Я родился в мастерской, где пахло лаком. Отец гравировал узоры на моих ножках, мама облагораживала спинку золотыми нитями.
– Ты не простое кресло. Сам генерал тебя заказал, – приговаривала она с гордостью.
Как я понял позже, мама часто общалась с вещами из-за своего одиночества. Ее первый сын погиб в пятом полку.
Но история тут обо мне. Именно в тот день я научился сочувствовать людям.
Попрощавшись с семьей, я попал в генеральский шатер. Грузный и властный мужчина сидел на мне, обдумывая тактические решения: его мозолистые пальцы теребили нежный бархат моих подлокотников.
Я впитывал каждое слово, каждый приказ с жадностью новорожденного ребенка, который познает мир. С каждым днем все больше разочаровываясь, что он несправедлив.
Бывало, генерал жертвовал новобранцами, пуская их на верную смерть без веской причины. И смеялся над этим, оставаясь наедине. Мне казалось это безумным.
Холодной ночью я остался один. Я видел пожар, тени плясали на пологах шатра, и мои волокна тряслись от страха. Казалось, пушечное ядро вот-вот явится и разорвет меня в щепки.
Я выжил, но генерал погиб. Война кончилась, оставив пепел на сердце.
Меня перевезли в высокое здание и наградили табличкой. Буквы на дощечке даровали защиту – словно латный доспех.
Ох, как мне завидовали местные стулья и диван.
Сперва это забавляло – я чувствовал себя самым важным на этаже.
Но вскоре стало непомерно скучно.
Время текло смолой, вокруг ничего не менялось. На обивке скапливалась пыль. Каждый день проходил одинаково.
Мои баталии – перебранки посетителей, редкие пакости со стороны детишек.
Я вспоминал былое и, на удивление, каждое утро хотел ринуться к опасности. От неразумности желаний, мне казалось, что я становлюсь человеком.
Было все равно. Я хотел, но не мог.
Мир оставался скучным и маловажным для меня до самой смерти.