Конкурсы

Я молюсь каждый день, вспоминая его, моего нежного соблазнителя, далёкого дерзкого ангела любви. Сколько раз он искушал меня речами, полными страсти, заставляя краснеть и желать плотских утех. Никогда не думала, что буду так тосковать по нему. Где он сейчас, думает ли обо мне, забыл ли совсем среди тысячи окружающих его смертей. Не хочу думать о плохом. Тяжело ждать, ещё тяжелее, быть там, где он. Господи, укрой его невидимой рукой, не […]

Я вышел на балкон за бодростью ночи. Бледной вспышкой брызнуло небо, где-то рядом гулкой грудой прокатился гром. Странный субъект с букетом, не дойдя до подъезда, остановился, посмотрел наверх и направился к пожарной лестнице. Я наблюдал, как он, держа в зубах цветы, карабкается по стене, чтобы влезть в окно к любимой женщине. Я завидовал им обоим. Я предвкушал восторг, распахнутые объятья и долгий поцелуй. И уже радовался тому, что случайно сумел

Король очень любил свою королеву. Правда, она часто уезжала, но при опасности всегда оказывалась рядом. Вообще, король любил всех, даже своих подчинённых, снующих туда-сюда в поисках сражений и трофеев. Но особенно король любил своего слона: белого, с небольшими ушами и с толстым хоботом, покрытого золотой подстилкой… Но в последнее время все от него как-то стали отдаляться, даже слон, который всегда был с ним. Дворец, а вместе с ним и королевские

–Ты же знаешь, что я в завязке? – Пётр окинул тяжёлым взглядом поставленную перед ним на стол вычурную бутылку. – Арманьяк! Настоящий француз! ХО! Прямо из дьюти-фри! Мне по случаю достался! – Арсений просто сиял, произнося эти слова. – Когда ещё такой попробуем? Знаешь сколько стоит? – Искушаешь? – Облизнул Пётр сухие губы. – Что ты как маленький. Это же благородный напиток. Амброзия! От такого не развязываются, – осклабился Арсений,

Первоклашка Семён Якель мысленно молился перед уроком: «Бог, помоги мне быть хорошим и…» Сема замер на полуслове. Перед ним стояла Ада Львовна. Учительница была похожа на кусок студня: ее монументальное тело колыхалось словно бабушкин свиной холодец, зад выступал суверенным государством. — Так! Все открываем прописи с домашним заданием, — изрекла Ада Львовна, протискивась между партами. Семён обречённо вздохнул, когда учительница наклонилась к соседу напротив, и её внушительные ягодицы, обтянутые трикотажной

– Энни, милая Энни! Ну, чего же ты хочешь? Денег, золота, украшений? Хочешь, подарю тебе дом? Выбирай любой в городе. Девушка отстранённо смотрела перед собой. – А хочешь сделаю тебя здесь главной? Будем, словно боги, решать, кому жить, а кому умереть. Нет? Молчишь? Может, желаешь уехать? Поселиться в небольшом домике на берегу моря? Тоже нет? Ох, Энни, Энни… – он нервно перекатывал между костяшками пальцев серебристую монету с изображением орла.

Бабочка с пораненным крылом лежала у дороги. Все проходили мимо, не обращая на неё внимания. Один мальчик с рыжими волосами остановился, присел возле бабочки и мягко взял её в руки. — Красивая… Я не дам тебе умереть. Ты должна снова летать. Мальчик вырос, у него появилась семья, дети и заботы. Однажды он ехал по трассе за городом, и машина вылетела на встречную. Дальше всё было как в жутком сне: больница,

Солнце с надеждой всходило и в ужасе заходило. На улицах горели костры. В глазах горела одержимость. Везде раздавалось: — Ноты нашёл. — В костёр их! — Они на скрипке лежат. — И её в костёр! — Тут журналы. Про нейрочипы, нейросети. — В костёр! — Здесь Саныч прячется, который стихи писал. — В костёр! Потом солнце скрылось за дымом. А упитанному черному коту скрыться было негде. Закрыв лапами уши, он

Я облетал дом полевого командира, подставляя крылья восходящему солнцу. Сегодня все успешно закончится. Ведь я чудо инженерной мысли — БПЛА с ИИ и позывным Devil. Хотя я больше похож на ангела. Ведь мы оба парим в небесах и вершим волю создателя. Пикируя, я выпустил ракеты Hellfire в дом главного террориста. На месте дома вырос огненный цветок. Как только огонь утих, я снизился. Камера зафиксировала движение, и я приготовил ракеты. Полевой

Она играла на гитаре и пела в переходе метро. Худая, в старенькой куртке. Вокалу учила воспитательница. Инструмент освоила сама, когда наступило совершеннолетие и за ней закрылись двери детдома. Другой работы не нашлось. Комнату снимала в общежитии. Квартиру так и не дали. Напротив остановился парень. Дослушав песню, он положил купюру в кепку, лежащую у её ног, и исчез в толпе. Внезапно она увидела на полу, где стоял парень, кошелёк. «Потерял. Мне