Рассказ №29. Фиолетовые руки на эмалевой стене

Количество знаков (строк): 11853

Как бы ни банально звучала фраза в 21 веке, но Лена любила Алексея. Даже несмотря на неоднозначное поведение молодого человека. Вот и сегодня вечером, девушка ещё не сомкнула глаз, дожидаясь своего любимого. Парень отпросился погулять с друзьями, что было далеко не первым случаем. Каждое такое событие сопровождалось скандалом разного по степени масштаба, поскольку Алексей возвращался не только пьяным, но и пропитанным запахом чужих женщин, со следами помады на щеках. А на его одежде попадались светлые длинные волосы, коих Лена никогда не имела. Девушка нешуточно ревновала своего возлюбленного, но парню каждый раз удавалось отшутиться, говоря, что это были весёлые посиделки с коллегами по работе. И она прощала все эти прегрешения, мечтая о том дне, когда они поженятся. В мечтах Лена строила высокий замок на подходящем облаке, в котором будет их маленькое, личное счастье, наполненное трогательными моментами; а, спустя какое-то время, и детьми. Малыши представлялись девушке маленькими звёздочками, которые будут воспитаны в любви и заботе мудрыми и понимающими супругами. Но, к сожалению, реальность была далека от фантазий.

Лена вздохнула, и перевернула очередную страницу книги с лирическими стихотворениями. Там герой опадал на одно колено, и просил юную даму быть бесконечно благосклонной к простому отщепенцу судьбы. «Я сделаю сегодня предложение», – подумала девушка внезапно: – «Попрошу Алёшку взять меня в жёны. Он же такой хороший, всё поймёт, и согласится».

Беспочвенные мечтания прервал телефонный звонок. Это была старшая сестра, выступавшая моральной поддержкой и ментором Лены в трудные моменты. И Оля считала, что сейчас-то в жизни младшей идёт конкретная чёрная полоса, связанная, в первую очередь, с Алексеем.

– Привет, как ты, родная? – зазвучал в мобильном обеспокоенный голос старшей. И сразу, не давая времени на ответ, продолжил: – Где там твой недоделанный?

Оля прекрасно знала, что на календаре пятница, стрелки часов подбирались к полуночи, а Лена находится в тревожном ожидании.

– Он задержался, скоро придёт, – с оттенком светлой грусти сказала девушка.

В ответ раздался злой хохот.

– Опять пьяным? Или, быть может, под каким-то другим зельем? Неужели ты хочешь, чтобы было, как в ТОТ раз?

Конечно, младшая не хотела повторения ужасных прошлых событий, когда её возлюбленный ввалился домой под утро, одурманенный чудовищным коктейлем алкоголя и наркотиков. Тогда Лена сказала что-то возмущённое своему парню, пытаясь дотронуться до плеча, однако Алексей внезапно повалил девушку на кровать. Безумно вращая глазами, он стал душить бедняжку, крепко захватив цепкими пальцами нежную, тонкую шейку. Лена отчётливо помнила пережитые события; острая нехватка кислорода вызывала жуткую панику, сменившуюся погружением в чёрную бездну спокойствия… А потом вернулся воздух. Она сухо кашляла на кровати, в жалких потугах вздохнуть. Парень же, осознав сотворённое, испуганно что-то лопотал, пытаясь помочь подсунутым стаканом воды. Лена тогда чуть ли не впервые рассвирепела. Оттолкнув подхалима, девушка с трудом доковыляла до ванной. Из зеркала смотрело побелевшее, измождённое лицо, на котором отчётливо выделялись два покрасневших, с полопавшимися капиллярами, глаза. На шее начали проступать фиолетовые отпечатки рук. Следы длинных пальцев опоясывали шею, будто причудливое украшение. После этого она больше месяца везде появлялась укутанная шарфом, тщательно маскируясь от всех. Была ли это великая любовь, или что-то другое, но, тем не менее, Алексею всё было прощено, и парень не понёс никакой ответственности. Полгода он был милым и очень обходительным, а потом принялся за старое. Об этом событии знала только Оля, которой младшая всё же доверилась и рассказала о случившимся. Конечно, Лена не хотела, чтобы ТАКОЕ повторилось.

