Исход

…Окурок, кувыркаясь, полетел на затоптанный перрон. Проводница нахмурила брови: он  упал неподалеку от ее ног и взорвался искрами.

– Ждете кого-то? А то скоро отправление.

– Нет…

Я подхватила сумку и шагнула в тамбур. На мгновение оглянулась – прощаясь с городом, для многих бывшим мечтой. Окна вокзала, иронично поблескивали стеклами, возвышаясь над суетой перронов со снующими людьми.
«Н-да, муравейник», – мысленно подвела я черту и вошла в вагон. В лицо дохнуло запахом угля и сырого белья. Четвертое купе – мне сюда.

Оп-пачки! На нижней полке, закинув руки за голову, лежал… “мачо”. Вот только его-то мне и не хватало.
Парень повернул голову, и без всякого выражения выдавил ритуальное слово:

– Привет.

– Здравствуйте, – буркнула я, забрасывая сумку наверх.

– Уступить? – он кивнул на свою полку.

– Нет, – мотнула в ответ головой и плюхнулась на свободное сидение.

Жутко хотелось в постель и – спать. Но до тех пор, пока «девушка в синем» не собрала билеты, нечего было об этом даже мечтать. Я откинулась на мягкий валик позади себя и закрыла глаза. Сквозь приоткрытую дверь купе доносились звуки заселяемого вагона:
…кто-то проволок мимо что-то тяжелое и, открывая дверь соседнего купе, облегченно вздохнул;
…по проходу, хохоча, пробежал ребенок, быстрые шаги настигли его, и заливистый смех взвился ввысь;
«Веселая будет поездочка…» – тут же ворчливо отозвался недовольный мужской голос…

…Состав вздрогнул, решившись, наконец, расстаться с перроном. Я повернула голову и открыла глаза. За окном, сменяя друг друга, медленно проплывали неизменные спутники вокзалов – серые здания и ржавые гаражи, но поезд все увереннее набирал скорость, будто желая поскорее оторваться от этого унылого эскорта.
На несколько минут воцарилась относительная тишина – до тех пор, пока дверь нашего купе не отъехала в сторону:

– Билетики приготовьте, – улыбнулась вошедшая проводница, деловито развернула свою кожаную папочку и сноровисто рассовала по кармашкам протянутые билеты. – Чай принести?

Мы с попутчиком невольно переглянулись и почти в один голос ответили:

– Позже.

– Хорошо. Тогда – подходите, – уже из дверного проема дружелюбно кивнула девушка.

Парень встал, бросил: «Устраивайтесь…» – и вышел вслед за проводницей, а я, сняв туфли, забралась на свою полку.
Ну, наконец-то! С наслаждением вытянула ноги и чуть ослабила ремень джинсов. Теперь – спать! Спать, несмотря ни на что. Вагон уютно покачивало, мерный разговор колес с рельсами постепенно убаюкивал. Уже засыпала, когда в приоткрытую дверь купе проникли звуки танго.
Музыка уколола неожиданным воспоминанием – казалось, давно уже забытым – «танго без рук». Аккордеон пел, ноту за нотой загоняя под кожу иголочки образов-ощущений: первый взгляд, приглашающий жест, нарочито-шутовской поклон, мою растерянность и неуверенность… Я усмехнулась – от той милой девочки, ждущей и одновременно боящейся приглашения, уже не осталась и следа. Сколько лет прошло с тех пор? Пять, шесть? Одним словом – давно.
Танго без рук… Я так испугалась тогда приглашения на танец, что выдернула свою ладонь из руки настойчивого кавалера и спрятала за спину:
– Без рук, пожалуйста, – и отступила к стене.
– Как скажешь, – улыбнулся он, а я… я все же пошла с ним танцевать. Мое первое танго.
…Музыка за дверью стихла и, выметя усилием воли остатки непрошеных воспоминаний, я уснула.
Поезд увозил меня в никуда…

– …Выпей!
– Что?
– Выпей! Ты плачешь во сне, – не очень соображая, что происходит, я приподнялась, протянула руку и, повинуясь звучащей в голосе силе, сделала глоток:
– Блин! Водка!
– Прости, валерьянки нет.
– Спасибо, – откашлявшись, прохрипела я, нащупала в сумке сигареты и соскользнула вниз. Нашарив ногой туфли,обулась и вышла в коридор.

