Выйдя из вагона на испещрённый трещинами деревенский перрон, я поёжился от порывистого сырого ветра и торопливо застегнул молнию на куртке. Рассвет ещё не наступил. Чуть в отдалении горели одинокие уличные фонари, фрагментарно освещая старые невысокие дома. Я постоял немного в нерешительности, затем пересёк железнодорожное полотно и, не обращая внимания на лужи, побрёл туда, откуда возвращаться не собирался. Ноги быстро промокли и замёрзли, в лицо ударил мелкий дождь.