– Надо было сдать тогда этого подонка, – орала Оля. – Тебя, дуру, пожалела. Думала, что ты сама поймёшь, с каким чудовищем связалась. Бросай его прямо сейчас, разбегайтесь. Хочешь, я приеду за тобой?

– Не нужно, – грустно улыбнулась Лена. – Сегодня всё изменится.

– Ты  это ещё о чём? Что изменится?

– Я сделаю Лёше предложение. Чтобы мы поженились. Ребёночка сделаем. Тогда он точно одумается, и бросит дурные дела. А мы наконец-то будем счастливы.

На том конце сеанса Оля опешила до такой степени, что лишилась на время дара речи. Но, взяв себя в руки, продолжила с ещё большим запалом:

– Ты совсем что ли? Какой брак? Это безумие! Сестра, очнись, ты совсем молода и глупа, несёшь чушь. Неужели, это любовь так затмила твой разум?

– Я верю в людей, – заявила Лена. – И сама творю своё счастье. В отличие от тебя.

Последняя фраза была лишней, поскольку Оля жила одна, не держа в квартире никого, кроме пары кошек. Когда-то давно один мужчина предал её, бросив на полпути к алтарю. И с тех пор старшая совершенно не доверяла противоположному полу.

Поняв, что обидела сестру, Лена попыталась сгладить ситуацию.

– Я совсем не то имела в виду, прости…

– Я, я… Беспокоюсь за тебя, – голос Оли прерывали всхлипывающие звуки. – Пойми, он опасен…

И тут в замочной скважине громко заскрежетал ключ.

– О, Леша пришёл! – радостно воскликнула Лена. – Я напишу тебе позже. Сейчас встречу его!

Девушка повесила трубку, не дожидаясь ответа. На часах было полпервого ночи.

…..

Последний час перед его глазами всё плавало и покачивалось. Шумная компания начала с кальяна и виски в тихом лаунж-кафе. Потом продолжили пивом в небольшой забегаловке, а заканчивалась феерия в клубе. Коктейли лились рекой, Настя и Ксения вешались на шею, и открыто ластились. Одна из двух статных красавиц соблазнительно прошептала Алексею на ухо: «поехали ко мне», после чего смачно облизнула мочку уха. Парень отшатнулся и пробормотал, что его ждут дома. «Опять эта пришибленная тихоня?», – продолжала попытку соблазнения подруга. Алексей без особого энтузиазма оправдывался за свою скромную сожительницу, пытаясь разумно связать пару слов. А потом его угостили таблеткой, и мир окончательно вылетел из под дрожащих ног. В клубе парень оторвался по самую катушку, вытворяя грязные танцы сразу с двумя красотками. Его целовали, оставляя засосы на шее и пятна помады на рубашке, измяли всю одежду, всклокочили волосы. И приглашали присоединиться уже к целой домашней оргии. «Я еду домой», – пробормотал Алексей упрямо, плюхаясь в вызванное кем-то добрым такси. Водитель недовольно поморщился, но принял заказ. Парень развалился на заднем сидении. Голова, взбодрённая недопустимой смесью алкоголя и психотропных веществ, выбрасывала порции красочных картинок, перемежающихся совершенно чёрными помыслами. «Какого она строит из себя интеллектуалку-недотрогу?», – размышлял он, вжавшись головой в спинку сидения: – «Давно надо было бросить эту серую мышь». Алексей вспомнил, как впервые соблазнил скромницу на пустынном ночном пляже тропической страны, в отеле которой они и познакомились. Девушка отдыхала с подругой и на вид была достаточно взрослой, чем не преминул воспользоваться ловелас. Однажды вечером он пригласил объект охоты на променад. Раздвигая ветви разлапистых пальм, они миновали несколько будок, в которых местные вели активную торговлю днём. Парочка вышла к океану. Лена открыто наслаждалась трепетом ветра и волн, светом вышедшей из-за туч полной луны. Алексей открыто пожирал глазами соблазнительную фигуру девушки. А она, по всей видимости, влюбилась с первого взгляда в этого дерзкого и напористого парня. Внутренне съёжившись и дрожа, Лена напоминала поведением загипнотизированную питоном мышь, покорно ожидая своей участи. Алексей подтащил поближе найденный на пляже лежак и коротко буркнул: «ложись, я всё сделаю сам». Девушка оказалась девственницей. Но он был действительно ласков тем вечером.