Тамбур встретил меня ночной прохладой и запахом поезда. Машинально размяв табак, прикурила и, выдохнув дым, уставилась в окно. Черноту за стеклом изредка разбавляли одинокие огни автомобильных фар и, освещающих переезды, фонарей… Одурь сна сползала с каждой затяжкой. Каждый удар колес по очередному стыку рельсов, словно короткой автоматной очередью сводил все, что казалось трагедией, к банальному «Не ждали». Ту-дуф!Ту-дуф! Не стало: ухмыляющейся девицы в моем халате и моих же тапочках; растерянного и виноватого лица свекрови; бесконечных трех часов выяснений отношений; раскачивающегося тапка на ноге у девицы. Моего тапка! «Дался же мне этот тапок!» Ту-дуф!Ту-дуф! Не стало сквозь зубы брошенного моим благоверным: «Утром я тебя отвезу. Не хватало тебя потом опознавать!» Ту-дуф! Ту-дуф! Не стало поисков по чужим карманам спрятанного ключа, когда все, наконец, уснули. Ту-дуф! Ту-дуф! Ту-дуф! Ничего. Больше ничего это не было.
Ставший кургузым окурок полетел в пепельницу.
«Надо было полотенце прихватить. Умыться бы…» – мысли, казалось, тоже качались в ритме поезда. Зайдя в туалет, склонилась над умывальником и ополоснула лицо. Вот так-то лучше.

– Все нормально! – бодрячком улыбнулась настороженно глядящему на меня из зеркала отражению. – Все будет хорошо! – подмигнула ему и вышла в коридор.

…Попутчик лежал, закинув руки за голову и закрыв глаза. Сбросила туфли, уперлась руками в полки и, втащив себя на матрас, легла на живот. За окном проносилась ночь, все также лишь изредка разрываемая всполохами фонарей на переездах, да одинокими светлячками не спящих окон деревень…
Надо бы спать, но сна уже не было. Усталость притупила свой голод парой часов забытья. В голове скакали обрывки слов и образов. Голоса. Шепот. Скрип несмазанных петель. Странно, ведь раньше как-то и не замечала, что дверь нашей комнаты скрипит. Я мысленно хмыкнула: «Нашей… И с какой это радости она – наша? Дверь его комнаты, в его доме. Вернее, в доме его матери. Просто, за столько лет я привыкла думать, что это и моя комната тоже. Может, потому, что в шкафу, стоящем в этой комнате лежит моя ночная рубашка? Потому, что в прихожей стоят тапочки, которые все зовут моими? Или потому, что если его мама говорит: «Доброе утро, дети», – то значит, есть и «мы» – ее «дети»?..»

Нет. Не думать! Кофе и сигарету!
Правда, не хотелось будить соседа своими прыжками. Я свесила голову вниз – парень лежал в той же позе. Я медленно сползла с полки и тихонько потянула ручку купе.

– Если ты за чаем, возьми и мне.

– За кофе.

– Тогда – кофе.

Проводница не спала и кофе выдала без проблем. «Нескафе». Я давно уже не считала его хорошим кофе. Но сейчас его горько-жженный вкус был именно тем, что мне нужно. Кофе мы пили молча, глядя в окно и думая каждый о своем. Потом парень встал и, взяв в руки пустые стаканы, спросил:

– Повторим?

– Пожалуй, – тоже поднялась я и отправилась курить.

