Учитель физики

“Вот я стою рядом с тобой у могильной плиты… Так странно называть тебя «ты». Раньше я никогда не смогла бы себе этого позволить. Сегодня, в первый раз, я решила сказать тебе, что я любила тебя. В первый раз. После всех этих лет. Я любила тебя так сильно, что даже сейчас мои руки дрожат и на глаза набегают слезы. …Но из примогильного камня с твоим портретом нет ответа. И никогда не будет!

Я всегда скрывала это чувство от всех и, конечно, от тебя. Теперь-то я думаю, что ты все понимал. Ведь мне тогда было 16, а ты уже был опытным 30-летним мужчиной, состоявшимся учителем. Учителем физики. Моим учителем физики. Моим любимым мужчиной. Моей несбывшейся мечтой…

Ты был таким остроумным, что любой урок прерывался хохотом, так что потом было сложно сосредоточиться, а мне – особенно. Это были спонтанные остроты, которые тут же забывались, потому что возникали новые, еще более остроумные…

Я до сих пор помню содержание задачи, за которую ты поставил мне “5”. И еще … запах твоей одежды… Я и сейчас найду его среди сотен других запахов.

Конечно, я мечтала о нашей близости. Она вздымалась гормональной синусоидой, на которую способен подросток. Я прекрасно понимала, что это – фантазии. Они помогали мне жить и быть неимоверно счастливой. Они помогали сохранять мою целомудренность до того момента, когда я поняла: надо спускаться на грешную землю и создавать семью с другим человеком”.

Я погрузилась в воспоминания. Поставив на могилу цветы, попрощалась и пошла. Но какая-то маленькая назойливая птичка неоднократно прерывала мой путь своим теньканьем и привлекала ярким оперением, садясь на молчаливые плиты.

“Это твоя душа разговаривает со мной!, – ошеломила меня мысль,- Ты меня услышал! Конечно! Ты не мог не почувствовать той энергии, которая помогает мне до сих пор помнить тебя и наши отношения до мельчайших подробностей! Неужели прошло уже почти 25 лет со дня, когда Господь пригласил тебя к себе на последнюю исповедь?”

***

Уже в автобусе чирикающие звуки птички в моих ушах напомнили о том, что случилось тогда. Говорят что все сохраняется в памяти, но не просто оттуда что-то достать. Портрет на твоей могиле – катализатор. Прошлое всколыхнулось во мне, всплыло на поверхность сознания и потребовала внимания. Глядя на пробегающий мимо город, покрытый августовскими красками, я вспомнила тот вечер. Тот вечер, который изменил все.

Моя мама работала в ночную смену, и мы с моей подругой Светой решили позволить себе рискованную роскошь: поход с кино на ночной сеанс. Шел фильм о любви, и каждый раз, когда что-то волнующее происходило на экране, мы хватались за руки и держали их сжатыми, пока сцена не заканчивалась: мы учились сопереживать.
Один раз, когда на экране сверкнула молния, да так ярко, что осветила весь зал, Света шепнула в моё ухо:

‒ Смотри, Елисеевы!

‒ Что? Где?

‒ Вон там. Прямо перед нами.

‒ Не может такого быть! Таисия Петровна уехала на конференцию в Питер и возвратится только через неделю.

‒ Какую конференцию?

‒ Для детей с особенными потребностями.

‒ С какими? – Света не расслышала.

‒ С особенными, – я крутанула пальцем у виска.

Света раздраженно пожала плечами.

– Но я тебе гарантирую, что это – он.

‒ Кто он? – спросила я, мысленно перебирая всех парней, в которых она бывала периодически влюблена.

‒ Он, наш физик!

‒ Где? Я не вижу.

‒ Да вон там, – Света указала пальцем на пару, сидящую двумя рядами ниже.

Я сощурилась, стараясь всмотреться в темные силуэты пары, и моё сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Это был, действительно он… и, надо полагать,… она.

С этого момента фильм перестал меня интересовать, и моё внимание полностью переключилось на пару, сидящую двумя рядами ближе. Я так сильно на ней сконцентрировалась, что когда во время следующего трогательного момента в фильме Света хотела схватить мою руку, я оттолкнула её, шепнув: «Перестань!»

