Ангел устало снял свой нимб

Ангел устало снял свой нимб,
Льется шампанским небо над ним,

Как же чертовски могут устать
Даже крылья за спиной…

(гр. «Корсика»)

– Димон, это будет бомба!

Серега суетился. Впрочем, как всегда.

Наш с ним совместный блог о путешествиях по непонятным нам обоим причинам упрямо скатывался в унылое ничто. Посещения падали с каждым днем, подписчики массово отписывались, а рекламщики перестали баловать своими задорными клипами.

Вот-вот, и нам с Серегой придется идти продавать сотовые телефоны в ближайший магазин. А этого никому из нас крайне не хотелось.

– И что будет? – подозрительно спросил я. – Мне куда прикажешь лететь в этот раз? На Луну верхом на ядре?

Серега скорчил мину – типа, ты чего, бро, это всё мелочи жизни: Луна какая-то пошлая, да еще и на ведре, ой, ядре.

– Поедешь в Смоленскую губернию. Брать интервью у детей Адама.

Я поперхнулся чаем и на всякий случай решил уточнить:

–  У кого, у кого? Ты чего задумал, творческий ты наш?

Серый поморщился так, словно я при всех испортил воздух. После его пронзительной речи в духе «вы все дураки, один я красивый»,  мне стало понятно, что задумал наш креативный директор. Мне предлагалось ехать в настоящую смоленскую тьмутаракань, где даже танки летом буксуют, искать в непролазных лесах не пойми что и пытаться взять у всего  этого  настоящее интервью. Типа, он, Серый, все придумал, поднял архивы, прошерстил Интернет и ныне твердо уверен в том, что стародавняя легенда – не вымысел. Дети Адама, действительно, существуют и счастливо живут среди нас. Видеть их дано не каждому, но на то и есть  сам Серёга.

– Димон, не бзди, – продолжал Серый, – я всё придумал.  Поедешь в самую гущу леса жить отшельником. Через пару недель они точно появятся, зуб даю.

Я подавился бутербродом.  Закашлялся и, кажется, полысел.

– А на острова с мулатками никак нельзя? – просяще спросил я.

Ну, типа там куда-нибудь на Гавайи, что ли. Приехать на пляж, попить кальвадоса, потискать смуглых прелестниц – и вуа ля, репортаж готов.

Не, ну вот реально, ехать в глушь глухую, чтобы жить там в землянке, мне никак не улыбалось. Без душа, Интернета, холодильника и чипсов.

– Не, Димон, личность ты несуразная и непонятливая. Теми мулатками весь порнохаб забит. Кому они интересны? А вот социальный эксперимент по выживанию в лесу – это нечто новенькое. А если еще и интервью возьмешь… Аншлаг нам обеспечен, ручаюсь.

Мне пришлось признать, что он прав.  Если стоит задача обновить блог, то нужны, действительно, нетривиальные идеи. И вправду, даже если эти самые адамовы дети – все сплошь выдумка, то проживание дикарем в лесу, на грани цивилизации, оживит интерес к нашему умирающему каналу.

– Эх, – выдохнул я, – чёрт с тобой. Согласен.

Серый тут же обрадовался, потер ладони и радостно воскликнул:

– Чудно! Значит, тянуть кота за яйца мы не будем, завтра собирайся, а билет на самолет я тебе уже купил.

Если бы я знал тогда, к чему приведет мое опрометчивое согласие! Однако в тот момент, я об этом даже не догадывался.

 

 

***

 

– Н-но, пошла, ласточка моя крутобедрая!

Селянин несильно хлестнул лошадь по тощему крупу. Уморенная вусмерть кобыла, недостача мясокомбината, вздрогнула и неспешно поплюхала по разбитой дороге.