Контрасты ночи за окном тамбура уже успели смазаться. Не было яростных атак фонарей на мелькающих переездах, не взрывали сетчатку фары машин. Серая предрассветная мгла их потихоньку съела.
И от этой серости отчаянно захотелось выть. И бежать – «куда глаза глядят».
«Да собственно, я туда и бегу», – пришел в голову невеселый итог. Сигарета дотлела и обожгла палец. Я отбросила окурок. Лизнула ожог, подула на него и прислонила к холодному стеклу.

Дверь тамбура открылась, и вошел мой сосед.
– Не помешаю? – балансируя стаканом с кофе, он открыл пачку и губами вынул сигарету. Прислонясь к стене спиной, прикурил, а потом протянул сигареты  мне.

– Извини, что в душу лезу – ты, что, с парнем поссорилась?

Я пожала плечами и отвернулась к окну.

– Наверное, он улыбнулся твоей подруге или ты застала их за поцелуем… И теперь весь мир – полное дерьмо?

Я оторвалась от созерцания окна и повернулась к нему. Он не улыбался. Во взгляде чуть настороженное любопытство и легкое тщеславие опыта, мол – «Ну, что ты знаешь о жизни, малышка?».
Меня прорвало:

– А вас когда-нибудь предавали? – шагнув к нему, резко спросила я. – Вам доводилось сидеть за стеной комнаты, в которой все еще любимый вами человек совокупляется с другой женщиной? И он знает, что вы сидите за стеной. И он знает, что вы все еще любите его, – говоря это, я сделала еще один шаг. Потом еще. Мой голос становился все тише и жестче. Поезд качнуло, я схватилась за его рубашку и задрала голову, чтобы смотреть ему в глаза. – И каждое движение там – как гвоздь в крышку гроба, в который вас положили заживо… И женщина, которая сейчас с вашим любимым, тоже знает, что вы сидите за стеной… И ее крики-стоны рождают Хиросиму в вашей голове… И нет сил, чтобы заткнуть уши – руки онемели и не поднимаются… И нельзя встать, уйти, потому, что вам не дадут уйти одной – и весь кошмар этой ночи будет длиться и длиться… И вам надо сидеть и ждать – когда наступит развязка и они уснут… И только тогда можно будет встать… и уйти…

Я ткнулась в его грудь лбом и почти истерично хохотнула:

– Ха! Я вы-си-де-ла…

Мои кулаки разжались сами, и я отступила на шаг. Повернулась и вышла. Незапертая дверь туалета раскачивалась в такт движению поезда, подсовывая взгляду край умывальника. Очень кстати. Я вымыла руки и влажными ладонями провела по лицу. Подняла голову. Мое отражение утвердительно кивнуло:

– Всё правильно. Ты все сделала правильно. Все будет хорошо…

Поезд раскачивался, бодро постукивая колесами о рельсы. «Будет-да-будет-всё!»
«Да-да-да!..», – поддакнула я ему в унисон и вернулась в купе. Мой кофе стоял на столе, сосед отсутствовал. Но теперь хотелось только спать. Я откинула лесенку, залезла на полку, и, натянув на голову простынь, уснула.

…Телефон взорвался мелодией будильника. Утро. Подъем! Наскоро расчесавшись и схватив сумку, я спрыгнула с полки. Вчерашний “мачо” сидел у окна и допивал мой ночной кофе. Я улыбнулась и кивнула ему:

– Всё, прощай, счастливо тебе…
– И тебе. Счастья… И, это… Когда люди уходят – ты отпускай. Знаешь, жизнь сама исключает лишних. Это не потому, что они плохие. Это значит, что их роль в твоей судьбе уже сыграна. В общем – удачи! – улыбнулся парень.

Я вскинула сумку на плечо и шагнула из купе. На пороге оглянулась:

– Ты только сам об этом не забывай!

