Последний день

Сквозь густую пелену утреннего сна, ещё не успевшую полностью сойти с неопохмелённой головы, Колян в одних трусах пробирался ко входной двери. Звонили долго. Сначала он укрывался подушкой, рассчитывая спастись от сверлящего звона, но настойчивость визитёра заставила сползти с дивана. Знакомые замки родной квартиры были найдены наощупь, и только отворив дверь полностью, он смог разлепить веки.

– С добрым утром! – тут же поздоровался невероятно живой, уверенный и полный сил женский голос. – Не пролей.

Она всучила ему пивной бокал с какой-то жидкостью. В нос ударил резкий запах… огуречного рассола! Коля приложился к спасительной влаге и остановился лишь тогда, когда ёмкость опустела. Пока пил, смотрел на гостью, которую он видел впервые в жизни.

– Я… – хотел, было, он поблагодарить, но та его как-то по-хамски оттолкнула в сторону и прошла в квартиру без разрешения.

– Я, мля, не понял… – промямлил Колян, провожая барышню взглядом.

– Поймёшь! – Она, казалось, совершенно не обращала внимания на его негодование, и прошла в ванную. Высыпав грязное белье из пластикового таза, открыла кран и принялась набирать воду.

– Закрой дверь, там кот. Хотя, все равно не закроешь…

«Что за сучка драная?» – вертелось в полусонной голове, но вслух произнести эти слова хозяин квартиры, ввиду воспитания, так и не решился. – «Хотя сиськи ничего…», – тут же родилась очередная мысль, так и не превратившаяся в слова. Вместо этого он пробубнил:

– Чё?

– Не «чё», а кто… Кот! Рыжий. Агрессивный очень. Некогда объяснять. Закрывай скорее…

В этот момент соседская дверь отворилась и из-за неё выскочил огромный рыжий котяра. Он ощетинился, выгнул спину дугой и без предупреждения впился в правую ногу Коляна, расцарапывая щиколотку в кровь. Тут же подоспела гостья и выплеснула на животное холодную воду из таза. Рыжий рванул вниз. Гостья по-хозяйски захлопнула дверь. На лестничной клетке запричитала возмущённая соседка.

– Каждый раз одно и то же… Ну чего ты такой тугодум? Как тебя заставить слушать меня СРАЗУ, а не после кофе и яичницы?

Колян обалдевшим взглядом провожал незнакомку, которая швырнула пустой таз обратно в ванную и бодро зашагала по коридору на кухню. Бодун бодуном, но что-то тут было явно не так… Совсем не так! Он стал лихорадочно припоминать как закончился вчерашний вечер, но получалось лишь по кусочкам восстанавливать невероятно сложный паззл. А общую картину собрать – никак! В частности, эту высокую блондинку в бежевом плаще и повадками императрицы вселенной он точно не помнил.

– Мы знакомы? – осторожно спросил Колян.

– Вопрос неправильный, – донёсся из кухни голос гостьи. – Правильный вопрос: «Ты со мной знакома?». А правильный ответ на него: «Да! Я с тобой знакома».

– А… – хотел было что-то спросить хозяин квартиры, но девушка его перебила:

– Нет, ты со мной пока что не знаком.

– Ага… – ничего не понимая, зачем-то сказал Колян.

– Вот ты сейчас ничего не понял и зачем-то сказал «ага».

– Да… – продолжая ничего не понимать, выдавил тот.

– Садись, слушай. Только не перебивай. Я знаю наперёд все твои вопросы, поэтому отвечу, но по порядку.

Взгляд Коляна блуждал по соблазнительным частям тела гостьи, плавно перетекая со стройных ног к глубокому декольте и обратно. Он медленно присел на кухонную табуретку, пока девушка проворно колдовала над чашкой, насыпая заварку и сахар.

– Можешь звать меня Сучкой Драной. Так ты меня мысленно окрестил минуту назад? Про Императрицу Вселенной я деликатно промолчу.

– Так я это… – начал было смущённый хозяин квартиры, но гостья замахала руками, заставляя замолчать. Лицо Коляна вспыхнуло от стыда. Он был уверен, что не называл её сучкой вслух! Неужели вырвалось? Как так-то?