– Приехали, – буркнул таксист, пробуждая парня от приятных воспоминаний.

Алексей выбрался, пьяно покачиваясь, и начал долгое сражение с подъездной дверью и лифтом. А сейчас он пытался попасть ключом в замочную скважину, свирепея от бесполезных попыток. Еще и благоверная не может помочь.

Дверь распахнулась, показав знакомое и испуганное лицо.

– Лёша, ты опять?!

В голосе сквозило разочарование и обида, но у парня не было сейчас времени на такие мелочи. Его пробило на еду и питьё.

Оттолкнув Лену, Алексей направился на кухню; стал шарить там бестолково в холодильнике, пытаясь отыскать холодную выпивку. Наконец, нащупал бутылку пива. Девушка что-то быстро тараторила рядом, жестикулируя руками. Стало хорошо, когда запотевшее стекло коснулось разгорячённого лба. Вот только высокий женский голос рядом начинал раздражать. И так переполненный злобной энергией, Алексей пытался держаться из последних сил.

– …давай поженимся, – наконец-то замолкает Лена.

– Давай утром поговорим, – бормочет он, чувствуя нарастающее буханье молотка в голове. – А сейчас, заткнись, пожалуйста.

– Ты слышал, что я сказала? Прошу, хватит разрушать себя, опять ты вешался на своих подружек, да к тому же намешал алкоголь и что-то ещё. Пойми, я хочу помочь тебе измениться!

Алексей оторопело посмотрел на Лену. Большего бреда парень не слышал давно, да ещё сказанного с таким серьёзным и отчаянным лицом. По правде говоря, не нужна ему никакая женитьба, и привязанность. Хватало и того, что Лена окружила его самоотверженной заботой и обустроенным бытом, отпуская притом погулять на стороне. Что ж, придётся расстаться с такой надоедливой персоной. «Почему же ты сейчас не кувыркаешься с красотками?», – возникает голос в голове: – «Любишь страдать? Брось её прямо сейчас, звони Кате, Насте (или кому там), езжай, оторвись, а утром выгонишь эту надоеду». Парень попытался отогнать эти мысли.

– Я ухожу спать, – Алексей швырнул бутылку в раковину, расплескав веерными брызгами пиво. От удара треснуло стекло, и тара разлетелась кучей осколков.

– Пожалуйста, я прошу! – Высокий женский крик с оттенками мольбы разрезал уши.

Лена ДЕЙСТВИТЕЛЬНО кричала, схватив незадачливого сожителя за рукав рубашки.

И это стало последней каплей. Чисто машинально, Алексей толкнул девушку, отчего та рухнула навзничь на кухонный диванчик. Парень грузно навалился на хрупкое, беззащитное тело, плотно обхватив сильными пальцами лебединую шею девушки, не собираясь останавливаться на этот раз…

…..

Лена открыла глаза. Неужели подонок перестал её мучить? Боли почти не было. Осталось только полное нежелание что-либо делать; хотелось просто лежать на этом милом кухонном диванчике. За окном взошла полная луна, и девушка странным образом могла видеть кухонный фартук, покрытый эмалированной плиткой. Внутри что-то отражало падающий желтоватый свет. Лена заворожено наблюдала за этим процессом, становясь свидетельницей того, как напитавшись реальным светом, внутри эмалевой стены восходит вторая луна, всецело принадлежащая потустороннему миру. Мысли девушки отчаянно путались и скакали, пытаясь обработать произошедшие события. «Какая же я наивная дурочка, надо было давно бросить этого придурка. Вся проблема в том, что люди не меняются», – думала Лена. – «А как же любовь? Он же первый и единственный. Но следы рук? Они опять на моей шее. Эти фиолетовые отпечатки. Как же хорошо тогда было, на берегу океана, на шезлонге. Простить всё? Снова? Я просто дурочка, да? Оля права? И под полной луной Лёша был таким понимающим и ласковым. И эти проклятые синяки… А потом любовь только скатывалась в глупый фарс. И дети. А как же мечты о них?».