Я заметила, как их головы повернулись друг к другу и они поцеловались. Сердце опять подпрыгнуло. Это было волнующе, больно и сладко одновременно. В голове стучали молоточки. Но было слишком темно, чтобы видеть подробности. Я ждала еще одной сцены с молнией. Скоро моё терпение было вознаграждено. Я ясно увидела их лица, направленные друг к другу, только…

“Нет, этого не могло быть! Совершенно не могло быть!” Руки стали трястись и в горле пересохло, так что я, казалось, забыла все слова. Действительно, это был Сергей Иванович. Но он был с другой! Нет, это была не боготворимая мной учительница литературы Таисия Петровна, а какая-то совсем посторонняя девушка. Может быть только на пару лет меня старше. Я сразу поняла почему. Девушка была «совершеннолетней».

Гнев и ненависть наполнили меня мгновенно. Ненависть к нему.

«Как он мог?! Как он посмел?! Ведь это измена! Да еще в зале могут быть и другие знакомые. Городок-то небольшой! Я этого не выдержу!”

Мне казалось, что предали не кого-нибудь, а меня. Он не только ставил под угрозу свой брак, но и разрушил мою сладкую мечту, мой миропорядок. Мне хотелось преградить ему дорогу, дать ему знать, что я вижу, посмотреть в его глаза жестко, осуждающе, с презрением и сознанием своей правоты. Может быть тогда он понял бы, что он сделал!

Когда фильм закончился, я стала протискиваться через толпу и встала у двери кинотеатра, надеясь увидеть его.

‒ Что с тобой? Ты вся красная. Чего ты здесь встала? – теребила меня Света.

“Что я должна была делать? Рассказать об этом Таисии Петровне? Кто мне дал право вмешиваться в чужую жизнь? Чужую? Был ли он мне чужой? Была ли она чужая? Нет. Они бы были особенными для меня, очень очень дорогими, близкими. Но эта близость была только в моей голове, в моем сердце. Имела ли я право действовать только на основе моего чувства?”

‒ Ну как тебе? – спросила Света. У меня заняло какое-то время понять, что она меня спрашивала о фильме. – Ты знаешь, когда они кричали друг на друга, а потом бросились целоватья, я чуть не взорвалась!

К счастью, о нашем физике она больше не вспоминала.

‒ Да, понравился, – сказала я невпопад, просто, чтобы ответить.

Увиденное легло тяжелой ношей на мои хрупкие плечи, придавило меня. Дома я плакала в подушку вплодь до возвращения мамы. Она, конечно, пыталась узнать, что со мной. Но как я могла ей всё рассказать? Ей будет больно. Или она меня просто не поймет. Или скажет: “Какая же ты еще глупенькая!”

Обращая взор в прошлое из сегодня, я думаю, почему я так переживала? Какая для меня была разница? В любом случае, он не был человеком моего будущего… Но тогда я этого не осознавала.

До этого похода в кино я тоже иногда чувствовала покусывание боли, но то была сладкая боль. После же инцидента она превратилась в грязную рваную рану. И я думала, что после осознания произошедшего моя любовь к нему иссякнет; перейдет в ненависть. Я закую моё сердце в броню ненависти. К моему удивлению, ничего такого не случилось. На следующий, день после первого его взгляда вся моя воображаемая броня облезла нежной позолотой.

‒ Что с тобой, люба моя. (Он многих девочек называл этим именем переделанным им в нарицательное). Ты прямо как кот Шредингера. Один день приходишь в класс счастливая и улыбчивая, а другой… Он сложил ладошки и положил их под щеку, имитируя спящего.

Все рассмеялись, и я смеялась вместе со всеми.

Я любила его по-прежнему. Я простила всё, только мои мысли теперь путешествовали гораздо дальше и мои воображаемые действия были намного рискованнее. Я даже упрекнула себя за такое аморальное поведение.

И какое-то время всё это двигалось вместе со мной густой молочной взвесью. Но когда пыль осела, я поняла, что то, что случилось, фундаментально перевернуло мой мир. Я смотрела на продолжающиеся ласковые и преданные отношения моих любимых людей, моих учителей, которые преподавали мне не физику и литературу, а жизнь и думала, что однажды ко мне такое тоже придет, что я достойна не меньшего счастья. Но счастье – это праздник. А праздник не может длиться долго…

Я никогда и никому этого не рассказывала. Память была заперта в моей душе и все эти годы подспудно мучила меня. И только сегодня, стоя у могилы, я решилась быть откровенной. А сейчас, в автобусе, шлюзы открылись, мне стало легче.
“Ну да что там! В каждом зле есть немного добра. Этот случай позволил мне спуститься на грешную землю, создать семью и родить двух прекрасных дочерей”.