– Тебе послышалось… наверное… – попытался он сгладить неловкость, но понял, что мимо.

– Всё знаю, всё знаю… – перебила его гостья. – Не говори ничего, а то это будет долгий разговор, а я слишком устала. – Она поставила перед Коляном чашку чая и добавила: – Два сахара, как ты любишь.

Обошла стол с другой стороны и уселась напротив, сложив ладони перед собой и уставившись неестественно голубыми глазами на Коляна в упор. Она улыбалась.

– Обожаю твою неловкость! Ты такой растерянный.

Колян непонимающе отвёл взгляд в сторону, стараясь не выдать явную заинтересованность глубоким декольте.

– Да, сиськи у меня красивые. Знаю. Можешь смотреть, я не против. Итак! Ты – Николай Андреевич Звягинцев, тридцати пяти лет от роду, посредственный юрист, яркий представитель офисного планктона и активный болельщик местной футбольной команды. Холостой, не курящий любитель пивных вечеринок и задростствующий игроман без ярких увлечений и жизненных приоритетов. Плывёшь по течению, берёшь всё, что попадает в руки. Короче, не жизнь, а сплошная скука.

Колян закашлялся.

– Нет дело не в том, что мне скучно. Дело в том, что скучно-то, в первую очередь, тебе! Пей чай.

Тот сделал глоток и отметил, что сахара и в самом деле оптимальное количество.

– Ты, Коля, живёшь в обратном направлении.

– Это как это?

– Очень просто. У тебя в жизни случился перелом. Точнее, не случился, а ты его сам организовал. Ты сам себя сломал и теперь как автомобиль с пробитым колесом едешь совсем не туда, куда должен, а туда, куда тебя по инерции несёт. Не в ту сторону, куда тебе надо. Понимаешь?

– Нет, – честно признался Колян, борясь с жуткой головной болью.

– Знаю, что не понимаешь. Если бы понимал, я бы давно уже на повышение пошла, а так корячусь тут с тобой… Ладно! – Она вздохнула и разгладила ладонями клеёнку на кухонном столе. – Всё по порядку! Ты – мой подопечный. В твоём разумении я – ангел-хранитель. Хотя, это не совсем так, но объяснять некогда, поэтому можешь считать меня ангелом. Врубаешься? – она cклонила голову и впилась потрясным взглядом в Коляна. Тот усмехнулся.

– Интересная попытка подката, барышня. Хотя, если честно, с вашими артопо… антропо…метрическими данными можно было придумать что-нибудь попроще. Я бы всё равно согласился. Но сначала мне в душ надо.

Она, не меняя позы и продолжая пристально таращиться в его глаза, принялась монотонно излагать.

– Шесть лет, детсад номер пять. Упал с груши, сломал ногу. Меня, между прочим, квартальной премии лишили! Четырнадцать лет: с дружками на крыше валял дурака. Если бы не неизвестно откуда взявшийся электрик, который схватил тебя за воротник в последний момент, летел бы ты, родной, со звонким криком до самого тротуара. Знал бы, чего мне стоило этого самого электрика со дня рождения тёщи выманить и среди ночи притащить к вам на крышу! Ну, тут премию, конечно, дали… Двадцать два года: сосулька, упала в миллиметре от носа. Ну? Вспоминай ту блондинку, которая тебе улыбнулась, и из-за которой ты на долю секунды шаг замедлил. Это, кстати, была я. Не по правилам, конечно, ну да ладно… Тридцать лет – автомобильная авария: машина всмятку, на тебе – ни царапины. Дальше перечислять? Или ты и в самом деле считаешь, что просто везунчик?

– Блин, кому же я так насолил-то, – улыбался Колян, почёсывая за ухом. – Признавайся, кто розыгрыш заказал? И откуда такие подробности о детстве?

– Если я скажу, что это не розыгрыш, ты мне снова не поверишь…

– Ну а что тогда?

– Предсмертный диалог. Последняя попытка. Если ты мне сейчас не поверишь – умрёшь через четырнадцать минут, и я тебе ничем уже не смогу помочь. И тогда не то, что премии, а и в отпуск…

– Умру? – перебил гостью Колян.

