Медальон с лунным камнем. Глава 2, Глава 3. (18+)

Глава 2. Нежданная находка

Погнавшись за кроликом, друзья не заметили, как отошли от дороги на довольно приличное расстояние и оказались на просеке, среди хаотично поваленных деревьев и загнивающих корней, торчащих в разные стороны, подобно щупальцам гигантских спрутов. Кролик куда-то исчез, нырнув в одну из многочисленных полостей стволов, чем заставил ребят наконец прекратить охоту.

— Где это мы? — первой встрепенулась Лайла, оглядываясь и одновременно срывая с одежды колючки репейника.

Сандал скептически повёл плечами. Парень был явно расстроен тем, что добыча ускользнула.

— Может, лучше вернёмся? — предложила Натаниэль, кивнув в сторону стены деревьев. — А то уедут без нас.

— Пошли, — неохотно согласился юноша и направился было обратно, но тут вопль сестры заставил его обернуться.

Лайла стояла к нему спиной и нервно дёргала рукой, указывая куда-то в сторону. Сандал проследил за её движением и невольно остолбенел. Кролик вернулся. Но теперь он был не один. Рядом с ним находилась ещё пара зверьков. Они стояли на задних лапах совершенно неподвижно и разглядывали непрошеных гостей. Их серые тельца дрожали от возбуждения, а ставшие огромными чёрные глаза светились красноватыми огоньками неприкрытой злобы.

Сандалу потребовалось несколько секунд, чтобы оценить обстановку, после чего он ухватил сестру за локоть и потянул к себе, заставляя медленно отступить.

Тут же послышалось угрожающее шипение, и зверьки, выйдя из оцепенения, оскалились, подобно взбесившимся монстрам. Их морды сморщились, челюсти раскрылись, оголяя два ряда острых, как иглы, зубов. Сквозь неровный частокол грязных, цвета запущенного кариеса клыков, на землю закапала вязкая, молочно-белая слюна. Кролики опустились на четыре конечности и пригнулись, готовясь к нападению. Каждое их движение сопровождалось низким утробным урчанием, которое становилось всё более громким. Носы подрагивали от нетерпения, а кровавый огонь в глазах быстро разрастался в пожар настоящего безумия. Прижав уши и нервно дёргая лапами, бешеные зверьки начали медленно приближаться к ребятам.

— Блин! Какого… — вырвалось было у Сандала, но он тут же смолк от визга Натаниэль, стоявшей позади них. Брат с сестрой дружно обернулись и увидели ещё двух зверьков, приближающихся к ним с другой стороны. Шерсть на спине кроликов стояла дыбом. Их челюсти отбивали судорожный ритм, разбрызгивая вокруг обрывки тягучей слюны. Глаза утратили всякую живость, став мертвецки пустыми и остекленевшими. Зверьки осторожно, почти ползком, надвигались на детей, не переставая при этом издавать какие-то немыслимые, леденящие кровь звуки вперемешку с нестройным клацаньем зубов.

Не сговариваясь, вся компания попятилась, отступая к стене деревьев. Лайла с такой силой вцепилась в руку брата, что кончики её пальцев побелели. Натаниэль пятилась вместе с ними, но чуть быстрее, поэтому первой оказалась на тропинке, петлявшей по лесу. Тут позади неё что-то хрустнуло, и зашелестели ветки кустов. Девушка обернулась, но ничего не заметив, вновь сосредоточила внимание на друзьях и грозящей им опасности. Тем временем кролики, увидев, что добыча собирается сбежать, активизировали наступление. Перекликаясь короткими истошными верещаниями и злобно фыркая, звери прыжками бросились к детям.

