Конкурсы

Открыв глаза от ослепительного солнца, я понял, что нахожусь не дома. Моё тело провалилось в песок, а во рту ощущения пыли. Где я? Как я сюда попал? Чуть подняв голову, частота сердечных сокращений увеличилось до 95 ударов в минуту. Мои мысли были спутаны, возникла паника. Стоп! сказал мой внутренний голос. Вчера был день рождение моего старшего сына, все было как всегда весело, суетливо в кругу семьи, друзей. Помню, вынесли торт […]

Степь, залитая кровью воинов, женщин и детей, не могла вынести боли. Стон шел по всей земле. Огненные воины прошли из конца в конец, сжигая степной народ. Её кровь, её семя превратились в пепел. И небо не защитило, не спасло тех, кто был степи дороже всего на свете. Лишь в последний момент священного боя с небес камнем вниз упала крылатая волчица, выхватив из пламени мальчика, искалеченного, но оставшегося невинным телом и

Изрезанный углами комнаты, он, сидя в своей квартире едва ли не умирал от бессилия. Писать незачем и не для кого. Запах ушедших нечаянно громко духов наполнял узкий коридор и струился на кухню тонким манящим жестом. Невыносимо громкое молчание доводило до чесотки, и, так пристально всматривающийся вглубь пустого листа, сценарист, наконец понял, что происходит. Исписался, друг мой? – голос в голове смеялся и дразнил края глубокой рваной раны, не зараставшей уже

Недовольная Песчинка жила на дне Красного моря. Как же её раздражали мириады товарок и их постоянная болтовня о великой миссии песка во Вселенной! Беднягу выводили из себя постоянные сплетни о родственниках из пустынь и песочных часов. Она мечтала об одном: побыть в одиночестве и не ощущать себя частицей чего-то архимасштабного. Однажды Мурена, подкарауливая обед, слишком энергично пошевелила хвостом. И моментально сотни потревоженных песчинок поднялись вверх. Вместе с ними взвилась и

Милый мой Адам, так вышло, что я уничтожил человечество. Не спрашивай как, было и было. С кем не бывает. Надоели мне все, вот решил от всех избавиться. Вышло, что я остался последним мыслящим существом на Земле. Конечно, можно было бы оставить себе женщину и начать все с нуля. Но я так не сделал по двум причинам. Во-первых, после моей выходки, условия жизни на нашей планете мягко говоря экстремальные. Даже мне

Сюмбюль Ага, смотритель гарема султана Ибрахима, был озадачен. Господин пожелал к себе в гости, дочь шейх-уль-ислама Муида Ахмеда-эфенди. – Вот те на, — думал старый верный слуга, — вспомнил. Она ведь одна из семисот, он и сам видел её только тогда, когда девушка шла за очередной книгой. Да, задачка… — он почесал голову под чалмой, — что теперь делать? Прекрасная Хубьяр-хатун, и в самом деле была великолепной, тогда, когда отец

– Говорят, бесконечно можно смотреть на горящий огонь и бегущую воду. Но твои видео «Жгу газ, до фига его у нас» и «Режу воду сутки напролёт» для меня скучны, – сказал вурдалак блогерше. – Хочу пи-пи! – ответила та. – А как же челлендж «описайся в штаны»? – Он устарел, я снимала новый «Проведи ночь в склепе». – Почему днём? – Ночью страшно, а склеп всё равно тёмный. – Удачно

Сев за стол и вздохнув, она макнула перо в чернило. «Ты думаешь, я уйду и оставлю тебя? О, нет! Думаю, что ты знаешь меня лучше. Оставить тебя, когда тебе плохо и одиноко — это не в моём характере. Я буду рядом и помогу преодолеть твоё одиночество. Кто ещё скажет, что ты прав, когда прав и утешит, когда всё не так, как бы хотелось. Кто обнимет тебя, когда холод окутает душу?

Будильник зазвонил в шесть утра. — Вставать, — скомандовала себе и села на кровати. Выходя из ванной, глянула в зеркало: — Привет, красотка! Каша, яйца, кофе… — Какое счастье, когда школа и детсад рядом с домом! Теперь на работу! Что там у нас? Пока месила снег, продумала, что рассказать студентам, какие задания выдать. — Какое счастье, что работа близко! Ну, понеслось, — Здравствуйте, коллеги! Толпа ожидающих глаз, с каждым разобрать

«Соблюдайте тишину!», – просила когда-то табличка в читальном зале местной библиотеки. Сейчас она перекочевала в коллекцию городского чудака, собирающего советские плакаты типа «Пьянству – бой!», и бумажные книги, в обиходе называемые пылесборниками. Сегодня к ним присоединилась новенькая. Старожилы свысока посмотрели на невзрачный томик в обложке с чужого плеча, и продолжили обсуждать сплетни с первого бала Наташи Ростовой. Только Пушкин приветственно прошелестел страницами «Капитанской дочки» 1891 года издания. Вторая Часть Мёртвых