Конкурсы

Улица средневекового города. Появляются два мальчика лет двенадцати Мухаммед: Насколько же ты ветреный, мой брат, Так, поступив учеником в мактаб Там письменность познать ты захотел, Но перешел, приняв гончар удел. А нынче глина не пленяет взор, К резному камню у тебя задор. Что хочешь? Я сейчас узнать могу? Ахмед: Ойбай! Я позабыл свою тамгу ! (убегает) Мухаммед: Бежит. К признанью явно не готов, Как ветер быстр и столь же бестолков. […]

Печальна эта картина. Смыслы её ясны. Лежит на черепе череп. Апофеоз войны. Да, война это страшно. Но, ты уж мне, друг, поверь: Много среди военных и небоевых потерь. Вот вам пример о парне. Не ведал свою он роль. Вот он простой мальчишка. И вот он уже герой. Чтобы спасти других — отдал своей жизни дар. Было ему девятнадцать. Звали его Алдар. Был из обычной семьи: родители, сёстры, брат. Рос в

Века проходят мимо нас, А мир по-прежнему, о ужас, Возводит пирамиды черепов, Не слыша плач сирот и стоны вдов. Скажите люди, для чего нужна война, Что заставляет вас, друг друга убивать, Желать друг другу смерти, ненавидить? Неужто куча черепов, Дороже вам полей цветущих и лесов, И крики воронья, Милее смеха детского и пения соловья? Кто я, чтобы судить воинственное племя, К чему на это тратить своё время? По свету ходит

Седой ковыль над юной матерью склонился. В степи, согретой солнцем, батыр родился. Отцовский возглас был радостным и громким: «Мой сын, ты будешь храбрым воином и стойким»! Путь воина был уготован младенцам многим, Лишенным нежности и ласки, по законам строгим. Батыр прослыл бесстрашным, смелым. Стрелком был метким, наездником умелым. Любовью матери хранимый, он выживал… В сраженьях, спорах батыр лишь побеждал. Но черный день настал, захвачен город. И пирамида смерти выросла в

Палач был стар. Всё чаще ныла грудь, боль отдавала в руку… И тогда он опасался вечером уснуть и больше не проснуться никогда. Он не боялся смерти: столько раз глядел он ей в холодные глаза! Но прежде чем пробьёт последний час, хотел он внуку кое-что сказать. Палач в своём домишке жил один. Его жена сбежала к мяснику. Отца чуралась дочь, стыдился сын, и внуков не пускали к старику. Но, получив записку

Ворон Ивлин Без дела мне покоя нет, Пока ночь землю не накрыла, Я буду кости собирать. Бабочка Лоо Ты, дух грозы, рождён летать, А не таскать то, что не живо. Ворон Ивлин Моя душа полна смертей, Я чую зов, я чую зов костей. Мне нравится, что я один Вкушаю этот смерти пир. Пусть жизнь идёт свой тропой, Я смерти предан лишь одной. Бабочка Лоо Возвысься к небу, Поцелуй свой остроклювый

Вселенская печаль, иная безысходность Апофеоз войны – так, кажется, назвал Художник, что писал батальные полотна. Знал правду о войне, и нам её сказал. Без крови, без забот над полем жарит солнце Сухие ветви той, что зелена была Берёзой молодой, и жизнь пила до донца, И милого звала, кудрявою слыла. Седое вороньё, и жуткое признанье Постылого вранья, и горя, а чудес? Не будет больше снов, случилось покаянье Без слов и без

Только частушки сложили, и вот Братский привет от начальства общаги нам – Снова Чувак порученье даёт: Мучить картину В. В. Верещагина. Значит, опять нам прокачивать слог. Значит – опять в Википедии тыркаться. Я бы словчил! Но внимательно-строг Взгляд Алексея Две Тыщи Четырнадцать. Хмурит учитель лохматую бровь, Как же смешны ему наши теории! Нынче прольётся горячая кровь Всех, прогулявших уроки истории. Солнце согнуло в дугу саксаул, Тычет восток в синеву минаретами.

Пересохшими губами целовать Черепа погибших сыновей. Почерневшую, распластанную Мать Ослеплял пустынный суховей. На лице скорбящие глаза. Также Богородица смотрела, Умоляя Бога и Отца Чудом воскресить Христово тело. Соленая корка на щеках — Слёзы иссушенные ветрами. Черепа баюкать на руках: «Спи, мой сокол, рей над облаками.