Девушка заметила, как по стене пробежала какая-то тень, прервав поток лезущих в голову невесёлых мыслей. На эмалевой стене появились фиолетовые руки. «Они что, переползли туда с моей шеи? Всё, теперь точно пора лечиться. Завтра же утром пойду к психологу. Но сейчас… Как бы я хотела повторить ту ночь…». В ответ на немую просьбу, руки поманили девушку к себе, вызываясь быть проводниками в мир чудес. Лена решила, что и сейчас ей придётся стать счастливой самостоятельно. Эта мысль будто бы окрылила. Девушка легко переместилась с кровати и, не оглядываясь, вплыла в стену, игнорируя кухонный гарнитур. Разум раздвинул границы привычной реальности, а тонкие руки раздвинули ветви разлапистых пальм. Лена вышла на тропинку к пляжу, и миновала несколько торговых киосков. Днём здесь вели активную торговлю местные жители. Ступни не оставляли совершенно никаких следов, и не почувствовали волны, когда девушка попробовала ногой воду в океане. Луна заливала жёлтым светом окружающее пространство, выхватив из неуступчивых теней пляжный шезлонг.

«Лена? Какого?», – развалившийся на нём Алексей был искренне удивлён, и даже привстал от неожиданности.

«Здравствуй, любимый», – промурлыкала девушка, подходя ближе: «На этот раз Я сделаю всё сама».

Лена толкнула парня руками в грудь, заставляя лечь на пластиковую поверхность шезлонга. При этом, мелькнули её руки, имеющие фиолетовый оттенок. Девушка села сверху на Алексея. Тот всё ещё находился в состоянии оторопи, не пытаясь препятствовать событиям. Лена наклонилась к лицу, выражающему непонимание, и, прошептав: «не бойся», сомкнула фиолетовые руки на шее парня…

…..

Оля всё-таки вызвала полицию, ближе к трём утра, требуя наряд на квартиру Лены. Причём патруль приехал достаточно быстро. За дверью стояла тишина, на стук и звонки никто не отвечал, и старшей сестре пришлось своим комплектом открывать дверь. Появились заспанные соседи, подтвердив, что слышали крик, однако он быстро прекратился. Оле хотелось наорать на несознательных граждан, но это можно было сделать и потом. Квартира встретила вошедших людей запахом невыразимого ужаса. Старшая впала в истерику с сухими слезами, увидев на диване в комнате два лежащих тела. У обоих на шеях отчётливо выделялись фиолетовые отпечатки пальцев, наводя на мысль о возможном удушении несчастных. Одним из тел был Алексей, лежащий навзничь на кровати, лицом в потолок. Раскрытый в гримасе рот и вытаращенные глаза свидетельствовали о каком-то страхе, испытанном перед смертью. На нём сверху, в позе наездницы, сидела Лена. Тело девушки плотно прижималось к парню, при этом щека развёрнутой вполоборота головы покоилась на груди Алексея, а хрупкие руки лежали по бокам от его шеи. На лице Лены застыла счастливая улыбка.

ОТЗЫВЫ  КОМАНДЫ  ЖЮРИ

Отзыв от Кирин59

Многие не верят в то, что может случиться, пока оно не случается.
Это не глупость и не слабость, а просто свойство человеческой натуры.
Макс Брукс «Мировая война Z»

По своей традиции разделю этот отзыв на два раздела: текст и история. Однако, учитывая ограниченность времени на написание рассказов, оценивать буду лишь второй. И обращения мои в первую очередь адресованы Автору (у остальных заранее прошу прощения).

Итак, текст. Постараюсь выделить для автора самые проблемные места и способы/советы к их решению.

Первое, что бросилось в глаза, еще до начала чтения – непомерные абзацы. И  вспомнились слова Стивена Кинга из его мемуаров о ремесле (называется книга «Как писать книги», если Вам интересно, очень советую к прочтению): даже не читая, можно определить легкая будет книга или трудная. Это было в главе, посвященной абзацам.

