В окнах темень, иногда ненадолго зажигают свечи. Утро не наступает дней сто.
Как приготовить еду на электроплите, когда отключили свет? Как купить готовую за цифровой тугрик? Чат ГПТ, ответь!
Ах, да! Смартфон сел на второй день.
Крекер есть не буду, его можно обменять на сигареты. Отключаю фонарь – батарею надо экономить. Или для того, чтобы не подсвечивать тень, в которую превратил душу.
Погружаю руку в подгнивающий сырой фарш.
Скрипнула дверь. Неужели они догадались, что у меня есть плохо охраняемая еда?
Включаю фонарь трясущимися руками. Луч фонарика – островок в мире, который внезапно рухнул. Вижу отражение в зеркале: неужели это бледное щуплое существо с удлинёнными руками и с засохшей кровью вокруг рта – я? Отвернулся с отвращением.
Никого. Показалось?
Вернулся на кухню, но фонарь отключать не стал. Не хочу умирать в темноте!
Снова срип. И скрежет.
— Я вас не боюсь! – кричу. – Выходите!
Тишина.
— Не хочу умирать в одиночестве, — шепчу. – Выходите. Лучше в вашем присутствии, чем в одиночестве.
Потряс фонарь, и он на время снова зажёгся, а потом потух навсегда – последний отблеск рухнувшей цивилизации.
Шаги приближаются всё ближе. Слышу дыхание.
Я давно не боюсь.
Наверное, это Стерлигов встал со свежей стерни и пришёл. Не бойся, малыш! Стерлигов принëс натурального хлеба, не в силах пропиарить его в Сети и став поневоле офеней-коробейнком.