***Я сошла с автобуса и пошла по направлению к своему дому. Был яркий солнечный день. Опавшие листья клена, растущего над нашими окнами, вернули меня к реальности. На пятом этаже моя внучка делала математику. Она очень славная и у неё красивая папина улыбка. Я не хочу, чтобы она слушала моего брюзжания о тщетности мечтаний. Надеюсь, что её мечты сбудутся!

(Просмотров за всё время: 82, просмотров сегодня: 1 )
8

Автор публикации

не в сети 3 часа

mgaft1

2 912
Как гарантировать то, что ты знаешь о чем пишешь? Не писать о том, чего не знаешь.
Комментарии: 993Публикации: 55Регистрация: 02-04-2021
Подписаться
Уведомить о
guest
21 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Мира Кузнецова

Бывают истории, которые не знаешь как комментировать. Они камерные, сокровенные ( я допускаю мысль, что не все из них автобиографичны) и кажется, что ты и так подсмотрел, пусть и случайно, в замочную скважину, а если еще станешь обсуждать, то возникает невольное чувство неловкости. Ваша история из этой категории.
Спасибо за искренность

1
AlekseyM

Тёплая история. Одно но, в СССР возраст согласия долгое время был 14, в РФ только в 1997 году его сделали 16 лет, потом снова в 1998 сделали 14 лет и только в 2003 снова 16. А это значит, что рассказчик сама давно была в возрасте согласия и, либо именно она сидела с физиком в том кинотеатре, либо это ошибка в повествовании.
А может, автор немного путает возраст согласия с совершеннолетием.
Или даже есть внучка, которая испытывает чувства к своему физику в каком-нибудь 8-ом “В”.
Ну, можно сказать одно, у ГГ нет синдрома любовницы, она не согласна быть молчаливым наблюдателем.

1
AlekseyM

Возраст согласия был до 2003 года равен 14 годам, с 2003 – 16, я не знаю, как оно было на местах, но о связи 30-летних с 14 летними никогда не слышал, сейчас же в случае, пока не сказано о неправомерности, лицо достигшее 18-ти может иметь отношения с лицом достигшим 16, но опять таки, о таком возрастном разброс никогда не слышал в области легальных отношений.
А в США, кстати, этот возраст разнится в разных штатах и тоже начинается с 16.

1
Эмиль Коста

Да это гуглится за пять минут.
Возраст согласия в РФ действительно колебался от 14 до 16. Связь с несовершеннолетним в любом случае подсудна, но если ему/ей больше шестнадцати, статья другая и срок поменьше.
Проблема в том, что шестнадцатилетняя героиня определенно достигла возраста согласия и в таком контексте может рассуждать максимум о совершеннолетии.
Опечатка: “мой брюзжания”.
И никогда не слышал, чтобы надгробие называли “примогильным камнем”.
Переживания героини сильно переданы, хорошо. Я бы учительницу-супругу добавил в повествование пораньше – читатель только в кинотеатре узнает, что физик женат.

1
AlekseyM

Слышал Могильный камень, старое название надгробия, когда, в общем-то и не было надгробия или возможности его поставить

1
Эмиль Коста

Да, “могильный камень” тоже встречал, но больше в литературе. Возможно, устаревшее понятие.

1
Эмиль Коста

Да, тут восприятие подростка… но в то же время воспоминания пожилой женщины. Я бы убрал предложение совсем. Тридцатилетний женатый мужик целуется в кино с восемнадцатилетней – и так картина неприглядная, а для героини вовсе болезненная. Зачем внимание на малолетстве заострять? Мне кажется, лучше как-то кратко обозначить: соперница всего на пару лет старше.
Хотя бы упомянуть наличие жены. Да и фамилию. Я не сразу понял, о ком вообще идет речь, потом удивился: так он женат?!)
Первую фразу я бы заменил на:
“Вот я стою у твоего надгробия”
А в следующем упоминании можно уже и плиту, или хоть памятник – так тоже в обиходе надгробия называют.