Разделение текста на абзацы это не какая-то малозначимая условность, оно диктуется повествованием (мистер Кинг упоминает, что у Дона Робертсона один абзац в историческом романе «Парадиз-Фоллз» тянется на шестнадцать страниц).

Абзац служит не столько для простоты читательского восприятия, сколько является функциональной частью текста, как фаланги в пальцах. Возможно не самая лучшая аллегория, но Вы только представьте пальцы из одной фаланги. Рассказ со слипшимися абзацами  то же самое – брать можно, но тяжело.

В идеале описательная проза состоит из предложения, задающего тему, и следующих, разъясняющих или усиливающих первое. Я, например, открывающий Вашу историю абзац разделил бы на четыре абзаца поменьше, а тот, где повествование переходит к Алексею – на десять.

Практического совета по этому вопросу, пожалуй, не дам, поскольку сам делю абзацы чисто на интуитивном уровне и часто во время последующей редактуры. Но очень Вас прошу не оставлять их без внимания.

Сразу за абзацами в глаза бросилось числительное:

«Как бы ни банально звучала фраза в 21 веке»

Запомните правило: в художественной прозе числительные пишутся словами, а не цифрами. «В двадцать первом веке», а не «в 21 веке».

Следующее – ненужные уточнения. Обычно это местоимения: «своего любимого», «своего возлюбленного». Первым предложением (Лена любила Алексея) Вы представили воображению читателя двух персонажей и их взаимоотношения, потому-то вышеупомянутые уточнения (своего) и лишние. Как и некоторое количество «его», когда повествовалось про Алексея.

Неопределенные наречия (и наречия вообще) Вам не друг. Автор должен повествовать четко. А говоря «Лена сказала что-то возмущенное», Вы даете понять, что сами не знаете, что она сказала. Но Вы же Автор этой истории, Вам и только Вам известны все ее мельчайшие подробности.

А наречия определенные свидетельствуют о Вашем страхе быть непонятым, страхе неверно донести образ до читателя. Избавляйтесь от него, он Вам не помощник. Вот пример:

«- О, Леша пришел! – радостно воскликнула Лена»

Разве само восклицание «О, Леша пришел!» не говорит, что Лена рада?

«– Пожалуйста, я прошу! – Высокий женский крик с оттенками мольбы разрезал уши.»

Разве «Пожалуйста, я прошу!» недостаточно для того, чтобы понять с какой интонацией звучат эти слова?

«Лена открыто наслаждалась трепетом ветра»

Разве могла она наслаждаться закрыто?

Будьте внимательны к словам, потому что читатель видит именно их. И если слова подобраны не совсем верно, это может вызвать у читателя недопонимание и вопросы. А это не то, что должны вызывать истории, верно?

Вот несколько примеров:

«Квартира встретила вошедших людей запахом невыразимого ужаса»

Так и хочется спросить, чем же пахнет невыразимый ужас.

«девушка попробовала ногой воду в океане»

Может, пощупала или просто опустила ногу в океан?

«пытаясь помочь подсунутым стаканом воды»

Получается, что он пытался помочь стаканом? Какую помощь можно оказывать стаканом? Может, он просто предлагал девушке воды?

Главный совет по улучшению своих текстов: больше читайте и больше пишите. Это самый верный способ.

Перейдем к истории.

Семейное насилие – тема довольно тяжелая и скользкая. И мне думается, чтобы сделать истории об этом интересными для читателей, необходимо уделить особое внимание психологии героев. Не концентрироваться на описании событий, а попытаться раскрыть мотивацию героев.

Почему Лена терпела все выходки Алексея вплоть до попытки удушения? Почему Алексей оставался с Леной, когда у него было столько иных вариантов? Без психологических портретов все герои остаются героями, не оживают в воображении читателя.

Не возьмусь утверждать о правдивости представленных Вами образов, но среди них нет хоть сколько-нибудь привлекательных типажей.

Лена своей слепой любовью и покорностью (особенно в наше время, когда женщины больше не терпят унижения и притеснения со стороны мужчин) симпатии не вызывает. Она мечтает о замке на облаке с детишками, которые представляются «маленькими звездочками». Она читает лирические стихотворения, не спит до прихода любимого и беззаветно радуется его возвращению в половине первого ночи. Она даже хочет сделать парню предложение.