— Тolle de anima! (вынимаю душу!)— донеслось до ушей Натаниэль, и прежде, чем она успела понять, кому принадлежит этот низкий мужской голос, прозвучавший где-то позади них, у самой границы просеки послышались оглушительные хлопки, и всю компанию окатило горячими алыми брызгами. Не добежав до ребят всего пару метров, кролики неожиданно стали взрываться. Молниеносно надуваясь до гигантского размера, их тельца лопались с жутким треском, превращаясь в кровавые ошмётки. Куски кожи, шерсть, кишки и обломки костей — всё это разлеталось в стороны, повисая на ближайших деревьях и корнях. Кровь крупными бисеринами застывала в воздухе, затем оседала на листьях и ручейками расползалась по засохшим стволам.

Оторванная голова кролика с вывалившимися глазными яблоками и торчащим из пасти посиневшим, всё ещё подрагивающим языком шлёпнулась под ноги ребятам. Это вывело всю компанию из парализовавшего её ужаса. Заорав, как сумасшедшие, дети бросились в лес и, не разбирая дороги, сквозь заросли и колючие кустарники помчались обратно к автобусу…

***

Выскочив на дорогу, ребята огляделись. Сломанный автобус всё ещё стоял у обочины, но рядом с ним никого не было. Зато на другой стороне дороги они увидели машину Афаэла. Недолго думая, вся компания бросилась к ней. Однако и машина оказалась пустой.

— Где отец? — Сандал, нервно озираясь, подёргал запертую дверцу.

— Вон он! — Лайла подпрыгнула от облегчения, увидев Афаэла, выходящего из леса. За ним, прихрамывая, шёл водитель автобуса.

Бросив сердитый взгляд на детей, Афаэл остановился и повернулся к водителю.

— Наш разговор не окончен, Муриэль, — притянув мужика за воротник рубашки, процедил староста. — Скоро будет «Сбор». Там и решим, что с тобой делать.

— Я не виноват, Афаэлон! Я сказал им ждать у автобуса!.. — лицо водителя было перекошено от страха, когда староста, отшвырнув его от себя, направился к ребятам. Мужик бросился за ним, что-то говоря и возбуждённо размахивая руками, но староста даже не повернул головы в его сторону. Едва приблизившись к детям, он первым делом шагнул к дочери и внимательно осмотрел её с головы до ног.

— Ты не пострадала? — спросил Афаэл, с тревогой вглядываясь в её лицо. — Тебя не ранили?

— Нет, — девочка покачала головой, на что староста облегчённо выдохнул и только потом перевёл взгляд на сына.

— Какого чёрта ты потащил сестру в лес?! — выругался он, не заметив никаких повреждений на теле юноши. — Ты — её брат! Ты должен её защищать, а не подвергать опасности! Ты уже взрослый, а у тебя до сих пор нет мозгов!

— Прости, отец, — юноша опустил голову, признавая свою вину.

— Садись в машину, — ледяным тоном приказал Афаэл, после чего наконец удостоил вниманием Натаниэль. — Ты цела? — коротко спросил он.

Девушка кивнула и, повинуясь жесту старосты, полезла в машину вслед за близнецами.

— А где остальные школьники? — спросила Лайла, как только они тронулись с места.

— Уже уехали, — буркнул Афаэл, и Натаниэль, сидевшая рядом с водительским местом, заметила в чёрных глазах старосты отблески ярости. Девушку всё ещё трясло после пережитого ими ужаса. Да и одежда, насквозь пропитанная кровью и заляпанная ошмётками дохлых кроликов, слишком красноречиво напоминала о произошедшем. Судя по лицам близнецов, они тоже ещё не до конца оправились от шока. Лайла, всхлипывая, салфетками пыталась стереть с одежды подсохшие брызги крови. Салфетки то и дело выпадали из её дрожащих рук, и вскоре весь пол машины был усеян мятой бумагой. По-прежнему белый, как мел, Сандал застывшим взглядом смотрел на дорогу и за весь путь почти ни разу не пошевелился. Очнуться всех заставил голос Афаэла:

— Приехали… Идите в дом! — кивнул он ребятам, открывая дверцы машины.