– Несомненно!

– Это уже не смешно… барышня.

– Сучка Драная, – улыбаясь, проворковала она, и из-за её спины показалось белое туманное облачко, которое медленно превратилось в полупрозрачный силуэт ангельских крыльев.

– Это ещё что за херня? – изумлённо вытаращив глаза, выдавил из себя Колян.

– Ты меня называл Сучка Драная, вот и называй так дальше.

– Ролевые игры какие-то, блин! Что это за спецэффекты? Как ты это делаешь?

– Это суровая правда твоей никчёмной жизни, Николай.

– Это почему же она никчёмная?

– Долго объяснять. Ненужная демагогия. Просто поверь и прими. Я уже говорила, что ты сам её себе сломал. Вся суть испарилась, как вода в пустыне.

– Да ничего я не ломал! – повысил голос Колян. – Живу спокойно, никому не мешаю, работаю честно! И помирать, кстати, не собираюсь! Чем же это, интересно, я тебе не угодил, что ты мне кирдык пророчишь?

– Не мне, Коля. Мне-то как раз такая твоя жизнь, до поры до времени, была даже на руку. Для меня, чем меньше у тебя потрясений, тем лучше. Но не для этого меня к тебе приставили, чтобы я тебя от падающих сосулек спасала. Или ты думаешь, что у каждого есть свой ангел-хранитель? Должна сказать, ты глубоко ошибаешься. Эта привилегия далеко не для каждого.

– Ага-ага… И чем я заслужил такую привилегию, интересно знать?

Она легко взмахнула тонкими пальцами.

– Надеждами.

– Надеждами?

– Да. На тебя возлагались большие надежды.

– Возлагались кем?

– А то ты не знаешь!

– М? – вопросительно промычал Колян, указывая пальцем в небо.

– Он, – кивнула Сучка Драная.

– Офигеть…

Повисла пауза.

– Яичницу будешь? – гостья, не дожидаясь ответа, подошла к холодильнику.

– Буду…

– Ну, хорошо! И где же был перелом? Что я сделал не так?

– Если бы я знала ответ на этот вопрос, мы бы здесь с тобой не разговаривали.

– А почему четырнадцать минут?

– Двенадцать.

– Ты же говорила четырнадцать!

– Две минуты назад.

– Ну, хорошо. И что будет через двенадцать?

– Сердечный приступ. Ты много вчера на грудь принял. Не выдержит ослабленный офисной работой организм.

– Да я на сердце никогда не жаловался!

– Сейчас пожалуешься.

Колян нахмурил брови, но через мгновение они медленно поползли вверх, а глаза округлились.

– Ч-чёрт! Ты серьёзно? Как ты это делаешь? Слышь, хар-р-рош! Прекращай!  – борясь с болью и хватаясь за столешницу, выдавил он.

– А вот его поминать точно не стоит! Нам только его сейчас не хватало! А боль – это не я, а сердечный приступ, Коля. Потерпи, сейчас должно отпустить… Правда ненадолго.

– Ты кто такая, чёрт тебя дери!

– Ну что за болван? Тебе делать, что ли нечего в последние минуты жизни? Я тебя, между прочим, спасти тут пытаюсь! На кой ты его-то вспоминаешь?

В дверь позвонили.

– Ну, вот! Пожалуйста! Приплыли… – разочарованно выдохнула Сучка Драная.

Колян с опаской посмотрел на неё. В дверь позвонили снова.

– Бесполезно прятаться. Придётся открыть.

Гостья встала и вышла в прихожую. Щёлкнул замок, послышался заискивающий мужской голос:

– Ба! Какие люди! Сколько тыщ лет, сколько зим? Гы!

– Пошёл ты… – злобно рявкнула Сучка Драная.

– А время тебя не меняет, – дружелюбно улыбаясь и проходя в кухню, разрядил обстановку мужик. Он протянул руку для рукопожатия. – Чёрт! Очень приятно.

Колян покорно поздоровался с очередным незваным гостем.

