Флейтист

Я опоздал совсем чуть-чуть, но, как назло, к открытию принесло начальника. Выволочку мне устроил, образцово-показательную, премиальные теперь не светят. Потом ещё самый паршивый район дали, там вообще одни синяки живут. Тот мутный тип не собирался платить за пиццу, я это сразу понял, как только он дверь открыл. На халяву отжать хотел. Он вдвое шире меня, только не на того напал. Деньги я у него в итоге забрал, ровно по чеку – не больше, а пиццу не оставил. Она ему в ближайшее время не понадобится. Пока не придумает, чем её жевать можно вместо своих выбитых зубов. А что делать? Мир стал жёстче, и я вместе с ним.

Нет, решено, на эту работу я больше не вернусь. Лучше уж снова уличным музыкантом. Ну да, поиграю немного пошлые популярные мотивчики, зарабатывать-то на хлеб надо. За мою собственную музыку мне много не заплатят. С ней руку протягивать бесполезно, а вот ноги протянуть недолго. Обоснуюсь хотя бы в том же парке. Там старик обычно сидит, тоже на флейте играет, но мы с ним договоримся. Сейчас прямо и устроим переговоры. Он мой давний знакомый, хоть об этом и не подозревает.

Вот и знакомая аллея. Пустая в такую погоду. Только изменчивый ветер кидает мне навстречу обрывки мелодии. Старик, оказывается, перешел на пан-флейту. Малышка Джейн – узнал я. Видимо, артритные пальцы не могут уже справиться с классическим инструментом.

Я увидел его там, где и ожидал. Правда, деревянная скамейка с изогнутой спинкой и черными чугунными лапами, которую я помнил, канула в прошлое, а на её месте появилась другая, пластиковая, оптимистично-кислотного зелёного цвета. Вид старого музыканта, напротив, оптимизма не вызывал. Щёки ввалились, глаза воспалённые, а в картонке у его ног одиноко и стыдливо лежит мелкая монета.

Он меня не узнал, конечно. Я же тогда был совсем другим. Постарше, мягко говоря. Это он тогда ещё мальчишкой был. Я присел рядом, открыл давно остывшую пиццу – мой конфискат, – сам взял кусок, другой протянул старику.

– Угощайтесь, мне не съесть столько. Да не стесняйтесь, мне правда много.

Старик отложил флейту, взял кусок пиццы аккуратно, недоверчиво, благодарно. Руку горсточкой подставил, чтобы крошки не падали. Он ел, я откусывал по чуточке, из вежливости, за компанию, а сам вспоминал вечер, когда мы встретились в первый раз. Так странно звучат воспоминания сорокалетнего мужчины в голове шестнадцатилетнего парня. До сих пор никак не привыкну.

Тогда, очень много лет назад, я шёл быстрыми шагами по мокрым листьям, по мелким, сбитым ветром наземь, чёрным веточкам. Аллея волновалась, как дальняя родня на поминках или свадьбе, и всё подсыпала листвы на и без того ставшую ковровой дорожку. Не зная, куда идти, я точно знал – откуда. Они сказали, даже не дослушав, что я неуч, что музыка пишется по правилам, а то, что я им играл не лезет ни в какие ворота. Что это просто нелепый набор звуков. Я выскочил из консерватории сломя голову, схватив инструмент. Шея страшно мёрзла, а кашне осталось там, в аудитории. Хорошо, хоть флейту не забыл. Надо хотя бы поднять воротник пальто. “Не пришлось бы возвращаться”, – суеверно всплыло в голове.

Я был из тех людей, кто никогда не бросит монетку в фонтан, если что-то в этом месте сложилось недостаточно идеально: обсчитали в кафе, плохо пропеклась булка, купленная у торговца на улице. Поэтому монетки и фонтаны всегда оставлял на последние часы в новом городе, чтобы уж наверняка, не промахнуться. И тем болезненнее оказалась ошибка этого дня. Сейчас бы новый я сказал, что «психанул конкретно».

Парадные туфли, надетые по случаю визита к знаменитым мэтрам, оскальзывались в тех местах, где под листьями прятались грязевые донышки недавних луж. Пару раз лишь чудеса эквилибристики позволили устоять на ногах. Кто только придумал эти тонкие кожаные подошвы? С такими удобно в гробу лежать, а не по земле ходить.

Минуло немало времени, а парк всё не заканчивался, хотя маячил просветами справа и слева, в местах, где голые стволы не могли скрыть чёрную штриховку ограды. Я всё так же шагал вперед.

Всего одна нота, мне нужна была всего одна, единственная правильная нота. Со стороны это, должно быть, выглядело странно: идёт человек по парку и что-то ищет то в кронах деревьев, то в пролетающих осенних облаках. Прислушивается к ветру, вдруг подберет одинокий лист клёна, упавший на скамейку. Возьмёт его в руки и вглядывается, вертя в замерзших пальцах. А потом отбрасывает в раздражении. Я бросал ненужные листья, а они покорно падали, – это единственное, что они могли сделать. Падали и сумерки, не резко, а словно те же листья. Сумерки кружились, подхватываемые порывами северного ветра, незаметно маскировали ещё не зажжённые фонари в конце аллеи.

С трудом вынырнув из воспоминаний, я прислушался к тому, что говорил старик, уже доевший пиццу (пепперони с грибами, средняя). Надо же, он рассказывает мне про меня.