Антагонист Алексей тем более непривлекателен. Пьяница, не брезгующий и наркотическими средствами; который только и делает, что развлекается с друзьями и девушками если не легкого, то сильно облегченного поведения. При этом почему-то постоянно рвется домой к девушке от которой подумывает уйти.

Даже Ольга отталкивает своим злым хохотом во время разговора с сестрой об ее избраннике. Моральная поддержка никак не вяжется с хохотом, да еще и злым.

Драма с мистической ноткой благодаря излишне карикатурным персонажам на фразе «одним из тел был Алексей» окончательно превращается в фарс. Если Вы задумывали серьезный рассказ с мрачным финалом, то не следовало упрощать образы персонажей.

Хорошо получился мистический элемент с уходом Лены на тот самый пляж. История словно закольцевалась, закончившись там, где началась. Отличный ход.

Подытоживая, хочу добавить, что писать рассказы нелегкий труд, и нужно обладать определенной долей смелости, чтобы вынести свою работу на общее обозрение. У Вас эта смелость есть, осталось набраться опыта. А если Вы получали удовольствие от написания истории, то за опытом дело не станет.

С пожеланиями творческих успехов и вдохновения, Кирин59.

Отзыв от Эмиль Коста

Рассказ можно уверенно назвать психологическим триллером. Единственный мистический элемент находится в финале, и этого явно недостаточно для того, чтобы отнести произведение к другому жанру.

Это грустная история без положительных героев и с несчастливой развязкой. За сложную нелинейную композицию рассказ можно было бы похвалить, но воплощение задуманного автору удалось недостаточно хорошо.

В начале рассказа читатель видит Лену, ожидающую Алексея из очередного загула. В воспоминаниях героини и ее телефонном разговоре с сестрой всплывают подробности этого откровенно неудачного романа. Один из флешбеков прозрачно намекает на развязку.

Далее внимание читателя переключают на Алексея: мы видим ситуацию уже его глазами, некоторые моменты предстают в новом свете. Герой возвращается домой в неадекватном состоянии, и все заканчивается… там же, где началось.

Предыстория довольно органично вплетена в сюжет. Интересен ход с возвращением к истокам в финале. Оценка ситуации с точек зрения обоих героев — безусловно выигрышное решение для произведения в психологическом жанре.

К сожалению, на этом плюсы заканчиваются, как, собственно, и психологизм.

Устами всеведущего рассказчика и самих героев автор дает Лене и Алексею довольно яркие характеристики. Однако ни один из выбранных эпитетов не соответствует поведению и поступкам персонажей.

“Интеллектуалка-недотрога” Лена читает сомнительные “сборники лирических стихотворений” и живет в токсичных отношениях, которые к тому же начались весьма пошлым образом. Девушка, принявшая пьяную курортную интрижку за великую любовь, едва ли может похвастать высоким интеллектом.

Героиня сплошь и рядом демонстрирует потрясающую глупость и оторванность от реальной жизни. Читатель ничего не знает о ее образовании, происхождении или работе — строго говоря, жизни за пределами романа с Алексеем у Лены в рассказе нет.

“Ловеласа” Алексея автор также называет “дерзким напористым парнем”. По факту этот молодой человек пассивен и в жизни, когда покорно глотает таблетки, предложенные кем-то в клубе, и в отношениях, хотя верность нелюбимой хранит с упорством пуританина.

Непонятно, как вообще получилось, что “серая мышь”, соблазненная героем на курорте, в итоге живет с ним под одной крышей. Окажись Алексей сорокалетним недотепой, никаких вопросов бы не возникло. Но он — вполне успешный молодой человек свободных нравов (по крайней мере, в глубине души), обласканный женским вниманием.

Отношения героев вообще вызывают много сомнений. Если в чувства Лены еще можно поверить, даже с оглядкой на некоторую неадекватность этих чувств, то сила, удерживающая рядом с девушкой Алексея, читателю неведома.

Герой относится к партнерше без уважения, страсти, без малейшего намека на симпатию. Она ему чужда и неинтересна. У Алексея просто нет мотивации ни для начала, ни для продолжения этого романа.