…и ушла в новую жизнь…

(Просмотров за всё время: 119, просмотров сегодня: 1 )
9,5

Автор публикации

не в сети 2 часа

Мира Кузнецова

4 167
Улыбки чужие всех джокеров суть – никто же не знает, как горек наш путь
Комментарии: 1380Публикации: 116Регистрация: 24-01-2021
Подписаться
Уведомить о
guest
28 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Dude

С почином, Мира Кузнецова! Добро пожаловать на сайт! 💐

0
Наташа Кашер

…Окурок, кувыркаясь, полетел на затоптанный перрон. Проводница нахмурила брови: он упал неподалеку от ее ног и взорвался искрами.

Это вот начало сразу же настроило против героини, и ничего что произошло потом не помогло мне восстановить симпатии к ней.

Поезд увозил меня в никуда…

Ну вот что за дурацкий штамп?

И ее крики-стоны рождают Хиросиму в вашей голове…

О боже, ну кто так разговаривает?

Описанная затем сцена кроме естественного недоверия вызывает, более чем что либо, брезгливое отношение к героине. Что ещё за Хиросима в твоей голове? Законный муж (в доме у свекрови!) привёл любовницу, а ты сидишь за стеночкой и слушаешь и страдаешь?

И вам надо сидеть и ждать – когда наступит развязка и они уснут… И только тогда можно будет встать… и уйти…

“Развязка” 😆 А пока они сношаются нельзя встать и уйти?

Героиня побила известные мне рекорды человеческой дурости и беспомощности, притом автором всё подаётся как некое достойное поведение в этой ситуации, даже что-то вроде героизма.

– Ха! Я вы-си-де-ла…

Яйцо?

0
Наташа Кашер

А героини обязательно должны вызывать симпатию?

Обязательно. Даже если у героя нет желания нравиться, он должен нравиться, это Первый Закон Литературы.

Очевидно моя героиня, нет?

Попробуйте сами произнести эту фразу вслух, желательно перед зеркалом.

Видимо, моя героиня не читала пособия по правильному поведению в такой ситуации. А может просто не хотела больше грязи и разговоров с бывшим?

Но я действительно не понимаю, зачем нужно было вы-си-жи-вать до того, как наступит “развязка” и муж и любовница заснут! Причём авторская позиция (напрямую озвученная в рассказе) заключается в том, что героиня “всё сделала правильно”. Что она, пардон, “сделала правильно”?

0
Наташа Кашер

Да? Огласите , пожалуйста, весь список. А то так дурой и помру. Не образованной.

Ну сразу уж и весь… Я постепенно инфу выдаю, сразу много будет.

Сохранила собственное достоинство.

Твой муж трахается, а ты сидишь слушаешь за стеночкой? Как по мне – – это абсолютное дно унижения. Где тут “достоинство”? Её в грязь втоптали, а она утёрлась.

0
mechanik

А мне рассказ понравился. Насчет главной сцены, где муж с любовницей за стенкой, ничего не скажу, поскольку это выше моего понимания. Подозреваю, что какая-то часть, объясняющая поведение героев, осталась за кадром (может героиня по каким-то причинам испытывает ужас перед собственным мужем). Поскольку передо мной никто (подозреваю, что и никогда) ужаса не испытывал, мне это все трудно представить.
Но ведь написано хорошо. Детали вагонных ощущений, огни переездов, слепящие сквозь окно, запахи (я прям почувствовал). Ну ведь здорово, атмосферно написано. Автору респект

0
Александра Эме

Детали прописаны отлично, эмоции, чувства, только вот не поняла героиня уехала в никуда или она всё-таки куда то опаздывала.

0
Александра Эме

Лично я бы добавила, хоть обмолвку о том, куда. Хотя так тоже интересно, незавершенность

0
Александра Эме

Единственный недостаток произведения – нереальность происходящих событий, если это не фантастика, конечно.