Натаниэль посмотрела в окно. Ухоженный двухэтажный особняк, окружённый красивым садом, спрятанным за массивным забором из белого камня, разительно отличался от её скромного деревянного домишки. Пока близнецы вылезали из машины, Натаниэль медлила, пытаясь сообразить, как добраться до своего дома в том жутком виде, в котором она сейчас находилась. Её размышления прервал Афаэл, распахнув дверцу машины.

— Давай, ты тоже выходи! — кивнув на дом, приказал он. — Я отвезу тебя позже.

Спорить было глупо, и Натаниэль покорно последовала за близнецами. Они вошли в блестевший чистотой холл, и все трое замерли у порога, дожидаясь хозяина.

Афаэл не заставил себя долго ждать. Быстрым шагом пройдя мимо детей в одну из комнат, он вернулся с двумя халатами в руках. Вручив по одному Лайле и Натаниэль, староста повернулся к сыну.

— Сходи за доктором, — коротко бросил он Сандалу. — Скажи, чтобы срочно пришёл сюда.

— Отец, мы не ранены, — попробовала было вмешаться Лайла, но тут же смолкла, натолкнувшись на суровый взгляд Афаэла.

— Можно, я хотя бы умоюсь? — попросил юноша, но староста вместо ответа просто распахнул перед ним входную дверь. Не посмев больше спорить, Сандал вздохнул и отправился за доктором.

— Идите в гостиную, — как только он ушёл, сказал староста девушкам. — Переоденьтесь пока.

Лайла и Натаниэль прошли в уютную светлую комнату и тут же принялись скидывать с себя окровавленную, изодранную колючками одежду. Всё ещё грязные, они тем не менее с удовольствием завернулись в мягкие и чистые махровые халаты.

— Ты как, Ната? — забравшись с ногами на диван, впервые обратилась Лайла к подруге. — Тебя не укусили?

— Нет, не успели. А тебя?

— Кажется, нет, — Лайла поёжилась. — Больше в лес ни ногой! И что это за дерьмо вообще было?

— Не знаю. Может, кролики подхватили бешенство?

— Ага, и поэтому их так вспучило, что они повзрывались, — хмыкнула рыжая, потирая руку.

— Всё ещё болит?

— Немного, — Лайла встала с дивана, взяла с низкого стеклянного столика графин и налила воды. Натаниэль тем временем разглядывала корешки стоявших на каминной полке книг. Все названия фолиантов были на каком-то незнакомом языке, который Натаниэль никогда прежде не встречала. Повинуясь первому порыву, девушка потянула к себе одну из книг и через секунду уже раскрыла её, с любопытством вглядываясь в таинственное руническое письмо. Неясно почему, но сердце Натаниэль вдруг бешено заколотилось, словно она приблизилась к какой-то невероятной тайне.

— Не старайся, — заметив интерес подруги, Лайла небрежно махнула здоровой рукой. — Эти каракули просто для красоты. Они жутко старые и всё такое, но прочесть всё равно никто не может. Отец купил их у какого-то букиниста. С тех пор они здесь и пылятся, — девушка закрыла глаза, устроившись между мягких подушек дивана. Натаниэль же, взяв книгу, забралась на кресло и стала искать на страницах картинки. Не отыскав ничего, кроме отделанных золотыми чернилами вензелей и наполовину пустых страниц, она уже хотела вернуть фолиант на место, как вдруг осознала, что начинает понимать смысл изображённых в нём символов. Руны одна за другой выстраивались в слова, будто буквы в детской азбуке. Затаив дыхание, Натаниэль прочитала нижнюю строчку:

«Светлый среди вас… Времени мало… Найдите его!»

Это была последняя строчка письма, записанного в этой книге и предназначенного неизвестному получателю. Возбуждённая и потрясённая Натаниэль пробежала глазами строчки повыше, но понять их содержание не успела. В холле послышались шаги и девушка, опомнившись, поспешила вернуть книгу на полку.

Дверь распахнулась и в гостиной появились Сандал, Афаэл и местный фельдшер. Вид у всех был угрюмый и озабоченный.