0
AlekseyM

Если Вы хотите сделать экспрессию на возрасте, пусть будет, что-то вроде:
“Она была почти моего возраста, или чуть старше меня, что же меня отличало от неё?? Она была совершеннолетняя! ”
Но дополню ещё один такой момент, на самом деле в СССР никто не прыгал вокруг этих возрастов согласия или несогласия, ведь даже 14 лет это было негласно принято в судебной и исполнительной системе. Отношения заводились тогда, когда оба человека были на них способны. И физиологически, и психологически. В 14 лет просто по самой сути воспитания, даже со всем хотелками, осознаваемыми или нет, дети оставались детьми с детскими потребностями и переживаниями.
Сейчас же при всех детских переживаниях, потребности переведены во взрослое состояние, поэтому и пришлось регламентировать законом это.
Таким образом, если она действительно была бы в свои 16 не ребёнком, то физик бы обратил на неё внимания, а она была не просто малолеткой, она была по психологии ребёнком. Это всё работало на уровне личностного восприятия.
Сейчас же на детей рано одевают маску взрослой психологии при том, что на самом деле они всё ещё дети.
Мало кто вообще мог подумать об отношениях между разумным 30-летним мужчиной и 14 летней девочкой, бывали случаи 25 летних с 14 летними или 20 летних, но , как правило всё это вполне себе осознанно и по полной договорённости приводило к бракам.
Личной осознанности было больше в виду необходимости достаточно точно принимать ответственность своего положения в каждом возрасте. Сейчас дети перегкладывают отвептственность за свои десткие действия на взрослых, а взрослые перекладывают ответственность либо на детей , либо на власти. В итоге личного осознания себя в каждой конкретной точке времени и места очень мало, и людей , кто имеет такое понимание ответственности за себя или даже за семью, очень мало. И разговор не об уголовоной, а о пониманиии, что есть личные потребности и зачем что делается.При таком восприятии крайне редко в область половых интересов старших попадали младшие.
Не было такое принято.

1
AlekseyM

Что вы, я говорю о том, что акцента на возраст согласия можно было не делать, или даже совершеннолетия, тогда это не было настолько заострено. А влюблённости в учителей случалась всегда.
То есть сами причины, почему он выбрал другую звучат слишком по-канцелярски, маловероятно, что у советской девушки именно такая причина выбора встала бы в первую очередь, а вот сам факт, что она чуть старше, или даже разница во внешности, даже незначительная , могла бы вызвать внутренние страдания.
Понимаете, границы возраста не чувствовалось. Тем более для такого возвышенного чувства. То есть, если для взрослого человека это действительно было объективно, что она маленькая и ребёнок по уму, то с её стороны это скорее всего имело бы , даже если и касающиеся, но всё равно другие объяснения.
Ей бы казалось, что та другая красивее, старше, или она сама мало уделяет ему внимания, или ещё что-нибудь.Со взрослой точки зрения причина тогда во первых была бы в том, что она слишком мала, или психологически ребёнок. Все люди замечают, когда по отношению к ним проявляется симпатия, но взрослого это в большей степени либо рассмешит, ибо многие влюблялись в учителей, либо наверняка учитель постарается использовать ситуацию на пользу самому ученику, проявляя какое то особое внимание с акцентом на образовательный процесс, чтобы перенаправить чувства ученика в сторону предмета. Это что касается именно советской школы. Было принято всё лучшее детям для здорового развития.

1
AlekseyM

Под конец союза, такое бывало. Но это было уже другое поколение. Вы написали о внучке, которая делает математику, а люди того поколения, кто окончил школу в конце 80х, сейчас только родители детей, оканчивающих школу. Вообще тенденция к деторождения сместилась к 30 и выше.

1
Мира Кузнецова

Я бы убирать не стала. Если кто-то и не знает термин ” возраст согласия”, то метафора говорит сама о себе.

1
Мира Кузнецова

И это правильно

1
БоК-3БоК-3
БоК-3
логотип
Рекомендуем

Как заработать на сайте?

Рекомендуем

Частые вопросы

21
0
Напишите комментарийx
()
x
Пролистать наверх