Портрет незнакомки в летнем кафе

 

Если идти вниз по Старосадскому переулку, в какой-то момент слева между домами можно увидеть кафе. Нет, не так. Если не смотреть налево, проходя по Старосадскому переулку, то вам может показаться, что вы видите кафе. Столики уютно расположились под старыми тополями в глубине двора, прямо на потрескавшемся асфальте, по которому деловито прыгали то ли солнечные зайчики, то ли солнечные воробьи. Можно было даже услышать обрывки негромкой музыки, доносящейся оттуда.

Стоило же остановиться и посмотреть, видение немедленно пропадало. Обычная парковка. Без тополей, солнечных зайчиков и лета.

Впервые я «увидел» это кафе как раз летом. Стояла душная московская жара, и единственным моим желанием было поскорее убраться с раскалённой улицы под домашний кондиционер. Наверное, поэтому я огорчился с большим запозданием, уже стоя под холодным душем в собственной ванной.

— Ну, ты даешь, Савин, — сказал я вслух сам себе. — Опережаешь график слетания с катушек. Виталик говорил, что такие симптомы могут проявиться месяца через три, а то и не проявятся вовсе. И почему вдруг кафе, а не зеленый человечек верхом, скажем, на единороге, я тебя спрашиваю?

Виталик был моим другом. Почему был? И есть. Только теперь стал еще по совместительству моим ангелом смерти с дипломом врача и степенью доктора наук. Хорошо, когда ангел смерти — твой школьный друг и профессор. Экономит время и деньги. А плохо то, что даже он не может по знакомству отменить диагноз — «неоперабельная опухоль мозга».

Поэтому я теперь с чистой совестью могу вслух разговаривать сам с собой. Имею полное право на любые странности. Вот справка. Тем более что больше дома мне разговаривать не с кем. Жена, узнав о диагнозе, довольно быстро собрала вещи и занялась устройством своей будущей жизни, в которой меня уже не присутствовало.

О боже, какая получается дешевая мелодрама! Но не я автор сценария. Эй, Господи, ты не мог придумать что-нибудь не такое банальное, а? Это же деревенский театр! Но когда этот сценарист нас спрашивал? Единственное, что мы можем, чтобы совсем не упасть в грязь лицом, это сделать вид, что так мы и хотели.

Чего я хотел? Послать подальше свою работу? Сделано. Денег на полгода (срок, который мне обещал профессор Виталик) хватит с лихвой. Чем заняться, я тоже долго не раздумывал. Пошел на улицу Чаянова в магазин «Художник» и скупил там половину товаров. Притащил домой, сорвал дурацкие пыльные шторы с окон и расставил мольберты и чистые холсты. Вот так.

***

Мне всегда хорошо работалось в этом кафе, сидя за столиком в тени старых тополей. Здесь было уютно, а тихая музыка не мешала думать. Внутренний двор был окружён чудом сохранившимися двухэтажными домиками дореволюционной Москвы. Время, попавшее в ловушку старых кирпичных стен, не скакало бешено, а текло лениво, как вода в тихой заводи реки. «Но от этого не менее неотвратимо», — сказала я себе. Издательство все настойчивее напоминало, что я должна была сдать рукопись очередного романа месяц назад.

Я открыла ноутбук, решительно отодвинув чашку кофе. «Почему же не идет? Незамысловатый сюжет: герой, узнав о неизлечимой болезни, решает резко изменить свою оставшуюся жизнь и осуществить давнюю мечту — стать художником. И вот, мир признает в нем гения, лучшие медицинские умы планеты борются с его болезнью, чтобы он мог творить для человечества, и, конечно, побеждают. Читатели плачут, но счастливы.

«Ну, давай же, соберись! Аванс ты давно уже получила и потратила. Чего тебе не хватает, рыжая?»

