Конкурсы

*** Во входную дверь долго звонили и стучали. Одновременно в холле разрывался от звонков телефонный аппарат. На какое-то время все затихло. Но вдруг послышался визг электропилы. Эрик и Таша метались по комнате среди мольбертов с незаконченными картинами, шкафчика с красками и палитрами, столика с эскизами, и полотен, развешанных по стенам, с которых на всё происходящее смотрела одна и та же белокурая женщина с чуть островатыми чертами лица, изображенная в разных […]

Старый Скизер умер много лет назад, еще до моего рождения. Он был сумасшедшим скрягой скупердяем и жил в конце Саусбрук-роуд. Он был женат, но детей не имел. Я слышала, что его жена умоляла его о детях, но Скизер не хотел лишних расходов. Когда-то, ещё при родителях Скизера, их дом производил впечатление, но потом быстро пришел в упадок. Хозяин был слишком жаден, чтобы тратиться на ремонт. По слухам у него была

Открыла глаза. Магический шар Луны на мгновенье ослепил. Ни облачка, звёзды роились вокруг шарообразного пастуха. Тишина. Приподнялась на локтях, затем встала. Посмотрела на кисть руки, где красовалась татуировка с изображением гарпии. Не помню, когда я успела её сделать. Где я? Мороз не сильный, руки без перчаток хотелось спрятать в карман, но в целом терпимо. Изо рта валил пар. Лёд под ногами трескался, временами ботинок погружался в воду, когда тонкая кромка

Всё началось с того, что я умер. Причём весьма необычным способом. Шёл домой с работы, как вдруг поскользнулся на льду и упал под колёса троллейбуса. Ещё запомнилось, как мне махал ручонкой мальчишка, улыбаясь до ушей. Мою башку расквасило будто спелый арбуз. И так я оказался здесь, в ледяном раю, в месте, где даже котлет не достать – одну лишь перловую кашу. Поначалу не было ничего такого, что пишут в книжках

Сквозь дыру в крыше я видел темное небо, усеянное звездами. Оттуда, словно кружась в вальсе, медленно падали снежинки. Они мягко планировали на моё лицо, остужая жар, охвативший всё моё тело. С моих посиневших губ слетел тихий болезненный стон. Я понимал, что мне надо убираться отсюда, как можно быстрее, но каждое движение отдавалось адской болью в сломанной ноге. Я не мог оценить тяжесть своего положения в полной мере и осмотреть себя,

Иду по перешейку между озёрами Манасаровар и Ракшас Тал. Вдали — красавец Кайлас. Что это? Очередная священная кора? Где же моя группа? Или я снова один? Озеро справа, как всегда, спокойно и неторопливо, то, что слева, — бушует, всё не уймётся. Как я сюда забрёл? Пора идти. Впереди почему-то в одиночестве проводит свою посмертную медитацию тукдам старый монах. Дряблая, но всё ещё прямая спина, лысая высохшая голова. Под ним лишь