В эпизоде, в котором герой впервые поднимает руку на Лену, можно было разыграть карту отношений жертвы и домашнего насильника. Однако это едва ли не единственный момент, когда девушка ведет себя адекватно: выходит из себя, дает отпор… Правда, длится это недолго.

В общей картине повествования эпизод выглядит психологически недостоверным. Поведение Лены в нем нетипично ни для самой героини, ни для покорной жертвы домашнего насилия. Последствия, однако, типичны и предсказуемы.

Язык повествования в целом неплох, однако диалоги в нехорошем смысле книжные.

“Сестра, очнись, ты совсем молода и глупа, несёшь чушь. Неужели, это любовь так затмила твой разум?”

Люди так просто не говорят.

Есть проблемы с пунктуацией, но сильнее всего режут глаз неудачные образы вроде

“… пропитанным запахом чужих женщин”

Эта фраза недвусмысленно говорит об адюльтере. Запах чужих духов — другое дело.

“… парень не понёс никакой ответственности”

Канцелярит.

“Хватало и того, что Лена окружила его самоотверженной заботой и обустроенным бытом, отпуская притом погулять на стороне”

Из этой фразы следует, во-первых, что Алексея в том числе возмущает обустроенный быт. Во-вторых, “погулять на стороне” и “напиться с друзьями обоих полов” — очень разные вещи. Ни одной измены читатель не видит.

Выделение некоторых слов капслоком — просто недопустимый прием в художественном произведении. Если важная фраза читается с неверной интонацией, значит, она неверно выстроена.

По прочтении рассказ оставляет негативное послевкусие. Увы, причина отнюдь не в симпатии или жалости к героям этой бесспорно грустной истории — положительных чувств они попросту не вызывают. Мистический элемент в финале нужен для того, чтобы Лена могла свершить возмездие, и удивляет лишь слегка.

Трудно обозначить идею в произведении. Плохие романы плохо кончаются? Око за око? Конфликт в рассказе — это отношения недалеких героев, пошло начавшиеся и без причин затянувшиеся на долгое время. Следить за такой историей может быть занимательно, но ждать от нее глубины — просто наивно.

(Просмотров за всё время: 98, просмотров сегодня: 1 )
Подписаться
Уведомить о
guest
10 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Агния

Не очень умелый, но старательный экзерсис на тему “воздастся по делам вашим”.

1
Norna

Есть ошибки орфографические, фактические, много концелярита, диалоги кажутся не естественным. Персонажи тоже слишком шаблонны… Но! Больше практики, и психологизм, я надеюсь, станет вашей сильной стороной. Удачи вам, автор!

1
AlekseyM

Мне понравилось. Есть ошибки. Но сам сюжет мог бы показаться странным. Она в своём уме бросаться с резкими движениями к человеку под наркотиками? Но так почему-то очень часто поступают молодые люди. Опыта и понимания, что близкий человек в таком состоянии себя не контролирует, нет. Его контролирует безбрежный хаос.
Бросаются на пьяного, думая, что вот сейчас смогут что-то сделать, что смогут в одно мгновенье научить и поменять. И тут первая ошибка, и основная. Не надо никого менять резко, утром он готов был её выслушать, но ей хотелось сразу, как ребёнку, у которого на глазах разбивается ваза, всё исправить. Но никогда сразу системную проблему не решить. Как итог, побои, убийства. Канцелярит есть, но ничего, постепенно всё очистит я. Пишите ещё.

1
AlekseyM

Лейтенант проповедует свои идеи всюду под рассказами. И даже в моём рассказе нашлось бы место буквализму, но зачем, если путь указан и можно двинуться, как угодно.
Вы правы, все скандалы, результат ошибок. С обеих сторон, и, действительно, проблема очень комплексная, настолько, что Ваш рассказ можно смело причислять к остро социальной драме и печатать хоть в молодёжных журналах, хоть в буклетах служб социальной поддержки. При этом, он сохраняет в себе литературный дух и границы публицистки с социальной прозой. Поэтому, моё мнение таково, что даже канцелярская речь на своём месте. Когда я прочёл Ваш рассказ, окружающие через несколько минут спросили, что у меня случилось. Настолько он заставляет проникнуться трагедией и пережить её с персонажами.