— Сначала осмотри Лайлу, Армисаэль, — обратился староста к высокому, худому мужику с недельной щетиной на лице. Тот кивнул и, поставив на столик кофр с инструментами, жестом подозвал рыжую.

— Может, вам выйти? — с вызовом взглянув на отца, сказала Лайла, не двинувшись с места. Афаэл помедлил секунду, потом вместе с Сандалом скрылся в дверях.

— Сними халат. Нужно убедиться, что тебя не задели, — деловито попросил доктор, осмотрев царапины на лице пациентки. Лайла потянула с плеч халат и поморщилась. — Рука болит? — тут же спросил Армисаэль, и прежде, чем девушка ответила, стал ощупывать её руку. — Что случилось? — наконец поинтересовался он, рассматривая проступивший на запястье огромный синяк. — Ты ударилась?

— Нет. Просто потянула, наверное, — скорчившись от боли, ответила рыжая. — Это ещё в школе было.

— У неё была судорога, — вмешалась Натаниэль. — Лайла не могла рукой шевельнуть.

— Я пропишу мазь, а через пару дней зайдёшь ко мне и покажешь, — угрюмо кивнув, доктор переключил своё внимание на дальнейший осмотр пациентки. — Всё в порядке, — наконец констатировал он. — Но сегодня лучше отдохнуть. И не перетруждай руку, поняла?

— Да, — Лайла закатила глаза и начала одеваться. — Я в душ, — бросила она напоследок и исчезла за дверью.

— Теперь ты… — доктор обернулся к Натаниэль. — Давай посмотрим, всё ли с тобой хорошо.

Не желая тратить время на споры, блондинка покорно скинула халат. Армисаэль шагнул было к ней, но вдруг замер, увидев медальон у неё на груди.

— Что это? — вырвалось у него хриплым вздохом, и Натаниэль увидела, как он побледнел.

— О чём вы? — не поняла девушка, лихорадочно осматривая себя на предмет жуткой раны или чего-то подобного.

— Нет… Ничего. Мне показалось, — опомнился доктор. Обходя вокруг неё, он осматривал царапины на теле девушки и при этом старался её не касаться. — Ты в порядке, — несколько спешно заключил Армисаэль, возвращаясь к столику и складывая инструменты. — Иди в душ и возьми у Лайлы чистую одежду. Потом Афаэл… В общем, потом он тебя отвезёт, — всё это он произнёс на одном дыхании, явно размышляя о другом.

Облегчённо вздохнув, Натаниэль накинула халат и выскочила из гостиной. В холле её встретила Лайла.

— Идём. Покажу тебе, где смыть с себя весь этот ужас, — улыбнулась она подруге.

Пока девушки приводили себя в порядок, доктор осмотрел Сандала и, не найдя в его состоянии ничего опасного, отпустил юношу мыться.

— Что скажешь, Армисаэль? — едва за парнем закрылась дверь, обратился Афаэл к доктору.

— С твоими детьми всё нормально, Афаэл, но… я кое-что увидел у той девочки… Натаниэль, — доктор говорил обрывисто. Его глаза горели от возбуждения.

— Что ты увидел?

— Медальон… Это «Рамистар», Афаэл! Девчонка носит на груди кровь Светлого!

Староста замер. Его чёрные зрачки сузились.

— Ты уверен? — переспросил он, недоверчиво глядя на доктора.

— Сомнений быть не может! — нервно кивнул тот. — Я даже прикоснуться к ней не мог. А твоя дочь, похоже, дотронулась до медальона. Я заметил у неё повреждения руки, но сначала не понял, откуда они, пока не увидел «Рамистар».

— Ты сказал Натаниэль? — в голосе Афаэла внезапно прозвучала недвусмысленная угроза.

— Нет, конечно! — доктор нервно замотал головой.

Несколько минут Афаэл молчал, обдумывая услышанное.

