Конкурсы

Дом был построен еще в начале прошлого века. Цена сравнительно низкая. Поговаривали, что иногда на территории появлялся призрак прежнего владельца. Он, якобы ограбил ювелирку, и закопал во дворе сундук с драгоценностями, но внезапно умер от сердечного приступа. Но за девять лет жизни в доме не появлялся. Тут мы с женой уехали во Флориду другой наш дом продавать. Сын один остался. Приехал раз с пати. Остановил машину рядом с гранатовым деревом […]

Коробочка со взрывчаткой. В руках джойстик. На лице FPV-очки. Левую кнопку вверх – полетели. Батя! Я же обещал, что тоже стану пилотом. Хоть и здоровьем не вышел. Птичка набирает высоту. Вот как они видят мир: люди – как муравьи! Голова кружится с непривычки. Когда поворачиваешь голову, картинка остаётся прежней, непривычно. Навстречу летит облако. Откуда? Мы же не поднимались высоко! Попытался облететь, но не успел, дрон пролетел сквозь. Изображение камеры заволокла

– И как? Голос раздался неожиданно. И звучал он странно. Тихо так. Сокровенно. Наверное, нет. Пришлось отойди от занавески, за которой сейчас врачи делали свою работу, а я за ними подсматривала. – Что как? – повернула я голову в сторону старичка, который с прищуром смеющихся глаз, рассматривал меня. – Умрет – не умрет? – Господи, я-то откуда знаю? Что я ей – доктор? – И всё-таки? Как? – Господи… Может

– А здорово мы их тогда уделали! Помнишь этот нож? Долговязый оставил его на столике, думал, обойдётся мирно, просто поговорим. – Вещь знатная! Хорошо сбалансирован. Захвати он его, неизвестно, как бы обернулось! Да ладно! Очистили поляну от чужаков. Кстати, любопытно взглянуть, как они там, в болоте — не всплыли? Ну, кто пойдёт? Ник улыбнулся свежей идее: ночь, темнота, жуть, мистика! – Крутанём нож, на кого покажет! … – Вот чертовщина!

В горшке на подоконнике стоял большой колючий кактус. Так получилось, что рядом с ним в другом горшке росла фиалка. — Вот ты такой колючий, а толку от тебя никакого! Я, вот, хотя бы людей радую своими цветами! — Да, но я же тоже иногда цвету? — Ха, когда ты цветёшь, все только мимо проходят, зажимая нос! А ещё ведь, скажи: когда мне мало воды, я листочки свои опущу, покажу, что

– Ох, девонька, – говорила старая бабка Нина Татьяне, – Купила ты дом с причудами. – Да какие причуды? Хорошая новая изба, – возразила Татьяна. – Когда-то тут стоял барский дом да сгорел по осени со всеми домочадцами. Так они раз в год поминки по себе справляють. Уж сколько раз огонь из печки выскакивал. Год минул с тех пор. Прошлой осень на глазах Татьны чуть не случился пожар, и она

Я проснулся от внезапного перебоя сердечного ритма. Перевалился на другой бок, разлепил глаза. Нет! У двери мерцал зыбкий силуэт той, что забрала часть моей души. Лика – юная, тонкая, волнующая. Лицо белее бумаги, укоряющий взгляд чёрных от расширенных зрачков глаз. Поперёк горла – Боже, прости! – ножевая рана. И лиф белого платья густо пропитан кровью. — Исчезни! – я зажмурился и помотал головой. — Зачем… зачем ты убил меня? –

Тихо щёлкал аппарат жизнеобеспечения. Молодая женщина не сводила заплаканных глаз с ребёнка, пребывающего в коме. – Чувствовала же, не зря эти слухи, – сказала Ева. – Всё из-за этого проклятого дома! – Думаешь? – безжизненно сказал Том. – Достался почти даром… – Что это? – подскочила Ева. – На щёчке у Ника? Том присмотрелся, и его озарила невероятная идея: – Нужно кое-что проверить, – кинул он жене, покидая палату. В

— Мамочка, она такая маленькая, еще не окрепла. Давай не будем ее отпускать? Женщина ласково погладила сына по голове и вздохнула. — Милый, ты так долго ее выхаживал, так чутко заботился, что привязался и полюбил. Это здорово. Но она должна улететь и жить своей жизнью. Мальчик тихонько заплакал, но все же отдал маме клетку, накрытую прозрачной вуалью с серебристыми звездами. — А правда, что иногда они вспоминают, кто их спас

Я всегда с радостью бывал в доме своего деда под Прохоровкой. В тот июль мне исполнилось шестнадцать лет. Тогда поделился с ним трудностями десятиклассника. Страхи, обиды, разочарования. — Пойдём завтра утром на рыбалку. Покажу диво, — прошамкал он. На заре мы были уже на месте. Туман мягкой периной накрывал речку. Холод. Тишина. — Смотри, внучек, наши, — дед указал вправо, где из ниоткуда появились прозрачные силуэты в солдатской форме. Они