0
Кирин59

Что ж, неплохой рассказ, легко читается, так же легко вырисовывает в воображении картинку происходящего и, несмотря на повествование от первого лица, не раздражает обилием «я». Последнее даже радует. Очень радует)

И текст у рассказа тоже довольно грамотный. Заметил лишь ненужное выделение парой запятых:

“огни автомобильных фар и, освещающих переезды, фонарей…”

Но в качестве рекомендации посоветовал бы еще обратить внимание на некоторое количество ненужных уточнений. Например:

“улыбнулась вошедшая проводница, деловито развернула свою кожаную папочку”

Тут само собой разумеется, что проводница раскрывали именно свою папочку.

«Тамбур встретил меня ночной прохладой»

Тут не стоило уточнять, кого встречал тамбур, раз повествование ведется от первого лица.

«улыбнулась настороженно глядящему на меня из зеркала отражению»

Тут также: само собой разумеется, что собственное отражение будет смотреть на тебя, а не в сторону (ну может за некоторым исключением, о котором в тексте ничего не сказано, так что в данном случае уточнение лишнее).

«Я давно уже не считала его хорошим кофе. Но сейчас его горько-жженный вкус был именно тем, что мне нужно»

В этом месте дважды повторяется «его», причем второй раз без сомнения лишний, раз Главная Героиня ведет речь о кофе, и не вызывает сомнений о принадлежности горько-жженого вкуса.

«Дверь тамбура открылась, и вошел мой сосед»

Тут «мой» вызывает сомнения, но его можно оставить. А вот «вошел» я бы заменил: все-таки сосед покинул купе и вышел к Главной Героине. А вот если бы дверь открылась, и сосед вошел в коридор, то слово бы использовалось уместно.

«я схватилась за его рубашку и задрала голову, чтобы смотреть ему в глаза»

Ну раз схватила его за рубашку, и в ходе повествования персонажи стоят вдвоем, то уточнять в чьи глаза она смотрит нет необходимости.

«Мое отражение утвердительно кивнуло»

И снова про отражение. Чьим еще оно может быть, если в него смотрелась Главная Героиня.

Не могу также не высказаться насчет многоточий. Просто второй раз за сегодня вижу злоупотребление этим знаком препинания. Оно используется для обозначения прерванности речи, незаконченности высказывания или банального пропуска в тексте.

Для чего было начинать (да и заканчивать, кстати, тоже) вполне себе целостный рассказ с многоточия? Это придает всей истории совершенно ненужный оттенок недосказанности. Мол, что-то было до ее начала. Так об этом ведь рассказывается по ходу повествования, и нет смысла начинать рассказ с многоточия.

Начинать некоторые абзацы с многоточий тоже не было необходимости. Выглядит, как вышеупомянутый пропуск в тексте. Убрать их, и ничего в истории не поменяется, она останется прежней, только без обозначения провалов, которых нет в повествовании.

Многоточия уместны в прямой речи. Люди могут сбиваться, смущаться, терять мысли, им может попросту не хватать слов. Но персонажам это простительно: они же просто люди. Но не для Автора. Автор – Бог своей истории, он знает в ней абсолютно все, и у него всегда должны быть слова, чтобы рассказать свою историю.

Финал «Исхода» именно из-за многоточий не вызывает ощущения завершенности. Точка в истории героини не поставлена, более того она имеет целых два многоточия:

“…и ушла в новую жизнь…”

Катарсиса не произошло, словно за прошедшую ночь ничего не поменялось в жизни Главной Героини: на душе не стало легче, она не оставила травмирующие воспоминания в прошлом, не решилась до конца уйти в новую жизнь, поставив в финале точку. А жаль, я был бы за нее очень рад.

