Её отменили, и человек стал охотиться на человека. И убивать. Беспощадно и без особых причин.
Она ходила в черном балахоне, капюшон прикрывал старое, измученное жизнью лицо. Смотрела вокруг и не понимала, кто дал им право делать её работу, выбирать кому жить, а кому умирать.
—Чего тебе надо тут, старая, уходи, здесь не подают.
Никто её больше не боится, не просит о пощаде, злые лица с гримасами и желанием убивать. Убивать, чтобы выжить? Или выжить, чтоб убивать?
А потом исчез последний огонёк надежды, он погас, и наступила тьма. Холодная зима, безнадёжность и злоба вселилась в души людей. Мир разрушался, кубик за кубиком, пиксель за пикселем. Зачем им такая жизнь, почему они больше не боятся смерть.
Она натянула капюшон пониже, хотя кто разглядит её лицо в этой темени.
На детской площадке играли дети. Маленькие огоньки жизни играли в войну, бегали друг за другом, размахивая пластмассовыми автоматами. Пух-пух — убит. Малыш падает на снег и не шевелится.
— Даринка, геть до хаты!
Девочка кутает куклу и бежит домой. Ведь там мама, она согреет, даже если вокруг зима и нет света.
Тень в черном балахоне, с надвинутым на лицо капюшоном проходит мимо.
Скоро весна, свет, мир и жизнь.
Кто-то заигрался в Бойцовский клуб. И ещё в отображение реальности. Так что с хоррором получилась просто беда. Ладно, хоть Даринка убежала.