Конкурсы

Усадьба Волковых похожа на многие другие. Большая русская печь в центре дома, у печи стоят медные кастрюли, горшки и чугунки. На окнах ситцевые занавески, застланная вязаным пледом кровать. Сундуки, как большие, так и малые, укрыты кружевными салфетками. По всему дому лежат ковры. На табурете у окна скорчившись, сидит Алексей – хозяин усадьбы. Он то и дело вытирает нос рукавом. — Плачешь? – грустно спросила Мария. — Нет. — А чего

Ей всегда нравились столики у окна. Заказала чай. Покрутила в руках телефон и, вздохнув, выключила. Сегодня день флирта — она так решила. Быт и проблемы не ворвутся в её однодневное бабье лето. Согревая руки о пузатую чашку, осматривала посетителей. Офисные клерки, зашуганные начальством, да малоопытная молодежь. Никого подходящего. Вдруг почувствовала чей-то взгляд с улицы. Одет просто, а смотрит уверенно, даже оценивающе. В другой раз она бы отвернулась, но не сегодня.

Осень… желтеют листья… вам не надоело это классическое описание осени? Давайте посмотрим слегка с другой стороны. Что чувствует человек в это время? Ну, у всех конечно по разному, поэтому опишу себя Осенью я чувствую некую паузу во всем. Как бы, останавливается время. И это прекрасное время чтобы переосмыслить жизнь. Найти для себя смысл, любуясь красотой. Подумать о том, как среди огромного мира, где-то в уголке, сидишь ты, с самыми философскими

На днях был на странице одной старой малознакомой. Увидел пост, датированный пятым октября две тысячи двенадцатого года. Пост содержал фотоизображение горящих окон многоэтажек на фоне густых сумерек. Я вдруг испытал чувство усталости. Стал вспоминать тот день. Шестого числа в четыре сорок пять нужно было ехать в область на конференцию. Пятого числа первое занятие проходило в бассейне, после него не должно было быть пары. Хотел зайти в институт, чтобы получить дебетовую

Последние холодные дни были самыми суровыми. Зима отчаянно напрягла остатки сил, участила своё морозное дыхание, но всё же лёд на реке с треском разошёлся, отошли холодные воды и с первым криком жаворонка родилась весна. Отчаянно хотелось жить и без разбору пробовать всё. Будущее казалось таким туманным и далёким, почти не существующим. А настоящее «здесь и сейчас» дразнило майскими первоцветами, заигрывало солнечными лучиками и отвлекало от дел. Лето ещё больше распалило

Мокрый тротуар. Грязные листья. Зачем я туда иду? За знаниями? За красным дипломом? Нет… Я иду туда за социумом. Там, в аудитории я не одна, там ребята… хорошие ребята. Они мне даже нравятся. Я иду туда за людьми. Или я опять буду одна. В прихожей зажегся свет. Мама вернулась с работы. Кот вышел ее встретить. Мама улыбнулась. Мне. А я прошла мимо. С кислой миной. Она не заслужила такого отношения.

Рожковый ключ ударился о бетонный пол. Металлический звон резко ударил по ушам. — Игорь, уснул что ли? — усатый толстяк добродушно толкнул локтëм напарника. — Задумался я, Михалыч. — Высокий рыжий Игорь выпрямился, отступил от двигателя, над которым колдовала пара ремонтников и оглядел машинный зал насосной станции. — Крутим мы гайки, меняем солидол, подшипники, опять же. А что с этого толку? — В квартирах тепло будет зимой, вот какой толк.

Я вышел из супермаркета с полными сумками. На улице сгустились сумерки – полупрозрачные, сырые, с горьковатым запахом прели. Я люблю этот октябрьский полумрак, есть в нем нечто умиротворяющее, что позволяет простить жизнь за все разочарования. На фонарном столбе крылышком мотылька трепетал тетрадный листок. На бумаге в клеточку ученическим почерком было выведено «ОСЕНЬ», а ниже свисала бахрома узких билетиков, чтобы каждый желающий мог оторвать себе на пользу. Только вместо телефонов там