Конкурсы

*** Если так подумать, в произошедшей трагедии целиком и полностью виноват отец. Разбери он вовремя козлы, как неоднократно просила мать, то эта мысль никогда бы не пришла мне в голову. Хотя… Кого я обманываю? Не эдак, так иначе… Но, обо всем по порядку. *** Еще до рождения братец успел попортить нам всем немало крови. Мать тяжело переносила беременность. Она думала, что просыпается и встает раньше всех. В утреннем мраке раздавались […]

Одному даже лучше – во всяком случае, не нужно ни с кем делиться абрикосовым джемом. Да мне уже и плевать на то, что происходит вокруг. Когда всё началось, мне было двенадцать, и я фанател от «Кей-поп». Этот район известен тем, что здесь самые жирные голуби, отлично подходящие для ужина. Я остановился, увидев «УАЗ» с пулемётом наверху. Я сходу определил, что это «лютый». От таких пейзажей кружится голова, даже сейчас, спустя

Полюбил я любовью такой, что едва Разбирал я, где злое, где доброе. Павел Кашин Алёна ехала домой расстроенная. Не то чтобы она многого ждала от сегодняшнего вечера: корпоратив в почти исключительно женском коллективе – так себе удовольствие. Но всё-таки… Шёл дождь. Дворники противно поскрипывали, на несколько секунд возвращая чёткость миру перед едущим в ночи такси. В боковых окнах плясали размытые разноцветные пятна огней, и в другое время Алёна, наверно, залюбовалась

Два брата – двойняшки Егор и Витя – появились на свет тридцать лет назад у мамы Светы не совсем благополучно. Роды оказались сложными: предлежание плаценты неправильное, слабая родовая деятельность, но до кесарево не дошло. Если без соплей, а по фактам, то Егор пошёл первым – и застрял. Пока вызволяли старшенького, Витька задохнулся малость, щипцами тащили. По шкале Апгар всего тройку поставили против Егоровой девятки. Потом диагнозами завалили: задержка умственного и

Элис снился старый дом и его скрипучие половицы, обветшалые стены, покосившийся забор на заднем дворе. Мама хлопотала на кухне, отец трудился во дворе; она оттирала тарелку за тарелкой, но посуды не становилось меньше, он колол бревно за бревном, а они всё не убывали. Оба просили дочь о помощи, но она нырнула в дыру в заборе и убежала в направлении старого парка. Благородный ворон осуждающе каркал в небе, а Элис в

В этот день Сережа проснулся поздно. Он еще долго лежал, рассматривая пятна на потолке, которые остались после шампанского. Как он тогда радовался, когда упругая струя вылетела вслед за пробкой! Он впервые попробовал шампанское на Новый год, и оно ему понравилось, потому что приятно шибало в нос и отрыгалось. Сережа спустился с кровати на пол и, как обычно, первым делом осмотрел все бутылки, валявшиеся под столом. В одной бутылке немножко осталось

«Я вижу лишь ползущие по опустевшим стенам слои зеленого мха. Обводя круги вокруг оконных рам, они создают незамысловатые формы, что напоминают собой огромные муралы, часто встречающиейся в больших городах. Теперь же понятия «большой город» просто нет. Есть высокие и низкие развалины, которые одинаково безжизненны, да молчаливы. Теперь нет трущоб, спальных районов, богатых кварталов или студенческих городков. Под ударом вселенского масштаба все превращаются в одно и тоже, а именно в нихуя.

С самого раннего детства Аполлон Каллистратович Пшеничкин знал о своей уникальной избранности и высоком предназначении для всего человечества. Дело тут даже не в совершенно искренних словах мамы, не в объективных оценках бабушки и не в честных мнениях двух незамужних тёток. Просто это истина в последней инстанции, суровая проза жизни, данная нам свыше. Отчество своё он получил по причине того, что его папа – моряк дальнего плавания — так и не

Человек раскрыл глаза и шумно вдохнул, пробуждаясь ото сна. Он резко дёрнулся на кровати и встал. Осмотрелся вокруг быстрым, настороженным взглядом, готовый в любую секунду вступить в бой. Он находился в просторной светлой комнате без дверей. Перед ним было большое окно в пол. Это место казалось ему странным, но смутно знакомым. Своей стерильностью оно напоминало больницу. Но мужчина чувствовал, что здесь что-то не так. И тут он услышал голос. —

1 Обманчива предрассветная тишина. Редкая передышка в горниле кровавой бойни. Извращенная изнанка жизни. Вместо соловьиных трелей – протяжный свист мин. Вместо майского грома – разрывы фугасов. Автоматные очереди барабанят, подменив веселый ливень. Крики и стоны заменяют песни. Ягодами смерти зреют неубранные трупы. Приказ вместо мысли. Приказ есть приказ – обыденный, заурядный, который будет стоить крови и чьих-то жизней. Занять опорник – подвал разрушенной пятиэтажки. Наш старший – боец с позывным