1
Наташа Кашер

Какая жуткая тема. Мне как раз понравилось, как написано, нет высокой стилистики, но нет и потуг на неё, это плюс. Связно, фокал не скачет. Было бы хорошо убрать излишние пояснялки, типа: “Но, к сожалению, реальность была далека от фантазий” , “несмотря на неоднозначное поведение молодого человека”, “Конечно, младшая не хотела повторения ужасных прошлых событий” и прочее, что само собой разумеется или следует из текста. Лена дура конечно, но какой ужасный конец, боже мой… 

1
Александр Михеев

Наш век к безумию привык.
Не чтя Шекспира и закона,
Взяв нежной ручкой за кадык,
Отеллу душит Дездемона.

Теряет свой товарный вид
И фиолетовеет шея.
Отелло бедное хрипит
И вырывается, слабея.

Оно упало на кровать
И трепыхается, как заяц.
Умеешь с бабами бухать –
Умей и каяться, мерзавец!

Измучен судорогой рот,
И синяки на дряблой коже…
А Дездемона лишь вздохнёт:
“Найду Отеллу помоложе”

2
Вес-На Ларина

Рассказ №29 Бодрящий коктейль стилей и направлений вызвал у меня смешенные чувства. Я вспомнила бравые времена, когда строчили десять пар студенческих рук новостные ленты и к вечеру та-а-акая каша получалась в голове… Несчастная пенсионерка выехала на встречную полосу и получила от депутата новое меню в ресторане при малооблачной погоде в рабочие часы от минус пяти до нуля.
Вроде бы это произведение – триллер, целью которого является вызвать чувство тревоги, напугать читателя. Но напугать, как мне представляется, получилось только того, кто разбирается в жанрах и структурах. Художественный текст – коммуникативное, структурное и семантическое единство. А здесь несостоявшийся детектив, о котором сообщила пресса разместив в конце текста начало протокола.
Триллер – это в первую очередь тревожное ожидание. Детектив – это логическая игра. Страшно, неприятно, кроваво может быть и там, и там. Но в первом случае, мистика (которая присутствует здесь) находится в симбиозе с тонкой психологической игрой характеров, роковых случайностей, шокирующих неизбежностей; во втором, это цепь логически объяснимых не случайностей, намеренных поступков в следствии характеров и обстоятельств.
Здесь у нас сюжетная схема – это триллер, а вся фабула подается по детективному жанру. Каждая черта героя объясняется, обстоятельства складываются так, что опытный оперативный работник уже на том месте где первый раз произошло удушение скажет – дальше будет убийство. В триллере такой предсказуемости не должно быть. Как и не должно быть протокола в конце текста. Как и не должно быть разжеванности с подробностями/объяснениями. Как и не должно быть очевидной, читай – банальной, бытовухи с той, которая думает: бьет значит любит. Банальная бытовуха, как штамп просматривается за текстом от начала и до конца.
Зато для детектива (драмы) это все подошло бы. Но тогда надо в корне менять архитектонику. Выводить протокол вперед, прятать первое удушение в конец, выводить на первый план сестру или вводить другого персонажа, который раскрутить загадку – кто убил парочку. И естественно фиолетовые руки в детективе отвалятся.
Сейчас же эту работу сложно назвать художественным произведением. Есть сожаление и нет сопереживания, как если бы прочел заметку в газете.
Еще здесь есть интересный момент психологизма: герой недоволен серостью своей избранницы и потому ищет яркие впечатления или он просто гулена? Героиня намеренно сдерживает в себе холерика, притворяется флегматиком? Или это все следствие навязанных образов, привитого поведения или слепое следование моде?
Сейчас причина убийства – она обиделась, в момент опасности потеряла контроль – бытовуха. А выше какие драматические/психологические аспекты! И это только часть литературных возможностей. Но первое – надо решить что именно конструировать из уже готового и доступных возможностей.
Желаю успехов!

1
Шорты-5Шорты-5
Шорты-5
БФБФ
БФ
логотип
Рекомендуем

Как заработать на сайте?

Рекомендуем

Частые вопросы

10
0
Напишите комментарийx
()
x
Пролистать наверх