Конкурсы

Река – граница. Враг? Ещё вчера были братьями. Не без драки, но жили как-то все эти годы! Теперь они пришли к нам… Мы на их берегу. Ждём. Наши поджали, гонят – мы ждём. Они бегут. Пыль! Пока далеко, но это они. Сейчас начнётся! – Миха, а если это наши? Молодой бледен, оружие так ходит в руках. Пожимаю плечами: – Не должны. – А вдруг наших побили?! – облизывает губы, озираясь.

В День учителя поздравления начинались с самого утра. Зоя Павловна, счастливо улыбаясь, ответила на очередной звонок. Молодой голос в трубке звенел искренней радостью. — Вы меня, наверное, не помните. Я — Пётр, Пётр Иванов. Закончил школу в девятнадцатом году. Зоя Павловна наморщила лоб. — Извини, Петя, не помню. Столько учеников! А память уже не та, что в молодости… — Неважно! Главное, что я постоянно вспоминаю вас с огромной благодарностью. Вы

Ты прочитал первую строку. Хорошо. Теперь вторую. Не читай дальше. Серьёзно, остановись. Я же предупреждаю… Решено. Зачем нужны слова, если люди не придают им должного значения? Ты привык чувствовать себя в безопасности за экраном. За закрытой дверью. За рулём. Вчера наорал на водителя в соседней полосе. Окна закрыты, музыка играет — думал, что даже если он услышит, ничего не сделает. Водитель посмотрел на тебя. Всего секунду. Это был я. Ты

Никто и никогда не слышал от нее ни единого слова, да и общаться она предпочитала жестами – поэтому все окружающие считали ее немой. Не досталось ей и яркой внешности, так что личная жизнь у нее не сложилась. Так бы и прожила она свой век тихой и незаметной мышкой, но вмешался случай. В тот вечер прямо у нее на глазах пьяный до невменяемости сосед бросился с ножом на перепуганную жену, пытавшуюся

– Лёшка, что ты такое говоришь? – Маша улыбнулась и прислонилась к «их» дубу. – Подумаешь, предложили работу в Европе. Я уже не хочу! – Ты же сама рвалась из нашего захолустья. Хотела путешествовать, увидеть мир. Участвовала в международном конкурсе, выиграла… Маша, ты умница! Я так рад, что твоя мечта сбылась! – Лёёёшаа!.. Зачем мне Европа без тебя?! Нам и здесь хорошо. Поженимся, нарожаем детишек. Жить будем в маминой квартире.

Когда-то Ванюхин пообещал своей жене, что станет человеком. После этого он надолго сел за грабеж. Жена оформила развод и уехала вместе с дочкой в неизвестном направлении. Отмотав полный срок, Ванюхин вернулся в комнату коммунальной квартиры, где на столе под слоем пыли нашел записку: «Ты же обещал!» Забурившись в среду таких же неприкаянных, как и он, мужчина месяцами искал утешения в беспамятстве жестких попоек, пока в один прекрасный день его не

Премьер бросил ручку и посмотрел на референта — Что ещё? — Меня прислали помочь с докладом. — Куда? — Не куда, а зачем, — референт потёр ладони, — не все понимают, о чём вы говорите. А завтра важный день… — Кто не понимает? Надо думать, что понимать! Мы продолжим то, что уже много наделали… — Да, но вопрос нефти и газа… — Моя специальность и жизнь проходили в атмосфере нефти

Дощатый сарай. Кривая жестяная дверь. Пахнет соленой капустой и старой колбасой. На полках водка, консервы, табак. Рядом в мелких контейнерах дрожит цветное желе: «Мир», «Бог», «Мама», «Любовь», «Свобода». Женщины в платках и ватниках тихо просят продавщицу: – Бутылку и сто грамм свободы… Батон и ломтик мира… А мне любви пять капель. – Любовь каплями не отпускаем! – рявкает дебелая тетка в переднике. Худенькая женщина в потертом плаще вздыхает, отодвигается от

Чумазый горняк настроен философски. Не спрашивая, чокается со мной. — Слово всё похерило. Киваю, прихлёбывая первак, единственное пойло в заведении, тёмной выработке, приспособленной в питейную. Из потолка растут сталактиты, на голову то и дело падают тяжёлые капли. — Бабка рассказывала, по воздуху они общались, — мужичок крутит крепкой чёрной рукой. — Интернет, — подсказываю, а он смотрит недоверчиво, как на шибко умного. — Ну типа того, — соглашается, — сказал