— Мы должны убедиться, — наконец твёрдым тоном произнёс он. — Что это она, прежде чем… — он не договорил, быстро обернувшись к дверям, за которыми послышался какой-то шорох. Шагнув к двери, староста резко распахнул её и, никого не увидев, вернулся в комнату. — Иди, Армисаэль, — совсем тихо приказал он. — Скоро будет «Сбор» — там и обсудим.

Доктор понимающе кивнул и быстрым шагом скрылся в дверях.

Глава 3. Жерхи

— Что ты здесь делаешь, Миэл? — доктор чуть ли не бегом спустился по ступеням дома Афаэла и, быстро оглянувшись, подошёл к сыну. — Я ведь сказал ждать меня дома! — он схватил юношу за шкирку и грубо толкнул к машине. — Садись! — рявкнул Армисаэль, заводя мотор. — Ты сделал всё, что я просил? — едва они отъехали, поинтересовался он.

— Да. Всё утро таскал кроликов в операционную, — юноша хмыкнул. — А для чего они?

— Сам увидишь сегодня, — Армисаэль явно нервничал. — Который час?

— Почти четыре, а что?

— Скоро Дарану привезут. Будешь помогать мне при её родах.

— Я не хочу быть врачом! — Миэл поморщился. — Я совершеннолетний и могу выбирать.

— Тебя никто не спрашивает, щенок! — Армисаэль фыркнул, бросив на сына колючий взгляд. — Община решила, что ты будешь врачом, значит, им ты и будешь. А свои хотелки оставь для девок.

— Завтра Сбор, ведь так? — помолчав, хмуро поинтересовался юноша.

— Опять подслушивал? — доктор покачал головой, но парень пропустил его замечание мимо ушей.

— По законам общины у меня те же права, что и у других, — Миэл пожал плечами. — Ты обязан взять меня с собой на Сбор. И ты обещал, что я приму участие в церемонии. Я слышал, Лайлу будут готовить…

— Про Лайлу забудь, — Армисаэль даже побледнел немного. — Она слишком ценная. Ею займутся Старшие. К тому же, ты вроде по этой сироте сохнешь… Как её?.. Натаниэль!

— Так её тоже? — взгляд юноши тут же оживился. — Кстати, у неё завтра совершеннолетие?

— Да, только губы не раскатывай. С твоей девкой не всё так просто.

— А что не так?

— На Сборе узнаешь. А пока отправляйся в операционную и приготовь там всё, — резко затормозив у ворот сельской больницы, Армисаэль высадил сына из машины. — Через полчаса привезу Дарану. И прикрой окна как следует! — бросил он напоследок прежде, чем рвануть с места.

***

— Сюда заносите! — голос Армисаэля гулким эхом прокатился по коридорам пустой сельской больницы. Дверь в операционную распахнулась, и Миэл увидел двух мужчин из общины, затаскивающих на своих плечах растрёпанную молодую женщину с огромным животом. Она дёргалась и извивалась в их руках от боли, до крови прикусывая губы. Миэл узнал в ней Дарану, жившую на соседней улице вместе с одним из Старших общины — Табрисом.

После того как Дарана поселилась у Табриса, она довольно долго не могла забеременеть. И вот две недели назад для неё провели церемонию зачатия. Теперь Табрис вместе с сыном Ариохом уложили женщину на специальный стол и, следуя указаниям доктора, старательно прикрутили её руки и ноги ремнями к выступающим железным крюкам. Дарана вырывалась, завывая, как раненый зверь, и корчилась от боли. Миэл помогал её привязывать, с интересом наблюдая, как по телу женщины пробегают волнообразные схватки. На ней был тонкий синий халат, который сейчас задрался, оголив розовые бёдра и необъятный живот с выпученным наружу пупком. Она хрипела и задыхалась, иногда начиная мелко трястись, словно в нервном припадке, и тогда её ногти беспомощно скребли по металлу стола, а в уголках губ надувались кровавые пузыри.

