Мира Кузнецова
Получила я письмо от Слона. Он зовёт побегать. Осенний марафон. Я бегу. Не каждый раз. Не каждый сезон, но бегу. Беру недописанный сюжет, валяющийся в куче черновиков и начинаю планомерно писать. Не для того, чтобы победить. Для того, чтобы дописать. Прошлый раз удалось. Дописала и кроме этого написала новую главу в повесть. Поставила себе цель и сделала.
.
К чему я это?
.
Нет. Не зову на Слона. Предлагаю составить мне компанию здесь. Цель - 40т за неделю. Начало 1 ноября. Отчет ежедневно. Законченную вещь в "библиотеку", "лиру", "блог". Не законченную в ... "Заметки". А что? Есть у нас такой функционал.
.
Кто со мной? Мне вот нужно дописать: "Карлов мост" (по плану там еще шесть эпизодов"; "Мозаика судьбы. Надька." ( ну, тут я на четвертой главе зависла); "Наши следы всё ещё где-то есть" ( в плане 4 эпизода не написаны).
.
А У ВАС?
Попробовала подискутировать на Слоне о полезности так называемого марафона и на меня тут же налетели тамошние царацины с целью растерзать. Растерзать не удалось, хоть и собралась порядочная толпа. Попытались справиться с помощью разных глупостей. Умности, как известно, водятся в умных головах. Разбудили Слона, он ничего не понял, спросонья обвинил в пресловутом переходе на личности и пошел топтать меня своими лапищами. Представьте картинку: слон в посудной лавке, все примерно так и происходило, в третий уже, заметьте, раз. Не очень-то умно поступил, потерев хоботом или хвостом большинство моих комментариев. В итоге все царацинов остались на виду, представляя меня в качестве невинной жертвы, униженной и надруганной.
Это я написала к тому, что к подобным марафонам у меня понятная неприязнь. К слоновнику в целом тоже чувство "бяя". Ответить
Яркая, как звезда, космическая капсула пронзила ночной небосклон.
– Таки у нас тут не Чебаркуль, ишь, разлетались! – проворчала, поплёвывая лузгой от семок, баба Лида.
– Да ничё, пущай себе, а то всё одни кризис да инфлюенция, никаких тебе новостей! – сонно откликнулась придремавшая было над вязанием чулка баба Вера.
– И не инфлюенция, а инфляция! – наставительно поправила, вместе с тем поправляя очки на горбатой переносице, Амалия Карловна.
– Да и то, и енто всё от них, пришлецов проклятых, не наши же, право слово, ковид повыдумали! – огрызнулась баба Лида.
– Не пришлецов, а пришельцев, – вдругорядь поправила очки и собеседниц Амалия Карловна.
– А вот мы сейчас тебя звёздами-то разрисуем! – сошлись в едином мнении и порыве баба Лида с бабой Верой, и началась баталия!
Мнение Беты
Диалоги правят
миромтекстом. Придают ему динамику и жизнь, а героям характеры и собственно голос. Что и доказывает этот рассказ.Однако часто впечатление от них смазывается из-за – не побоюсь этого слова – неуместной экспрессии. Не помню, у кого читал писательский завет: хороший диалог звучит сам собой. А в данном рассказе обильная атрибуции не соответствует и даже противоречит оформлению самой речи.
Вот посмотрите сами. На весь рассказ из семи предложений в тексте имеется шесть восклицательных знаков. А это очень эмоциональный, экспрессивный знак, с которым стоит быть поосторожней. Тогда как героини рассказа сходу с этим знаком и ворчат и сонно откликаются.
Приведённые глаголы уже придают словам героев нужную интонацию, звук, если хотите. Поэтому в восклицаниях нет нужды. Так что будьте осторожны в выборе знаков для оформления речи персонажей. Помните: в хорошем диалоге они должны говорить сами.
Ну и я бы рекомендовал сделать некоторые фразы короче. Если сказать их вслух, то точки в некоторых местах сами собой напрашиваются. Просто потому, что люди обычно говорят простыми предложениями.
И последнее. В атрибуции предпоследнего предложения явно закралась небольшая опечатка, без исправления которой именно со стороны Автора невозможно точно определить его замысел. На первый взгляд кажется, что Амалия Карловна поправила очки собеседницЕ. Но это вроде как противоречит контексту, из которого она же очки поправляет вдругорядь, то есть снова, то есть себе.
Но для исправления этого момента я бы предложил просто опустить “и собеседниц”, как лишнее уточнение. И для разнообразия, атрибуцию кое-где можно перенести внутрь фраз.
Учитывая все вышесказанное, предлагаю такую редакцию рассказа.
Итоговая версия текста
Яркая, как звезда, космическая капсула пронзила ночной небосклон.
– Таки у нас тут не Чебаркуль. Ишь, разлетались, – проворчала, поплёвывая лузгой от семок, баба Лида.
Баба Вера, придремавшая было над вязанием чулка, сонно откликнулась:
– Да ничё, пущай себе. А то всё одни кризис да инфлюенция, никаких тебе новостей.
– И не инфлюенция, а инфляция, – наставительно поправила, вместе с тем поправляя очки на горбатой переносице, Амалия Карловна.
– Да и то, и енто – всё от них, пришлецов проклятых, – огрызнулась баба Лида. – Не наши же, право слово, ковид повыдумали.
– Не пришлецов, а пришельцев, – вдругорядь поправила очки Амалия Карловна.
– А вот мы сейчас тебя звёздами-то разрисуем, – сошлись в едином мнении и порыве баба Лида с бабой Верой.
И началась баталия.
Яркая, как звезда, космическая капсула пронзила ночной небосклон.
Эй вы, там на грешной Земле, есть кто живой, подайте нам знак, хоть кивните в ответ.
Мы знали, что вам плохо, и здесь, чтоб облегчить вашу боль, расслабьтесь.
Но похоже мы опоздали, вам уже не помочь, у мёртвых нет боли, они не чувствуют голод и им нечего больше делить.
Земляне вы сами свершили суд над собой, как жаль, приговор приведён в исполнение.
Быть может через сотню другую лет мы вернёмся сюда, когда ваш уж простынет след.
Да мы опоздали и вас уже нет, нам время искать где-то там жизнь других голубых не убитых планет.
16.02.2024
Итоги игры Продолжи историю.
Победителем восемьдесят второй игры становится автор staretz с с космическо-бытовой историей.