Я была тогда у самой кромки,
На широком берегу реки,
И кричать хотелось громко-громко,
Где ловили рыбу мужики.
Небо хмарилось,
И тёплый гул весенний
Наполнял волнением мне грудь.
И дышать хотелось в упоении,
Но кричало сердце: «Не забудь!
Не забудь отчаянье и злобу,
Что забили в гроб последний гвоздь.
Выплачь в почерневшие сугробы,
Отпусти! Там снега точно с горсть.»
О, весна — господнее явленье —
Не оставь, не дай шагнуть во тьму,
Дай звенеть пронырливой капели,
Иссуши мне слёзы на ветру!
Треснет сердца ледяная корка —
Треснет эхом невский ледоход.
Речки полноводной грохот звонкий,
Праздно любопытствующий народ.
Мне, кричащей в ветреное небо,
Зимнее измученное «Нет»,
Солнце вдруг открылось первоцветом
Бледно-жёлтым, как и сам букет.
Детвору меж снеговых проталин
Ангел привечает. Я молюсь
За весну, что без конца и края,
За весну, за Анну и за Русь.
Сильная вещь. Богатая.
И написано хорошо. И финал крепкий, умный. Стилистика меня устраивает.
С весной — с сезонным явлением, все же, небольшая проблема, но фокал успешно подпирает тему.
Интересна связь рефренов Не забудь — Треснет — За весну…
Запнулся на моменте
В груди, в душе?
Ледоход треснет эхом... тоже как-то не очень ложится во вкус.
От четверки до пятерки (с преимущественным правом пятерки)
Ну, за весну ?
Прекрасное стихотворение, читаешь, словно плывешь: и рифма, и внутри фраз слова хорошо дружат между собой. Спасибо.
Солнце вдруг открылось первоцветом
Бледно-жёлтым, как и сам букет.
Очень хорошо. Я бы даже сказал — профессионально. Настолько чарующе, завораживающе, что забываешь, что были какие-то задания и условия.
Это — пять!
Если не хочешь хлебать корвалол, прочти несколько раз реквием зиме. Прослезилась.
Ритм гуляет, спотыкаешься при чтении. И ещё захотелось в начале стихотворения в третьей и четвертой строке знаки препинания расставить так:
И кричать хотелось громко-громко:
«Где ловили рыбу, мужики?».
Вещь получилась сильная, но далеко не идеальная. Прошу прощения, если обидела.
Привлекающее начало и удерживающие внимание строки. Удачи!
Последние четыре строчки в топку. Это настолько не ахматовское, что нельзя. Анна не Марина. Это та могла кричать, играя со своим именем,
«Кто создан из камня, кто создан из глины, —
А я серебрюсь и сверкаю!
Мне дело — измена, мне имя — Марина,
Я — бренная пена морская.» (С) ( М.Цветаева «Кто создан из камня, кто создан из глины…»),
а вот Ахматова, пожалуй, нет. Не помню по крайней мере.
Честно говоря, от вас я ждала более зрелую Ахматову, уже перешагнувшую силаботонику, презревшую точные рифмы, любящую короткие предложения, резкий абрис мысли и образа.
Но тем не менее, как самостоятельное стихотворение, мне нравится. Но без последних четырех строк.
Местами очень приблизительные рифмы: корка — звонкий, небо — первоцветом, проталин — без края.
Праздно любопытствующий народ. Почему не сброд? У Вас более политкорректно, но в ущерб размеру.
И кричать хотелось громко-громко,
Где ловили рыбу мужики…
Мне, кричащей в ветреное небо…
Рыбу мужикам ЛГ всё-таки распугала…
Середина — плач Ярославны из «Слова о полку Игореве», финал — почему-то Блок.
И последнее. В «Национальном корпусе русского языка» (очень советую этот сайт) нет совпадений ни на снеговые проталины, ни на снежные. Это неудачный эпитет.
Уважаемый автор, у вас получилось Ахматовское стихотворение. Здесь и Питер, и тоска, и мольба. Но остался неясен образ «Там снега точно с горсть».
Это пять
Зигмунд Фрейд, отличная работа! У меня даже возникла мысль, что, вероятно, Вы использовали Ахматовскую строфу. Однако моих знаний в поэзии пока не хватает, чтобы подтвердить это предположение, поэтому прошу Вас сказать так ли это. Мне стих понравился за исключением внезапной концовки в стиле Игоря Северянина.
Спасибо!
Ну ничего себе! Это, конечно, высший балл. Читала и дышала вместе с автором в унисон, чуть ли не кричала.
Концовка и до слёз довела, и внезапно удивила: акцент сместился с Ахматовой на лирическую героиню, которая не Ахматова, конечно. Мне напомнило Цветаеву. Но только в конце и только в этой последней строке. В остальном — огонь!
Желаю вам огненной победы!