– Ну вот ещё! И чего же это я незваный-то? – удивился Чёрт, обидевшись. – Сам меня позвал, я всё бросил, прискакал, а он меня незваным кличет. Нехорошо получается. Что ж это за гостеприимство такое? Раз на то пошло, то вот она-то, как раз, и есть незваный гость. А меня ты сам позвал.

Всё это время Сучка Драная стояла, скрестив руки под шикарным декольте, и гневно глядела на пришельца.

– Время! – железным тоном напомнила она.

– Ах, да! – корча из себя Джонни Деппа принялся размахивать руками Чёрт.  – «Пять минууут, пять минууут, это много или мало…» Ладненько… К делу! Коля, я твой чёрт. Она – твой проводник. Ангел, по сути… Они всем говорят, что любят своих подопечных, что спасают их ото всяких бед, но никто из них не говорит о том, как любят своих подопечных черти! А? Говорила она тебе о том, что спасала тебя?

Коля легонько кивнул.

– А обо мне?

– Нет.

– Нормальная ситуация, ничего нового. Чёрная неблагодарность! Короче, да… Времени мало, буду рубить с плеча. Ты доволен своей жизнью, Коля? Отвечай быстро, не задумываясь!

– Ну… – пожал плечами растерянный Колян.

– Быстро!

– Ну, хотелось бы жить получше, конечно, но в целом…

– Хорошо! Спрошу иначе: ты хочешь, чтобы твоя жизнь закончилась?

– Нет, конечно!

– Вот! – театрально переигрывая воскликнул Чёрт. – Человек полностью доволен своей жизнью! Человек живёт, как ему нравится, самостоятельно принимает решения, наслаждается…

– Может, будешь говорить как есть? – железным тоном оборвала тираду Сучка Драная и Чёрт осёкся.

– Вот так всегда… Вечно рот затыкают. Хорошо, возможно, не всегда человек сам принимает решения. Может быть, я иногда помогаю это сделать, но что это меняет? Ты же доволен своей жизнью? Доволен! Но нет же! Вечно Ему, – он ткнул пальцем потолок, – надо вставить свои пять копеек!

– Ещё короче! – поторопила его блондинка, посматривая на висящие на стене часы.

– В-общем, Он хочет, чтобы ты жил не так, как нравится тебе, а так, как надо Ему. Как тебе перспектива, например, стать дворником на минимальной зарплате? Ну, или уйти в забой и давать стране угля? Лет через десять начнёшь от силикоза лёгкие выкашливать. А? Радужная перспектива? А теперь вспомни как бумажник нашёл! Было дело? Лет двадцать назад. Ты со школы домой бежал, а я тебе под ноги кирпич положил. Ты споткнулся и колени в кровь! Ба-бах! Кожу прямо до кости содрал об асфальт! – Чёрт хихикал и потирал ладони, явно наслаждаясь воспоминаниями. – Но сейчас не об этом… И ты к обочине отполз тогда, а там – бумажник! И куча денег внутри! Помнишь? Ты нож раскладной на них купил.

– Так это ты мне его подкинул, что ли?

–  Так это ещё что! Ты вспомни, как удачно престижную профессию себе выбрал! Как в ВУЗ юридический поступил. Сам поступил! Без бабла! Без связей! Сам! Ну, вспоминай, как тебе на вступительном экзамене попался единственный билет, который ты знал. Помнишь это чувство, что весь мир тебе покорился? Ты думаешь, если бы ты жил так, как нужно Ему, то испытал бы нечто подобное? А первый выигранный процесс? А первое повышение?

– Погоди… Чё-то я не пойму, ребята. Получается всё хорошее, что было в моей жизни, это для меня вы устраивали, что ли?

– Грустно, правда? – флегматично заметила девушка-ангел. – Только этот твой благодетель забыл добавить, что кошелёк потерял старик-инвалид. Да ты и сам знаешь! Там удостоверение было, и ты мог без труда деньги вернуть. Он на войне пацаном двадцать шесть человек от голодной смерти спас, при этом сам чуть с голоду не умер! А в старости, милостыню под церковью стал просить. Знаешь почему? Последние деньги потерял. Есть нечего было. Не на что было купить!