— Достаточно, — Армисаэль кивнул мужчинам, оценив надёжность ремней, плотно оплетавших тело женщины. Потом посмотрел на часы. — У нас есть ещё десять минут прежде, чем всё это начнётся, — будничным тоном определил он. — Можно перекурить пока, — усмехнулся он, направляясь к дверям. Табрис с сыном последовали за ним, оставив Миэла наедине с роженицей. Парень задержался у стола, с любопытством и некоторым смятением наблюдая за тем, как дёргается и перекатывается что-то в животе у Дараны, заставляя кожу морщиться складками и растягиваться так, что та готова была лопнуть. Не в силах преодолеть искушения, юноша опустил свою ладонь ей на живот и осторожно провёл по горячей розовой коже.

— Какая ты тёплая, — улыбнулся Миэл, и его ладонь поползла по её бедру. — И нежная, — шепнул он, двигаясь дальше по ноге и оглаживая круглое колено. — Мне жаль, что тебе сейчас больно, — его рука застыла, потому что женщина вдруг закричала и выгнулась дугой так, что затрещали кости позвоночника. Раздалось булькающее хлюпанье, и на стол хлынули ручейки чёрной крови. Крик Дараны почти оглушил парня, и он не услышал, как открылась дверь и в операционную вернулся доктор. Едва бросив взгляд на потоки чёрной крови, Армисаэль вздохнул и помрачнел.

— Принеси кролика, — беря в руки специальные щипцы, приказал он сыну. Миэл немного удивился, но послушно направился к рядам клеток, стоявших вдоль стены здесь же, в операционной. Взяв на руки серого пушистого зверька, он вернулся к отцу и замер рядом, с интересом ожидая последующих событий. А доктор стоял с щипцами в руке, внимательно наблюдая за процессом родов. — Смотри! — внезапно позвал он сына.

Миэл приблизился и тут же увидел, как из тела Дараны полезло наружу что-то тёмное, блестящее и скользкое. Это существо отдалённо походило на ящерицу или новорождённого крокодила, только что вылупившегося из яйца. Но это лишь до тех пор, пока существо не вылезло полностью и не поднялось на четыре тонких кривых лапы, оглушительно заверещав. Его чёрная, покрытая редким жёстким ворсом кожа лоснилась от крови, а круглые маленькие глазки сверкали ядовито-красными бусинами. Морда была вытянутой, а вместо носа и ушей проглядывали узкие щели, заполненные грязно-жёлтой слизью. Существо открыло маленькую пасть, усеянную двумя рядами иглоподобных зубов. Язык у этой твари был длинным, бурого цвета, усеянный мелкими кровавыми присосками. Размером и формой новорождённый и правда напоминал небольшую ящерицу, которая, оскальзываясь, барахталась в кровавых сгустках, пытаясь из них выбраться.

— Что это? — Миэл скривился, чувствуя, как к горлу подступает рвотный спазм.

— Это Жерх, — Армисаэль ухватил щипцами новорождённого и приподнял, внимательно рассматривая. — Низший в иерархии демонов, — он снова вздохнул. — Держи кролика крепче, — приказал доктор, и прежде, чем Миэл опомнился, Армисаэль одной рукой разжал пасть кролику и, ухватив за язык, резким движением вырвал его из глотки и швырнул на поднос. Затем, не обращая внимания на ужасные страдания зверька и его судорожную агонию, с силой затолкал Жерха глубоко ему в пасть и сдавил челюсти. Кролик ещё пару раз дёрнулся и затих, закатив глаза.

— Всё, закрой его в большой клетке, только как следует. Эти твари с рождения нас ненавидят. Если очнётся и сбежит, не сносить нам головы.

— Разве он не мёртвый? — уложив неподвижное тело зверька на соломенную подстилку клетки, спросил Миэл.

— Закрывай! — поторопил Армисаэль, вновь возвращаясь к роженице. — Вот очнётся вскоре — увидишь, какой он мёртвый, — пробурчал он, вновь беря в руки щипцы.

— Я д-думал, б-будет ре-бёнок, — заикаясь, выдавил юноша, стуча зубами.

