Конкурсы

– Мам, я не могу! – Милая, не капризничай, будь умницей. Танец удался чудесно. Впрочем, я и не сомневалась в твоём таланте! Помнишь, о чём договаривались? Иди и проси! – А если откажет? – После такого зрелища? Запомни, дурочка: мужчины платят за удовольствие… а мы, женщины, пользуемся их слабостями! – И всё-таки я сомневаюсь. Может, лучше попросить сапфировое ожерелье? Оно так мне идёт! – Чепуха! Нельзя скромничать. Ты, видно, не […]

Тайком рассматриваю его. Черт, он красив. Искушает, как чертов Ди Каприо. Даже лучше чертова Джона Сноу. Лучше всех. И он мне не светит. Никогда. Для меня он — Монтекки. Или Капулетти. Все по классике, главное зло еще с детства. Не смею даже взглянуть в ту сторону. И это незыблемо, как гравитация. Отворачиваюсь и уныло изучаю тарелку. Голод сжимает желудок и я опять спрашиваю себя — оно мне надо? Отгоняю крамольную

– Прости меня! – Да всё хорошо. – Ты точно не обижаешься, Андрюша? – Точно, – ответил тот со вздохом. – У меня с ней это было несерьёзно. Ты ведь знаешь! Молчание. – Алло! Ты слышишь меня? – взволнованно спросила девушка, прижимая телефон плотнее к уху, прислушиваясь. – Да слышу я, Катя. – Но молчишь… – Прости, тут автобус подъехал, – сказал Андрей после паузы. – Потом… Она пошла в

Офис сошел с ума! Суета, болтовня, подмигивания. Пустышка, а не день. Мóлодежь! Заткнул уши наушниками — там Глокта стучит тростью и приволакивает ногу. Хорошо. Линии в мониторе мгновенно превратились в будущий дом… Погружаю машину в сон и иду курить. Два оболдуя тычут время от времени свои телефоны под нос друг другу и ржут. – Вот! Этот лифончик и стринги. Как думаешь, теперь даст? – Зачетно, бро. Точняк. Даст. Делаю последнюю

Всегда жил один среди роз: любимые цветы — не доверяю людям. Взгляд голубых глаз обнажил душу — я не смог понять желания и стремления той, что бросила беглый взгляд. Прошло несколько часов с момента знакомства, когда этот человек успел завладеть моим крохотным миром. Она любила гулять в моем саду, состоящем из роз. Часами вдыхали прекрасный аромат и молчали: в тишине связали друг друга невидимыми нитями судьбы. Мы могли стать прекрасной

«Что хочет эта женщина? — думал я, скручивая дорогой ковёр, — что ей, чёрт… , нужно? Родичи дали работу, дом, машину и виллу у моря. Детей ей не надо, в Канаду к дяде-киношнику не едет.» С ковра, плавно растягиваясь, падали вязкие капли. Я вышел во двор, быстро забросил ношу в багажник и сел за руль. Вернувшись, выпил ещё и уснул. — Где торт?! — вопли рассеяли хмельную дымку. — Не

Чего ей не хватает? Почему меняет их как перчатки? Выбирает. Ищет. Того, который будет понимать и прощать. Всё отдавать и ничего не требовать. Которого не нужно просить. За которым – как за каменной стеной. Рядом с которым она – королева. Без которого – никак! И чтобы любил. Искренне, горячо, самозабвенно, нежно. И часто! С которым рай в шалаше. Но лучше в трёшке. Рядом с метро. И чтоб никаких ипотек. А

-Хочу, хочу, хочу,- требовательно кричала маленькая Леночка. В свои 5 она точно знала что хочет розовую сахарную вату, новое платье с яркими пайетками и жениха для любимой барби. -Хочу! — весело думала восемнадцатилетняя Ленка и мечтала о джинсах Dior, так классно обтягивающих ее спортивный орешек, бойфренде со стильной тачкой и маленькой собачке той терьер с розовым бантиком на шее. -Хочу. — грустно вздыхала Елена в свои 28, грезила об уютным

Однажды в конце зимы, дождавшись идеального снега – слегка влажного,  не слишком пушистого и без ледяной корки, детишки слепили из снега бабу. Даже не бабу, а бабоньку. Махонькую совсем, с ведерко высотой. Все как положено: нос морковкой, глазки – пробки. Пара прутьев из веника. А в знак того, что это именно баба, а не мужик, оформили ей пышный бюст. Слепили – и ушли по своим делам. Постояла бабонька день, постояла другой – и давай плакать, на судьбу свою ругаться. — Что я, не женщина, что ли?! — говорит. – Хоть и снежная, а женщина. И хочется мне, как всякой женщине, простых вещей. Тепла домашнего очага и мужчину, чтобы носил меня на руках и растопил мое сердце. Услышала ее судьба, и послала к ней школьника Костю. Ох и понравилась ему снеговичка. Посадил он бабоньку в свое ведерко, да и унес домой, в тепло, чтобы не мерзла. Влюбилась бабонька, и растаяла. И осталось от нее только ведерко с водой, морковка и две пробочки.

— Как бы вы ответили на вопрос «Чего хочет женщина»? – спросил журналист маститого психолога. — Вы смотрели «День сурка»? — Да. — Там, по сюжету, Рита выложила Филу целый список по пунктам, чего она хочет от жизни и от мужчин, в частности. Фил волей провидения оказался богом одного дня. В его распоряжении был дар бессмертия и вечность! Он со временем мог бы делать столько полезного, что сделало бы человечество