Конкурсы

У меня была пушистая белая шерстка. Но шерстка бывает и рыжей, и черной с белыми носочками. И глаза были зелёные. А бывают голубые. Или жёлтые. Ведь жёлтые тоже красиво, верно? Посмотри в наши глаза. Сколько в них глубины и жизни. Вы часто видите таких, как я, у себя во дворе. Я выросла на улице. А кто-то выпал из окна. Или потерялся, когда гулял сам по себе. Я была ласковой и […]

Он энергичный, пылкий, азартный. Мужественный и красивый. Добродушный и чуткий. Редкая порода! Неусидчив, часто мечется по комнате; покой – не для него. Подходит ко мне, садится рядом, тяжело вздыхает, задумчиво смотрит. В его глазах доверие, отвага и …порядочность. И какая-то детская растерянность. Он похож на печального человека, потерявшего нечто дорогое. Я молчу, я все понимаю. Ему хочется выть, но он сдерживается. Как ему помочь? Может, вместе повыть на луну? Мы

Однажды, в свой редкий выходной, на берегу Красного моря рыбачил пожилой террорист. Лишь после взрыва тринадцатой тротиловой шашки на волне блеснула оглушённая рыбёшка. «Не удалась рыбалка», – расстроился злодей. Вскинул на плечо базуку – решил добить малька. Вдруг златопёрка оклемалась. – Пощади меня старик, всё что хочешь для тебя исполню, – произнесла Золотая рыбка, а про себя выругалась: Мля, как они на этом фарси лопочут, язык можно сломать. Террорист обрадовался:

Оля была жутко страшной. В садике её дразнили Бабой-ягой, в школе – страшилой. Девочка очень огорчалась и из-за этого плохо училась. Вдобавок ко всему у Оли были совершенно кривые ноги. После школы девушка пошла работать дворником. Родители умерли, а жадные родственники отобрали квартиру. Олю пустили жить в подвал. По вечерам, съев кусок хлеба с водой, Оля подсчитывала, сколько ещё ей копить на пластические операции. Выходило около семисот лет. Девушка рыдала

Тишина. Идет экзамен. Так совпало, что экзамен проходит в день моего рождения. Немного обидно: дома гости, а я тут сижу, «решаю». Преподаватель ещё несговорчивый – сам зав.каф. «Ну вроде решил, пора сдаваться, – подумал я и встал из-за стола». Положил исписанный лист и собрался уже уходить, как услышал голос экзаменатора: – Молодой человек, вы уже всё? Подождите минутку я сразу и проверю. Я сел напротив него и ждал. Несколько росчерков

По улице за котёнком гнался бродячий пёсик. Котёнок забежал в подворотню, и пёс попал в большой и крепкий сачок. Засада. Собаку привезли в питомник рядом с железнодорожной станцией. – Вася, свободные вольеры есть? – спросил один ловец другого. – Смотрите, живой спиннер! – воскликнул показавшийся на улице Вася, вертя за хвост котёнка. – А вольеров нет. Надо проводить уплотнение. – Ты его надорвал. Он теперь постоянно гадить будет. Забирай его

Иван Антоныч Ким живет на пятом этаже. Без лифта. Снаружи бывает редко: полиция то и дело паспорт проверяет — а он родился в СССР и по-корейски знает всего одно слово! К тому же инвалидная коляска грохочет на лестнице, соседи ругаются. Сегодня он дома. За окном ветрено. На стенах раскачиваются вымпелы и шелестят десятки грамот, полученных в годы ударной юности. Через дырочки от проданных орденов сквозняк пробирается под пиджак, холодит старческую

Дима считал себя терминатором. От лекарств, он еле-еле передвигал ноги по коридору, шумно шаркая истершейся до дыр подошвой сланцев, и имитировал слюнявыми губами механический скрежет. Родственники осторожно, чтобы доктора не заметили, лечили его пощечинами до лилового румянца. Толик был из семьи интеллигентов. Молчаливый и угрюмый, он очень любил читать. И целый день Толик лежал на постели, перечитывая собственные ладони и переворачивая их время от времени, как книжные страницы. Матушка беспрестанно

Жил-был голубь, он был такой красивый, такой белый, что все его любили и кормили. Полюбил птичку и маленький мальчик. Он решил, что ему нужно непременно поймать и посадить голубя в свою клетку. Мальчик разложил петлю на земле, насыпал побольше зерна и стал ждать. Когда пернатый оказался ровно по серединке, он дернул за веревочку. Голубь резко взлетел, а его лапка осталась в петле. С тех пор жизнь однолапого переменилась, никто не

Эх, ребята, что же вы все мимо? Не видите, как устала рука держать кружку? Как дрожит? Киньте мелочь. Мне бы только похмелиться да поесть чего-нибудь, «чтобы с голоду не протянуть мне ног». А бычок тоже подниму. Любил молодым эту песню, про бычок. Ох, как хреново-то в России по утрам, да еще и в холодном переходе. Вон баянисту хорошо – у него баян есть и похмелья нет. Эй, ребят, не надо!