— Если и были дети, их уже сожрали, — огрызнулся Армисаэль, хватая щипцами следующего выползшего из тела женщины монстра. — Давай ещё кролика! — прикрикнул он на сына, заставляя того очнуться от прострации.

Миэл шагнул к клетке и вскоре вернулся, неся на руках очередного зверька. Не тратя времени, доктор повторил всю процедуру, и так продолжалось до тех пор, пока огромная клетка, больше похожая на просторный вольер, не заполнилась тушками ещё одиннадцати зверьков.

— Сколько же их? — уже не скрывая отчаяния, спросил парень, окончательно позеленев от вида чёрной крови, горы вырванных кроличьих языков и одуряющего гнилостного запаха, исходившего от роженицы.

— Тринадцать. Остался один, — хмыкнул Армисаэль, бросив на сына насмешливый и чуть сочувствующий взгляд. Однако его насмешка тут же исчезла, когда вместо потока чёрной крови на поддон под столом внезапно закапала ярко-алая жидкость.

— Ну же! — непонятно отчего на лице доктора внезапно проступило выражение крайнего возбуждения и нетерпения. Он взглянул в лицо Дараны, которое уже давно было землисто-серым и напоминало лицо трупа, а не женщины. — Давай, милая, ещё немного! — подбодрил он роженицу, но та не реагировала, окончательно потеряв силы и охрипнув от криков. — Давай, дьявол тебя забери! — рявкнул Армисаэль, теряя терпение и начиная бить её по щекам. — Тужься, шлюха, пока я тебя, как свинью, не выпотрошил! Давай! — он потряс её за плечи, но всё было бесполезно. У женщины не осталось сил. Она лишь тихо застонала, прикрывая глаза, из которых ручейками бежали слёзы.

— Миэл, заткни ей рот! — коротко бросил доктор, беря в руку скальпель и разрывая на несчастной рубашку. Парень, пребывая в полном шоке, шагнул к роженице и прижал ладонь к её губам. Она дёрнулась от его прикосновения, широко раскрыв полные ужаса и страдания серые глаза. — Крепче держи! — прошипел Армисаэль, наблюдая за сыном. Миэл кивнул, изо всех сил прижимая ладонь. В следующую секунду парень ощутил, как его ладонь буквально завибрировала от безумного крика женщины, и услышал хруст разрываемой кожи и мышц. Он взглянул на тело несчастной и едва не закричал сам. Армисаэль, сделав лишь небольшой надрез на животе роженицы, уже руками разрывал живую плоть. Ногти на руках доктора почернели, вытянулись и заострились, став похожими на когти животного. Доктор рычал от возбуждения, его глаза сверкали, и он с остервенением раздирал окровавленное тело, погружаясь всё дальше и дальше в его недра. Миэл был так поглощён этим зрелищем, что даже не заметил, как Дарана, перестав кричать, застыла, неподвижным взглядом глядя куда-то в потолок. Слёзы ещё вытекали из её мёртвых глаз, когда Армисаэль с торжествующей улыбкой достал из её чрева настоящего живого ребёнка. Младенец был весь в крови, но бодро сучил ножками, щурясь от света. Через секунду раздался его громкий недовольный плач.

— Девочка! — крикнул Армисаэль, хохоча, как сумасшедший. — Это девочка, Миэл!

Его крик, по-видимому, был услышан. Двери операционной с шумом распахнулись, и туда влетели Табрис и Ариох. Даже не взглянув на истерзанное тело Дараны, они бросились к ребёнку.

— Это чудо, Армисаэль! — Табрис восхищённо рассматривал малютку. — Спустя столько лет родилась девочка! Она сможет дать потомство отдельному клану так же, как Лайла!

— Это действительно чудо, что эти твари её не сожрали, — кивнул доктор, переворачивая ребёнка и внимательно его ощупывая. — Я уже боялся найти у неё хвост или ещё что-то, но всё в порядке, Табрис. Девочка здорова, и даже зачатки крыльев прощупываются, — он улыбнулся, когда мужчина протянул руку и потрогал лопатки ребёнка. Ариох не удержался и тоже ощупал спинку малышки.