***

К концу осени мне удавалось ловить это летнее кафе-мираж и не терять его из виду несколько секунд подряд. А к Новому году я уже мог, стоя на противоположной стороне переулка, смотреть на летнее кафе сколько хотел. Видимо, моя опухоль доросла до размеров, нужных для полноценной зрительной и слуховой галлюцинации. В ней было лето, тополиный пух вместо снега и рыжая девушка с чашкой кофе, ноутбуком и выражением глубокой досады на милом веснушчатом лице. Еще у нее была мальчишеская стрижка, а в пепельнице на столике громоздилась гора прикуренных и тут же затушенных сигарет.

Я перебрался с мольбертом на улицу, чтобы рисовать ее не по памяти, а с натуры. Замерзшие прохожие с недоумением заглядывали в рисунок странного типа, который стоял посреди зимней заснеженной улицы, и рисовал зеленые тополя, летнее кафе и рыжую девушку, при этом пристально глядя на обыкновенную городскую парковку.

Там, в моем видении, был всегда один и тот же день, там повторялась вновь и вновь одна и та же сцена: незнакомка что-то печатает в ноутбуке, остывший кофе, недокуренные сигареты.

«Ты влюбился в свою галлюцинацию. Поздравляю, — сделал я в конце концов очевидный вывод. — Ну а что, в твоем положении это даже неплохо. Мираж не соберет чемодан и не уйдет к другому, а тебе самому не надо переживать о будущем отношений, у которых нет будущего».

***

«Да что же это такое! — я уже в который раз выделяла и удаляла целые абзацы из моей будущей книги. — Ты почему сопротивляешься? Я тебя придумала и могу делать с тобой все, что захочу, понял? Ты у меня станешь известным художником, болезнь исчезнет, жена вернется. Мы еще подумаем, что с ней делать, заразой».

Я вдруг с удивлением поймала себя на том, что ревную своего героя. «Ну, подруга, ты даешь! Всё, больше ни чашки кофе, да и в работе надо сделать перерыв. И плевать на сроки». И тут же пришло ясное понимание того, почему не получается книга. Герой должен умереть. Публика любит хэппи-энды, продажи упадут, издатель будет недоволен, но ничего не поделаешь. «Прости, парень, я должна тебя убить. Ты станешь художником, станешь знаменитым, но после смерти. Мне жаль, но иначе никак».

***

Сигнал с кардиомонитора поступил на пульт реанимационного отделения 12 марта в 14:30.

— Виталий Николаевич, у вашего пациента остановка сердца… Да, конечно, пытались трижды… Да нет, срочно не надо. Дежурный врач констатировал смерть.

***

12 марта, наконец, наступила настоящая весна. Я закончил портрет. «Незнакомка в летнем кафе» смотрела на меня с полотна, будто говоря: «Ну наконец-то. Я думала, это никогда не кончится».

Надеюсь, Виталик не забудет о моей просьбе забрать картину, когда я «освобожу» эту жилплощадь. К обеду растаяли последние сосульки, и солнце горячими пятнами утюжило быстро подсыхающий тротуар в Старосадском переулке.

Девушка так же, как и всегда, сидела за столиком и быстро что-то печатала в своем компьютере. Я подошел и заглянул в монитор. «Его друг вспоминал в одном из интервью о смешной привычке мастера вытирать кисти прямо о джинсы, которые со временем тоже становились своего рода произведением современного искусства… единственная картина, написанная художником, увидела свет только спустя шесть лет после его смерти и с тех пор признана одним из величайших шедевров современной живописи, а имя Александра Са…» Я не успел дочитать, потому что девушка обернулась и посмотрела на меня.

— Привет, — сказал я, — уже половина третьего, давайте пообедаем, что ли. А то вы все работаете и работаете. Да, простите, меня зовут Саша.

***

Последняя глава романа писалась удивительно легко. Внезапно в пластике монитора я заметила отражение чьего-то лица. Я обернулась и увидела странно знакомого парня, почему-то одетого в пуховик в самой середине жаркого лета и в джинсах, перемазанных краской всех цветов радуги.

«Привет, — сказал он мне, — уже половина третьего».

.