Этот селянин был Серегиной находкой. Он должен был доставить меня до места моего отшельничества и захаживать периодически, проверяя – не съели ли меня, часом, волки. А до этой встречи я три часа летел в самолете, потом ехал поездом, а под конец  пути трясся в разбитом УАЗике, слушая из допотопного радио навязчивый тюремный шансон. Золотозубый водила буквально выбросил меня из кабины на окраине пустующей деревни, где я и встретил вот этого вот дядю Пашу. Местного жителя, чуть ли не единственного, оставшегося в разоренной и разбитой смоленской деревне.

Зрелище, которое я увидел, выкатившись из дверей УАЗа, напомнило мне  Припять в игре «Сталкер».  Прямо по курсу разбитыми окнами светило здание сельской администрации. О том, что власть в этим забытом всеми месте, все-таки, существует, говорил древний кондиционер, что присосался к едва ли не единственному целому стеклу, словно клещ.

Рядом с администрацией притулился ветхий барак на две квартиры. Стекла в нем были заткнуты подушками, но на бельевой веревке гордо веяли застиранные простыни. Значит, люди здесь как-то живут. Хотя, точнее сказать, выживают.

Во всем остальном, насколько хватало взгляда, живыми не пахло. Дом Культуры зарос бурьяном, видимо, еще в прошлом веке. О том, что здание справа когда-то было школой, говорила ободранная вывеска ультра-синего цвета, которую даже вездесущая крапива не смогла переварить.

Я невольно поежился. Не люблю наблюдать разрушение, не в моем это стиле. Я для этого слишком жизнелюбив.

– Ну что, паря, – весело произнес дядя Паша, – тронемся помаленьку. Ехать неблизко, как бы ночь в дороге не настигла.

Дважды меня уговаривать не пришлось. Я тут же взгромоздился на телегу, развалился на куче свежей, ароматной травы  и уставился в прозрачное небо. Дядя Паша обернулся через плечо, посмотрел на меня и усмехнулся в густую бороду. Еще там, в деревне, я подумал, что спроси меня о возрасте моего попутчика, мне не нашлось бы что ответить. Дяде Паше можно было дать и сорок лет, и восемьдесят, и все сто. К последнему я лично склонялся больше всего.

– Н-но, девочка, не тормози, – ласково сказал селянин.

– Дядь Паша, – с интересом проговорил я,- а вы чего эту клячу так ласково? Дали бы вожжами по спине, она и побежала бы.

Лошадь враз остановилась. Мне показалось, что потемнело даже небо.  Селянин оборачивался ко мне медленно. И в ранее прозрачных глазах я увидел,  как расцветает буря. На мгновение мне стало страшно.  Я автоматически подгрёб под себя объёмный рюкзак с моими стратегическими запасами.

– Пошто скотинку обижать?

Дядя Паша успокоился. Успокоилась и буря в его глазах.  И лошадь, всхрапнув с обидой, двинулась дальше.

– Скотинка, – продолжал селянин, – она ведь как мы, людишки, тока не говорит. Живая ведь тварина. А всё живое что любит? Прально, ласку.

Так мы и ехали. Вернее, тряслись по ухабам – я, глазея в небо, и дядя Паша, разговаривая со своей кобылой. В рюкзаке у меня находилось всё, что могло мне понабиться на эти две недели. Упаковка спичек, количеством две сотни коробков;  десять банок тушёнки; пять килограммов макарон; три килограмма пшенной крупы; батарейки для видеокамеры.

 

Произведение выкладывается.

 

 

(Просмотров за всё время: 36, просмотров сегодня: 1 )
10

Автор публикации

не в сети 2 недели

Крапива

827
Комментарии: 75Публикации: 11Регистрация: 26-02-2021
Подписаться
Уведомить о
guest
1 Комментарий
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
БФ-2БФ-2
БФ-2
Шорты-8Шорты-8
Шорты-8
АПАП
АП
логотип
Рекомендуем

Как заработать на сайте?

Рекомендуем

Частые вопросы

1
0
Напишите комментарийx
()
x
Пролистать наверх