Конкурсы

Дорогу от станции замело, и каждый шаг давался Насте с большим трудом. Ноги по колено проваливались в снег, а за пазухой больно царапалась мать-ее-курица! Как она до такого дошла? Может, повернуть назад? Спрятаться в сонное тепло вагона, и ехать, ехать… Девушка вывернула карман, и на снег упал клочок бумаги, исписанный неряшливым почерком. «Ушел к Мирке. Не жди. Чемодан отдай брату». – Нет, она все же дойдёт. Оксана говорит, что святки […]

«Давным-давно по миру путешествовали феи…» — так начинается любимая сказка Агнии. С самого детства девочка слушала истории про крохотных существ, которые могли явиться лишь в канун Рождества. Их любимыми лакомствами были имбирные печенья, которые следовало разместить на каминной полке в ночь перед праздником. Считалось, что если ваш дом посетит чудесная волшебница, то весь следующий год будет полон удачи для вас и близких. Агния очень воодушевилась этой идеей. После смерти отца

Жила-была одна никчемная по имени Зоичка Арефьева. Писательница. Очень она котиков любила. Не готовить и есть, а писать про них. Знаешь, сколько у Зоички котиков? Три? Неть. Шесть? Неть. Стописят? Стописят тыщ и ещё двести котиков! Все ликалепные, и всем она даёт рыбов. Вот однажды под Рождество Зоичка решила порадовать котиков и позвонила президенту. – Алоэ, – говорит президент. – Каланхоэ, – отвечает ему Зоичка. – Требую, чтобы не осталось

Рита, администратор третьеразрядной гостиницы «Виктория», что рядом со штабом округа, злилась на меня. Работая охранником, я повидал всякое, и связываться со здоровенным пьяным майором, весь вечер терзавшим нас баснями о боевых подвигах, мне не хотелось. Наконец Рита не выдержала: — Нам работать нужно. Сегодня Рождество, устройте себе праздник. Закажите девушку и лейте в уши ей. — А можно? — оживился майор. — А то. С вас аванс, — наглости Рите

Сеня сидел под лестницей и рыдал. Слезы капали на шерстку Армина. С другом было что-то не так. Он лежал на боку и тяжело дышал. Армин жил в детдоме на птичьих правах. Точнее, на хомячьих. Сеня нашёл хомяка около мусорки. Сам ли шустрый зверёк устроил побег, или его просто выкинули – осталось загадкой. Питомец поселился под кроватью в пластмассовой коробке из-под лего. Неделю удавалось успешно скрывать нелегала. Найденыш был назван Армином.

Глухая ночь. Ждём сигнала к атаке. Стужа сквозит через расщепленные филёнки двери. Тьма ловит огонёк свечи мягкими лапами. Спать нельзя! Развлечение: Яша переводит страницы дневника, найденного в библиотеке занятого накануне замка. «О, бедная Анхен! Всё кончено. Иду в армию – без тебя, любовь моя, на этом свете ничто не держит. Надеюсь, прусского ядра или польской сабли не придётся долго ждать. А потом… потом мы, быть может, встретимся где-то там, в

«Ах вот как! Взять и запихнуть снежок за шиворот! Да ещё с присказкой этой дурацкой: «У кого за шиворотом снежок, тому только шмыго… дрыгло… , забыла как его, дружок!» А мне-то казалось, что я ему нравлюсь… Да мало ли что казалось… Мне казалось, а оказалось показалось!» Оля топала домой. Если бы существовала настроениерологическая служба, все окружающие получили бы уведомление о красном уровне опасности: цунами возмущения, штормовые порывы гнева и кислотный

Игорь Давыдов помнил, откуда родом, поэтому относился с уважением даже к журналистам, ищущим сенсации. — У вас удивительная история – мальчик из сила стал самым богатым человеком страны, — говорила рыженькая репортёрша. – Итак, вы хотите превратить сибирский лес в парк развлечений. Зачем? — Дети будут счастливы, — ответил Давыдов. Последовали провокационные вопросы – «сколько у вас внебрачных детей», «куда полетите летом», «когда встреча с президентом». Давыдов устало отвечал, а

Жил-был мальчик, здоровый, с ручками и ножками. Он ни капельки не страдал в семье: мама, папа, бабушки, дедушки, собака и даже младшая сестра – все очень его любили. А главное – никто не болел. Но так не бывает, чтобы у мальчиков не было никаких особенностей. Вот и наш златокудрый герой имел интересную отличительную черту. Он очень любил хвастаться. Хвастался мальчик всегда, везде и по любому поводу. Например, стоило только ему

Петька, понурив голову, брёл со школы. Он не замечал ни растяжек через дорогу «С Рождеством и Новым Годом!», ни ярко украшенных витрин, ни задорно мигающей ёлки на площади. Занятия второй смены давно закончились, а идти домой ой как не хотелось. Петька старался не думать, что его ждёт, но предательские слёзы так и катились по щекам. Он остановился перед очередной витриной и уставился внутрь невидящими глазами. «Всё, – подумал Петька, –