(Просмотров за всё время: 69, просмотров сегодня: 1 )
10
Серия произведений:

Сказки московских бульваров

Автор публикации

не в сети 3 часа

Dracula

1 557
Лень - единственная уважительная причина завалить работу. Всё остальное непростительно.
Комментарии: 343Публикации: 27Регистрация: 15-03-2021
Подписаться
Уведомить о
guest
13 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Александр Михеев

Чёрт побери, автор опять сделал мой вечер! Спасибо, Миша, это прекрасно!

2
Александр Михеев

Так уже))) 👍 

2
Мира Кузнецова

Миш, спасибо за рыжую. Живая история получилась!!! Я очень довольна, прекрасный вечер.

2
Мира Кузнецова

Конечно живая. Твой герой не упокоил себя сразу по получении диагноза. Он позволил себе то, что не позволял пока думал, что жил. Ведь по сути своей твой Саша и жил то эти полгода пока писал картину. Нет? До этого он коллекционировал иллюзии: работа, машина, квартира, жена… что там еще? Любовь? Верность?
Парень , как фигурка в астрономических часах на Староместской площади, делал определенные движения, заложенные в него мастером. Марионетка в чужих руках. И лишь когда он понял, что часы отсчитывают Его время – он взял управляющую нить в свои руки.
А твой друг? Ты сам говоришь – он борется. Борется, а не умирает. Умирал бы, сложил бы ручки на груди и страдал от “недосказанности” в этой жизни и всех окружающих заставлял бы страдать от его боли. А он борется и значит живет. А умереть он всегда успеет…он это точно сейчас знает.

2
Мира Кузнецова

Ага. Это такое счастье – отсутствие необходимости думать о завтрашнем дне. Ты же и так уже знаешь какой он будет. Задача стоит другая – прожить оставшееся красиво. Я мысленно жму твоему другу руку и молю высших о продлении его полета над бытием.

3
mgaft1

Интересная композиция. Он пишет картину о том как она пишет роман, а она пишет роман о том как он пишет картину. Этакая лента Мейбиуса. Или Карл украл у Клары кораллы, а Клара у Карла украла кларнет.

Интересно, как вы пришли к этому пришли? Сначала была идея, а к ней вы уже подбирали персонажей или наоборот. Хотя наверное первый вариант. Уж слишком красивая идея. А персонажи – ну их можно было запустить, и в другой рассказ.

Я только не понял, зачем было делать его смертельно больным. Всю жизнь хотел быть художником и вот теперь он смог оторваться. С таким же успехом он мог просто быть художником.

Ан нет. Тогда о чем бы она писала рассказ? Тогда для полной симметрии нужно было ей тоже какой-то негатив присобачить. Потратила весь аванс против смертельной опухоли, как-то не стоит.

Но тем не менее – прекрасная находка. Это освобождает от поиска неожиданного но оправданного конца навеллы. Надо будет взять на заметку.  👍 

Кроме этого очень понравилось стилистические находки вроде “солнечного воробья.”

1
mgaft1

Да, спасибо, я читал комменты. Меня не столько интерсовал исторический момент. Да, я понимаю, друг заболел. итд. Меня интересовал структурный момент, который в вашем рассказе получился очень сильным и оригинальным. И в этом смысле болезнь Саши была совершенно необходима. Иначе о чем бы писала рыжеволосая девица.

Получилось это, как видно, случайно. Вы даже не осознавали, как хорошо то что вы написали.  👍 

2
Madam

Букет чудесных образов через которые проявляются звуки города, запах тополиной смолы, пригреваемой солнцем.
Аккуратно поданная драма, ровно, спокойно, как данность.
Когда берешься за чистый лист бумаги, каждый раз думается, что пишешь чью-то жизнь, судьбу, и это только кажется, что вымышленную. И упрекаешь себя за излишнюю жестокость.
Благодарю за рассказ и эмоции, Dracula. 🌷 

1
Шорты-4Шорты-4
Шорты-4
логотип
Рекомендуем

Как заработать на сайте?

Рекомендуем

Научи робота говорить по-русски! Эксперимент

13
0
Напишите комментарийx
()
x
Пролистать наверх