Сын Табриса был почти на два года старше Миэла, и ему скоро исполнялось двадцать. Парень был высок и широк в плечах. В отличие от русоволосого сына доктора Ариох был настоящим брюнетом с яркими карими глазами и очень мужественным, красивым лицом. Несмотря на свой возраст, парень относился к клану Старших и потому всегда сохранял немного надменный вид, который бесил Миэла ещё тогда, когда Ариох учился в школе. Впрочем, Миэла бесили все парни, которые обращали хоть сколько-нибудь внимания на Натаниэль.

Эта блондинка с красивыми голубыми глазами и такими пухлыми, розовыми губами, умеющими расплываться в очаровательную улыбку, стала для Миэла наваждением. Они учились в параллельных классах, и Ната, как сокращённо именовали её друзья, не обращала на сына доктора никакого внимания, всё время общаясь с Лайлой и её чёртовым братцем. Разумеется, близняшки входили в негласный список врагов Миэла, который ревновал Натаниэль даже к младшим школьникам. Впрочем, скоро учёба в школе заканчивалась, а, значит, у парня оставалось всё меньше шансов завоевать расположение девушки. Эта мысль сводила его с ума и заставляла не спать ночами, доводя одержимость почти до ненависти. Миэл пользовался каждым удобным случаем, каждой свободной минутой, чтобы приблизиться к объекту своей страсти. Он хотел знать всё, что было связано с девушкой, и потому беспрестанно подслушивал разговоры Старших, надеясь услышать в них имя возлюбленной…

— Смотрите, твари зашевелились, — мысли Миэла оборвал возглас Ариоха, с любопытством разглядывающего подёргивающихся в конвульсиях зверьков, которые до этого лежали без движения.

— Бросьте им труп, — даже не взглянув на зверьков, отмахнулся Армисаэль. — Мне надо девочку помыть. А ты, Миэл, убери здесь всё, — добавил он и скрылся в дверях, унося ребёнка.

Ариох и Табрис взяли тело Дараны за руки и за ноги и поволокли к вольеру, оставляя за собой широкую кровавую полосу. Открыв клетку, они невозмутимо запихнули туда труп и быстро закрыли замок.

— Через пару часов даже костей не останется, — с лёгкой досадой заметил Табрис, склонив голову на бок и наблюдая, как заметно оживились кролики. Запах свежей крови заставил некоторых из них даже приподняться на лапах.

— А вам её не жалко? — не выдержал Миэл, преодолевая очередной приступ дурноты. — Всё-таки Дарана была тебе матерью, — он обернулся к Ариоху.

— Она никогда не была моей матерью! — парень вспыхнул и нахмурился. — Дарана была моей кормилицей и любовницей отца, — холодно отчеканил он.

— Ну-ну, не ссорьтесь! — осадил Табрис, примирительно подняв руку. — У нас ведь праздник сегодня. А ты, Ариох, будь снисходителен, ведь Миэл ещё молод и завтра в первый раз придёт на Сбор. Он многого пока не знает, так что не следует на него злиться. К тому же, он сегодня принимал участие в самом главном событии общины и за это достоин награды. Я поговорю с Афаэлом насчёт этого, обещаю, — Табрис холодно улыбнулся и, жестом подозвав сына, скрылся с ним в дверях.

(Просмотров за всё время: 5, просмотров сегодня: 1 )
0

Автор публикации

не в сети 4 дня

СантаФет

169
Будь собой
flag - РоссияРоссия. Город: Москва
Комментарии: 8Публикации: 16Регистрация: 02-01-2021
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
БФ финалБФ финал
БФ финал
Шорты-5Шорты-5
Шорты-5
логотип
Рекомендуем

Как заработать на сайте?

Рекомендуем

Частые вопросы

0
Напишите комментарийx
()
x
Пролистать наверх