения одинокого сознания, – робот рождественского деда. И записанные истории – вспоминается «Терминус» пилота Пиркса, – истории того, чего давным давно нет. Может, это не Марат погубил человечество, а люди выкинули неисправный самоорганизующий автомат Марат на свалку, которая представляется поломанному сознанию, как комнатенка с бесконечным предбанником, как Чистилище, закольцованное на Лимб?

Вообще читается легко, а понимается трудно, может, там совсем другое задумывалось.

0
Аноним 14

Сложно для понимания, но задумка сделать страшную сказку достойна реализации!

0
AlekseyM

Легко читается. Интересная история о молодом человеке, несомненно молодом, который стал причиной уничтожения всего человечества. Интересны эти его физиологические особенности. Наверно я ему завидую, вот так взять, и снизить температуру своего тела, продлив тем самым срок существования. Хорошая концепция.

0
Аноним 7

Марат был человек? Тогда как он прожил эти десятки лет? Где брал еду, воду, солнечный свет? Как он выживал в этом сумрачном мире? Несколько дней проведённых в дымоходе будут череваты для организма. Но тогда может Марат робот? Эх так много вопросов и так мало ответов… А может я просто, слишком буквально всё воспринял.

0
Наташа Кашер

Биолого-чи-че-ская бомба!!!
Автор, что там у Вас с улитками?

она преобразилась до неузнаваемости.

вместо холодильника – ещё больший холодильник

😅 😅 😅 А вместо ботинок – полуботинки?

Давно я так не ржала. Нет, правда. Автор, Вы мне удлиннили жизнь. Если бы тут не было так трудно цитировать, я бы переписала сюда те фрагменты, где я дико ржала вслух, их было как минимум пять.

Похоже на Че-Че с Фантастов, правда я не помню у того такого обилия метафор…

Болезная лягушка, по которой проехали трактором.
Стройный бас, который тут же впился в его грудь и остался там цепким паучком.
Резче саранчи он ринулся в свою комнатёнку.
И наконец:

зарыдал так, будто бы ему отрезали причинное место.

А-а-а-а-а, какая прелесть! Автор писши ещо!

0
Dude

Если бы тут не было так трудно цитировать

Не пойму, в чём трудности:
1. Скопировал фразу.
2. Вставил в редактор сообщений и выделил её.
3. Кликнул по кнопке “b-quote”.

Фсё.

0
Наташа Кашер

Трудность в том, что я выделяю фразу, затем должна её “вставить”, для этого я должна покинуть текст, который читаю, и перейти вниз, туда, где мой комментарий (иногда довольно далеко – и ещё найти надо).

Главное же, что после вставления текста в комментарий – выделение текста в рассказе пропадает! Таким образом, я совершенно теряю, где была.

Поэтому, выделять и вставлять цитаты (для последующего комментирования) по мере прочтения, как это делалось, скажем на Фантастах – ну не то чтобы невозможно, но о-очень трудоёмко.

Выделить, и переписать таким способом, скажем, пять фраз подряд это уже нелогично по затраченному усилию.

0
Dude

как это делалось, скажем на Фантастах

“Фантасты” – это форум, там совершенно другая логика работы, включая процесс комментирования.
На форуме Литбеседки тоже легко цитировать – не правда ли?
На днях появилась даже дополнительная опция: появляющаяся кнопка “Цитировать” рядом с выделяемым текстом, при нажатии на которую оформленная цитата автоматически добавляется в редактор сообщений, а пользователь не теряет текст, откуда он взял цитату.

Я не видел иных механизмов цитирования в записях типа “post”, которые Вам неудобны, но Ваша мысль понятна. Попробую узнать у техников, что здесь можно сделать.

0
Наташа Кашер

Я понимаю, я просто упомянула, что есть трудность объективная, может это и лучше, что не так легко текст рассказа на цитаты разложить по косточкам.

0
Dude

Например, на популярном нынче сайте Автор.Тудей цитировать текст вообще невозможно: там не работает правая кнопка мышки для выделения текста при копировании.

0
Александра Эме

Страшная сказка, но не страшно совсем, два робота, с проводками в голове. Печалька.

0
Если

Хм-м… ну, я даже и не знаю. Вполне себе эдакая рождественская сказочка.
У меня только два вопроса.
Зачем роботу свечи от геморроя?
И почему таки дымоход, а не, скажем, вентиляционная шахта?
Или это такой жирный намёк на Санту, ползающего по трубам…
Дымоходы всё-таки подразумевают наличие каких-то горючих приборов и обилие копоти на стенках… А тут уж скорее вентиляция…

0
tigra

Как-то так себе. Написано, вроде, неплохо, но нет идеи, нет развития, есть несостыковоки. Один день из жизни Марата длинною в жизнь. Мне почему-то вспомнился Обломов)

0
Аноним 1

праздник к нам приходит?автор кока-колы перепил,когда писал? а так,неплохо,но есть куда развиваться.

0
Skorovin

“Марат закрыл свою черепную коробку, взял увесистый лом – единственный продолговатый предмет в комнатёнке”… 🙂 Почему-то показалось, что Марат – это родственник героя “Пробочных эффектов”. Уж очень они чем-то похожи.
Образ про лягушку – эм… Спорно.
Не понравилась концовка. Словно автор решил сделать выводы за читателя, но в финале сделать ход конём, вставив откровенно дурацкую реплику, после которой так и хотелось спеть” парам-парам-пам, фиуууу”. Ералаш какой-то, короче. Не в обиду автору.

0
Наташа Кашер

“Пробочных эффектов”

😀

Ералаш какой-то, короче. Не в обиду автору.

Забавно, но мне почему-то кажется, что Вы – автор этого… Но нет, показалось наверно.

0
Аноним 0

Я может неправильно понимаю смысл существования рассказов. Они должны быть интересными. После прочтения какие-то выводы ты для себя делаешь. Рассказы наводят тебя на какие-то мысли, и ты начинаешь смотреть на привычные вещи как то иначе.

Может из-за этих критериев мне всё кажется таким пустым и неинтересным.

Персонаж сидит в комнате. Ничего не происходит, только праздник к нам приходит. Персонаж судя по всему робот. Персонаж уже ползал по дымоходу примерно 7 лет назад. Он пополз опять и дверь закрылась. Персонаж лег спать. Проснулся. В комнате судя по всему ремонт. Ковёр или ламинат это конечно личные предпочтения, но я за ковёр. Персонаж опять пополз в трубу. Нашел робота и крысу. Персонаж вернулся в комнату.

В что собственно автор хотел сказать? Я понимаю что в эпоху постмодерна всё искусство и, возможно, автор просто передал в рассказе свое после новогоднее настроение. Но мне это не понравилось.

0
Алексей2014

Может из-за этих критериев мне всё кажется таким пустым и неинтересным.

Сказывается привычка к другому набору текстов, ничего страшного. Вот если бы читали Тургенева и Толстых, возможно, стало бы меньше проблем с пунктуацией.

0
Аноним 11

Интересное произведение. Автор явно дружит с языком.

0
NeKo Tsukiko

Праздник и не приходил

0
Шорты-9Шорты-9
Шорты-9
АП ФиналАП Финал
АП Финал
логотип
Рекомендуем

Как заработать на сайте?

Рекомендуем

Частые вопросы

23
0
Напишите комментарийx
()
x
Пролистать наверх