Конкурсы

— Итак, Мэгги, что имеете сообщить? — инспектор Пуласки свёл к переносице кустистые брови. — В двенадцать шестнадцать, как раз я вытирала пыль с трюмо, мимо окна пролетел вниз головой интересный молодой человек в костюме от Гуччи, с оранжевым платком в нагрудном кармане. Костюм двубортный, на лацкане не хватает одной пуговицы. Хотя к делу это, видимо, не имеет отношения. — Думайте, Мэгги, думайте, это важно! — В двенадцать двадцать семь,

Домработница Зоя поднимается на крыльцо и открывает дверь коттеджа. Входит. Панорама: просторный холл, слева и справа двери, лестница на второй этаж. Тревожная музыка. Наезд камеры: опрокинутый столик, осколки вазы, лужа. Крупный план: сломанные цветы. Деталь: лепестки в луже. Крупный план: встревоженное лицо Зои. Снова панорама и наезд: на полу перед закрытой дверью капли густой красной жидкости. Зоя присаживается на корточки, макает палец. Растирает влагу между пальцами, подносит к носу, нюхает.

Утром Петр Ильич нашёл на своем столе записку с приложенной фотографией: «Или вы повышаете зарплату, или это фото увидят все». Директор нахмурился — Людочка, пригласи ко мне бухгалтера, и пусть захватит зарплатные ведомости за последний месяц. *** Кларисса Павловна вот уже пятый год работала в торговом центре уборщицей. Поначалу ей нравилось, работником она была знатным. Но вот беда — платили мало. Штат предусматривал десять работниц в смену, а их всего

Я взял кошель, заскочил на кухню за корзиной и столкнулся там с мистером Лизберо. — О, Джон, ты в лавку? Купи масло и телячью голову. Сегодня будем готовить суп под черепахой для мистера Боленда. Я кивнул и поторопился за покупками. Хотя это было последнее, о чём я думал сейчас. Месяц я следил за новенькой, за этой смазливой мисс Маргарет. Как же — домработница. Меня не проведёшь. Уже год я веду

Окровавленное тело мужчины обведено мелом. Его голова отрублена. В комнате пять человек в умных очках смотрят на показания умных браслетов. – Опросили свидетелей? – раздался скрипучий голос АИнспектора. – Нет ни одного, сэр, – худощавый парень недовольно скривился. Ему не нравилась необходимость обращаться к нейросети «сэр». – Какие нашли улики? – Ни единой, сэр! – Окурок, след ботинка, отпечатки пальцев, следы биологических жидкостей? – Мы проанализировали с помощью нейронки все

7.00. Сегодня вечером мы будем только с тобой. Ты и я, твой любимый Кругляшка. Просыпайся! 9.00. Да, ты ещё не совсем пришла в себя от навалившихся событий — смерть мужа, допросы полицейских, бессонные ночи в слезах… Но ты такая же красивая. Твои ноги! Как мне нравится заглядывать тебе под юбку! А твой нежный голос! Готов до бесконечности выполнять твои команды. 19.00. Ты пришла не одна. Где-то я видел этого мужика.

Монологи постельницы из Углича: 1591 г. Охти, милостивцы! Всё скажу, сама – вот этими вот глазоньками видывала. Сокола нашего кормилица Арина не уберегла; пришла на царевича болезнь чёрная, а у него в те поры был нож в руках, и он ножом покололся, и она царевича взяла к себе на руки, и у неё царевича на руках и не стало. 1605 г. Охти, милостивцы! Всё скажу, сама – вот этими вот

Студентки Юля и Зоя встали у мужского туалета сервисного колледжа, где из-за ремонтных работ не было света: – Женский занят, сюда схожу, а то сейчас на практику ехать. У двери карауль. – сказала Юля Зое, бросаясь в тёмные недра уборной. Нащупав попой унитаз, Юля села. Раздались звуки открытия и закрытия двери. «Зойка тут решила постоять, что ли?» – думала Юля, уже слыша расстёгивающуюся молнию и сигаретный дым. На Юлю полилась

«Так, сумасшедший дом какой-то…» — подумал частный сыщик Рон Крак. – Вы чего встали? Делай те же хоть что-нибудь… – блондинка, заламывая руки и подняв глаза, закинув голову, металась по обширной комнате, – не видите, меня обокрали? – К-хым… – откашлялся сыщик, – простите, что украли-то? – Как? Вы не заметили? Мне говорили, что вы лучший в своём деле, а вы… – она обхватила лицо руками и зарыдала. Детектив прошёлся