– Тот человек шел по парку и, если на скамье лежал одинокий лист клёна или дуба, брал его и вглядывался, вертя в руках. А потом отбрасывал в раздражении. Не знаю, почему я за ним пошел. Наверное, из-за футляра с флейтой, который он нёс. Я сам тогда только учился играть.

У одной скамейки человек остановился надолго. Лист, поднятый им с сидения, явно содержал в себе нечто, понимаешь, нечто, что отличало его от собратьев. Лицо странного человека просияло. Он даже проговорил несколько слов, задрав голову к небу. Возможно, это была молитва. Затем он, спеша и волнуясь, достал из футляра флейту и заиграл. Внезапно оборвал мелодию, замер, оглянулся на меня и исчез. Этот человек исчез. Понимаешь? Не упал, не ушёл, не провалился под землю, и даже не улетел, а именно исчез. Мне только показалось, что я услышал звук захлопнувшейся двери.

Я осмотрел там каждый сантиметр. Я даже искал листья, которые неведомым мне образом повлияли на него. Листья лежали молча, все на одно лицо. Лишь после третьего круга я заметил под деревом маленький кожаный блокнотик. А в нём были только ноты, и больше ничего. Уже совсем стемнело, когда я положил этот блокнот в карман и пошёл домой. Если бы я знал тогда, как эта маленькая книжечка изменит мою жизнь.

Мелодия, записанная в блокноте, была очень… как бы тебе сказать? Ты не музыкант, не поймёшь. Странная она была, но я почувствовал её. Разгадал. Правда, на это ушла вся моя жизнь. – Старик полез в карман, долго копался там непослушными замёрзшими пальцами, затем наконец извлёк на свет маленький кожаный блокнот. Мой блокнот.

– Ну, как разгадал, – он вдруг смутился, – Почти. Понимаешь, парень, то, что было в блокноте – это всё, что угодно, но не музыка. Эх, не могу объяснить. Не музыка! Кусочек Мироздания, буковка из слова Создателя, крупинка Вселенной – вот, что записано нотами в том блокноте. Жаль, не успею понять до конца, врачи говорят, мне месяца два осталось. Третья стадия, парень.

Старик, откинулся на спинку скамьи, замолчал и устало перевёл дыхание, вертя в узловатых пальцах свою флейту.

– Сыграйте мне эту мелодию, прошу вас, – я принял решение.

– Что, из блокнота? Тебе не понравится, парень. Ты и не поймёшь ничего. Да уж ладно, надо твою пиццу отрабатывать. Долг платежом…

Он приложил флейту к губам, а я прикрыл глаза, вслушиваясь в первые, такие знакомые звуки.

– Попробуйте во втором такте ля-бемоль. Я не стал это в блокнот записывать тогда, в парке. Просто не успел.

Старик оборвал мелодию. Я видел, как менялось его лицо. Видел, как непонимание сменилось догадкой, потом неверием. Затем промелькнул страх, ему на смену тут же пришел восторг. Он дрожащими пальцами вновь поднёс инструмент к губам и заиграл. Налетел ветер. Растущий у скамьи дуб зашелестел остатками листвы, словно библиотекарь, листающий ветхий каталог. На какой строчке остановится его палец, какую новую судьбу для тебя, старик, он подчеркнёт своим деревянным ногтем? Порыв ветра бросил мне в лицо целую горсть жёлтых листьев, заглушил звуки флейты. И послышалось, что где-то невдалеке захлопнулась дверь. Рядом со мной, наполовину присыпанные жёлтыми дубовыми листьями, остались лежать только пустая коробка от пиццы Пепперони и маленький кожаный блокнот.

.

(Просмотров за всё время: 47, просмотров сегодня: 1 )
10

Автор публикации

не в сети 6 часов

Dracula

653
Лень - единственная уважительная причина завалить работу. Всё остальное непростительно.
Комментарии: 189Публикации: 17Регистрация: 15-03-2021
Подписаться
Уведомить о
guest
9 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Pearl

Уже помня предыдущие рассказы, сразу приготовилась к перемещению во времени…🍁🍂🍁🍂🍁🍂🍂🍁🍂🍁

1
Мира Кузнецова

Перлитта сказала: “Сходи почитай!” Я пришла. Прочла. Восторг? Нет. Это другое. Это ощущение осязаемости слова. Слог кстати хорош.

2
Мира Кузнецова

Я ее мысленно съела. Вишневое…. Мрррррр. И быстренько спрятала косточки (пока меня не застукали).

1
Мира Кузнецова

Клубничное было первой ассоциацией… Но вдруг захотелось вишневого))) Пойду еще пройдусь по книжной полочке, коль вечер стал читательным.

1
Madam

Читаю вас и убеждаюсь, что вы – фигура не простая. Умело здесь же и о приземленной пицце, и о кружащихся сумерках, об артрите и божественной музыке. Это придает ритм рассказу и не резкий барабанный, а тонкий, “из блокнота”. 👍 

1
БисерБисер
Бисер
Шорты-3Шорты-3
Шорты-3
логотип
Рекомендуем

Как заработать на сайте?

Рекомендуем

Часто задаваемые вопросы

9
0
Напишите комментарийx
()
x
Пролистать наверх