1
Кирин59

Не за что) Надеюсь, что был Вам полезен.
В реальности героев, кстати, сомнений не питал – все люди разные и поступать могут по разному.
А многоточия легко исправляются)

1
Кирин59

Или мужем)))

А что, неплохой вариант)

0
Наташа Кашер

Вы так и не поняли. За стеночкой трахается уже не муж с любовницей. За стеночкой – человек, к одночасье ставший чужим, с которым уже не хочется даже говорить

Ну спасибо хоть не: “А что если?”… Хотя это типичное “А что если”. Так я называю запоздалые объяснения авторов. Автору указываешь, что герой не мог троих одним пинком повалить, а он в ответ: “А что если у героя сверхспособности?” При этом, если укажешь автору, что рассказ начинается со слов “Наш герой – самый обычный человек, без каких-либо сверхспособностей”, он тут же в ответ: “А откуда Вы знаете, что автор вам рассказывает всю правду?” Нагородить объяснений дыркам и нелогичностям можно сколько угодно, при этом то, что это не имеет отношения к тексту автора не волнует, главное, что он прав.

Так и тут. А что если “За стеночкой трахается уже не муж с любовницей. За стеночкой – человек, в одночасье ставший чужим, с которым уже не хочется даже говорить.”

А ничего, что это напрямую противоречит собственным словам героини?

Вам доводилось сидеть за стеной комнаты, в которой все еще любимый вами человек совокупляется с другой женщиной? И он знает, что вы сидите за стеной. И он знает, что вы все еще любите его

Да ладно, слова – это же противоречит всему посылу рассказа!

Я ещё поняла бы, если бы, как Механик написал, там был какой-то элемент смертельного страха перед потенциально опасным человеком… Вот это могло бы быть интересно и сильно… Но это опять же придумки задним числом! В тексте на это нет даже намёка. Я даже пыталась примерить к этому то “танго без рук”, был ли это намёк на что-то такое? Не похоже, просто ещё “красная селёдка”.

При этом, композиция выстроена очень грамотно, “страшная правда” открывается постепенно, и притом довольно неожиданно, в лучших традициях драматургии, тут автору не откажешь (ну, финальный монолог с Хиросимой я бы подправила, но это мелочи).

Для меня, однако, ситуация в том виде, как она описана так и осталась непредставимой, не из чего не вытекающей и от того высосанной из пальца ради дешёвой драмы.

1
Кирин59

Полностью согласен с Вашими доводами.
Но не будьте так строги к дешевой драме) Считаю, что это просто дело вкуса, поскольку уверен, что и на нее найдется спрос. Значит, и она имеет право на существование. Тем более, что “Исход” неплохо написан. Так дайте же ей шанс найти своего читателя)

1
Наташа Кашер

Кирин, думаю, Вы правы, написано хорошо и Целевой Аудитории должно понравиться.

1
Кирин59

Тем более, что убеждать авторов в том, что сюжетообразующие ситуации их историй имеют изъяны, серьезные и не очень, – это как правило бесполезный труд. Говорю по собственному опыту) Авторы любят свои произведения иногда не менее ревностно, чем детей, и точно также порой не готовы увидеть в них какие бы то ни было изъяны.

2
Наташа Кашер

не кричит, не бьет посуду, не рыдает публично. Делать это ей не позволяет воспитание.

А хватать незнакомого человека за рубашку и тыкаться ему в грудь “истерично хохотнув” – позволяет? Ну, пусть она будет здорова. Я против неё ничего не имею, кстати, ну кроме того, что она горящей сигаретой на перроне намусорила. Мне кстати, пришло в голову, что я что-то банально в сюжете не совсем поняла, например, верно ли я догадываюсь, что небходимость досидеть до того как муж кончит трахаться и уснёт была связана с тем, что квартира была заперта, а ключи от двери были спрятаны в одежде где-то в спальне, где он трахался? То есть, после того, как он уснул, она вошла в спальню и начала искать ключи в его одежде прямо рядом с ними? Или это уже я напридумывала ерунды?

0
Наташа Кашер

И кажется там поезд качнуло, нет?

Качнуло, да, тут правда Ваша.

0
БФ-2БФ-2
БФ-2
Шорты-8Шорты-8
Шорты-8
АПАП
АП
логотип
Рекомендуем

Как заработать на сайте?

Рекомендуем

Частые вопросы

28
0
Напишите комментарийx
()
x
Пролистать наверх