Колян вздохнул, а Сучка Драная не унималась:

– На твоё место в институте претендовала одна весьма одарённая девочка. Могла бы стать прекрасным адвокатом, защитить массу невиновных. Предназначение у неё такое было, понимаешь? Не поступила. Ты поступил. Тебе этот твой благодетель вручил рекламную листовку университета в переходе метро. И ты поступил… А она не успела. Места на потоке не хватило. Сама виновата? Возможно. А может и ты. Или он. – Сучка Драная кивнула в сторону Чёрта. – Она теперь официанткой работает в пригородной забегаловке и унижается каждый день. Что уж говорить о тех невиновных, которые были несправедливо осуждены из-за того, что их адвокатами становятся те, кто адвокатами быть не должен. Смекаешь о ком я, Коля?

Чёрт явно занервничал, но в монолог не встревал. Он закурил и открыл форточку. Девушка продолжала:

–  А теперь я предлагаю тебе сделку. Ты сам должен выбрать, пока не поздно.

– Сам!? – не выдержав усмехнулся Чёрт. – Не слушай её! Она тебе голову дурит! У них никогда и никто сам ничего не решает! Они либо навязывают своё мнение, либо…

– Тридцать секунд, – отрезала гостья и снова обратилась к Коляну. – Ты сам сейчас должен выбрать. У тебя есть шанс прожить один день твоей жизни. Бонусом! Но этот день должен изменить всю твою жизнь так, как того требует твоя совесть. Я не знаю, что ты должен сделать! Никто не знает. Он тоже, – девушка кивнула на Черта. – Только ты один! Слушай, что говорит тебе твоя совесть. Ты знаешь своё предназначение лучше других и должен выбрать его правильно.

– Десять секунд! – орал Чёрт.

В груди у Коляна сжалось. Он попытался вдохнуть, но лёгкие, казалось, сковали стальные цепи, не позволяя наполниться воздухом.

– Изжога, что ли? – просипел Колян, чувствуя, как жар разливается в груди.

Сучка Драная обхватила ладонями его щеки, и пристально посмотрела в глаза:

– Не думай! Чувствуй!

– Нечем дышать…

* * *

– Ты звонишь в семь утра! В воскресенье! Бухой, что ли?

– Протрезвел уже, – Колян сидел на краю дивана в одних трусах и, изнывая от жуткого похмелья, звонил начальнику. – Звоню сказать вам… Тебе! Звоню тебе сказать, что ты сраный му%ак и работать на тебя я больше не буду. Иди ты в жопу вместе со своей гнилой конторой, со всеми своими продажными судьями и со всей этой вонючей судебной системой. Срать я на тебя и на них всех хотел.

– Тебе пи%дец, Звягинцев! – прохрипел голос на том конце провода.

– Да по%ер вообще, – сказал Колян и завершил звонок. Он протёр заспанные глаза, взъерошил волосы и встал с дивана. – Так, ладно… Чё там дальше по совести? Книгу написать? Но сначала ибупрофен и рассол. Да…

10

Автор публикации

не в сети 13 часов

servalyst

8 937
На дуэлях не стрелялся, в депрессии не впадал, даже не вешался ни разу. Скучный. Я бы такого не читал.
Комментарии: 346Публикации: 73Регистрация: 18-03-2023
Подписаться
Уведомить о
2 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
alla

ух, как динамично! вдохнула и выдохнула пока не прочитала. Сразу примеряю на себя. Меня бы так спросили я бы, на данный момент, ни минуты не изменила в своей жизни. Единственное, деньги бы поэкономнее тратила. А за героя рада. Правда я не знала что вся судебная система вонючая. Но ему видней)

2
alla

прочла еще раз как в первый и не согласна со свои комментом. мне тоже надо позвонить начальнику и все ему сказать. но у меня духу не хватит. не хотела бы я в такой ситуации оказаться, когда за один день надо все решить. люблю вас читать

1
Шорты-36Шорты-36
Шорты-36
БоК-6БоК-6
БоК-6
логотип
Рекомендуем

Как заработать на сайте?

Рекомендуем

Частые вопросы

2
0
Напишите комментарийx
Прокрутить вверх