Сжав ноги, Тоня ждала электричку.
Холодный ветер гулял по пустынному перрону и бил в колени. Внутри все скрутило. Хочется. Дико хочется писать.
— Всего три остановки, — думала она, переминаясь с ноги на ногу. — Нет, не дотерплю. Чёрт!
Наконец показались огни. Электричка со скрежетом подкатила к платформе. Тоня зашла в пустой вагон.
Двери начали закрываться. В последний момент в проём втиснулся мужчина в плаще. Он огляделся и прошёл в другой конец вагона.
«Повезло. Неплохой экземплярчик, — пронеслось в его голове — Юная, испуганная. Такие редко кричат. Прослежу. Во дворах глухо. Никто не услышит».
Тоня повернулась к окну.
«Скоро выхожу. Быстро передам листок дяде Ване и домой. — Она крепко сжала кулак».
Остановка «Садово».
Девочка выскочила из вагона, едва двери разошлись.
Она, не оборачиваясь, побежала по перрону к знакомому, сунула в протянутую руку смятый листок и зашагала прочь, в темноту за вокзалом.
«Торопится, — думал мужчина, поднимаясь с места на остановке. — Дать ей углубиться. Там нет фонарей».
Он шагнул из вагона и устремился за ней.
Тоня остановилась на углу. Никого. Показалось. Выдохнула. Тут всегда было пусто и страшно.
Она ускорила шаг.
Стали слышны шаги. Это был мужчина в плаще.
Бах!
Раздался глухой мягкий звук, потом хрип.
Тоня, услышав шум, вскрикнула и обернулась. Мужчина в плаще беззвучно падал на землю, а над ним стоял другой, высокий и мощный.
— Иди домой… — прошипел он ей.
Утром она молча смотрела в экран, сжимая в руках кружку с чаем. На столе лежал смятый листок с надписью «В плаще». В углу на батарее сушились её штаны.
В новостях диктор говорил без эмоций:
— В Заречье вновь найдено тело мужчины с признаками насильственной смерти. Возможно, убитый был причастен к нападениям на несовершеннолетних. Расследование продолжается.
Попался который кусался