Конкурсы

Оскар подошёл к джаз-ресторанчику «У Лео». Дождь громко барабанил по его серому плащу. Пальцы дернули за ручку старой массивной двери из дуба, он вошел. Ребекка сидела в центре пустого зала, белокурые кудри и черная шляпка с вуалью прикрывали ее лицо. — Добрый вечер, миссис Ребекка, вы сегодня очаровательны. Оскар пристально смотрел на неё. — Вы мне слишком льстите, я бы могла подумать, что вы хотите увести меня у мужа. Ребекка […]

Осин поднял воротник и поглубже втянул голову в плечи. Достала эта гнилая погода! Да и дела не светлые. Второй девичий труп за неделю. По всему видно — будет серия. Жертве лет шестнадцать, как его Лизке. Губы искусаны в кровь – сильно мучилась. Нет, к такому никогда не привыкнешь! Свет фонарей растекался по мокрому асфальту как желток по сковороде. В желудке заурчало. Времени на пожрать не было, только чашка кофе утром

В подрагивающем свете флуоресцентных ламп повисла нагнетающая тишина. На потертых сиденьях по всему кафе застыли фигуры с неприветливыми газетами вместо лиц. Отчужденность и безразличие смешались с сигаретным дымом. В углу двое в плащах цвета несбывшихся надежд, черных галстуках и натянутых на глаза широкополых шляпах. Молчат. На столике две чашки наполненные темным. — Поздравляю с успешным завершением задания. Вам неправдоподобно везет. Удивительно, что вы все еще живы. — Спасибо, агент Z.

Бросив трубку на рычаг К вышла из телефонной будки. Ночь была такой же черной, как вчера. За тот день, что пролетел между этими просветами спасительной черноты она погрязла во всех оттенках серого, слегка разбавив их красным. Иначе не получилось. Одарив свой Т-бёрд прощальным взглядом, она кинула окурок через плечо. За её спиной разверзся маленький ад. Вместе с машиной К оставила в объятиях сегодняшней ночи три трупа и орудие убийства. Из

Луна над городом пробивалась через плотную стену дождя и тумана, в направлении города летел старенький «Кэдди», за рулем сидела девушка с золотистыми глазами, похожая на хищную кошку. Она пила черный кофе по-ирландски. На задних сидениях лежал парень. — Ну и что произошло? От чего мы опять бежим? — От очередной подставы. — И что на сей раз? — Да не суть, в этом сраном мире тебя подставят между двумя чашками

Анна проснулась от холода — балконная дверь была настеж распахнута. Подойдя к двери, заглянула на балкон, но не увидела ничего необычного. Снаружи было серо — дул ветер, листва давно опала, из туч на небе накрапывало. По потемневшему от влаги асфальту перемещались блеклые однотипные машины эконом-класса. Чтобы согреться, Анна отправилась на кухню. Белый холодный свет лампы озарил обеденный стол, предметы на нем заставили оцепенеть на несколько мгновений. Между двумя чашками черного

Грязь. Вонь. И слякоть. Вечный итог вечного дождя и серости. Чай? Нет. Только кофе. Чёрный, как холодная и вонючая лондонская ночь. Только он может согреть душу творца. Винсент поставил пустую чашку возле утренней газеты. Взгляд лёгким мазком прошёлся по заголовкам, кричащим о новой жертве Джека-потрошителя. Тепло улыбнувшись ночным воспоминаниям, он посмотрел в сторону приближающегося официанта. — Ваш кофе, мистер Ван Гог. И кисти. Это лучшие в Лондоне, как вы и

Мы находились вместе уже несколько часов. Каждая секунда была тщательно пропитана нашими голосами. Время бежало, и мы иногда поглядывали на часы, каждый раз стараясь перебить удары стрелок словами. Год назад я увидел её в ярко-красном платье, плотно прикрывающем её колени. Она была неотразима и ярко выделялась на фоне тусклых чёрных цветов. Большой Буз, которому я отчитывался за район, представил нас, и лишь на миг мы пересеклись взглядами. На следующую встречу

Жженый Город обнажил перед ними щербатые кварталы, словно гнилые зубы во рту. Лифт вздрогнул, поехал вниз. – Сколько? – Триста. Клиент отслюнявил мятые купюры. Она ждала, стараясь не замечать скверный запах дешевого кофе, который затянуло от кофейного автомата на последнем этаже. – Сначала поцелуй! Краем глаза заметила, как сквозь мутное стекло сверкает огнями район Вороньего Места. Там – жандармский Кадетский корпус, ее альма-матер. – Теперь ниже, расстегни ширинку… Из туманной

Пять лет назад… — Умничка, Китти, постаралась напоследок, — приподняв шелковую простынь, Бигги Джекс взглядом поманил любовницу. Стареющий глава преступного синдиката любил молоденьких. Свистящий порыв ветра откинул штору и показал яркий зигзаг молнии. — Напоследок? — вопрос Китти совпал с раскатом грома. — Да, милая, — Джекс поцеловал её макушку, — твоя головка кое для чего ещё пригодится. Сегодня… — Удивительно, что ты окупаешься… Джекс наблюдал, как Китти, стоя на коленях, аккуратно разливает чай в пиалы. — Я не перебарщиваю с восточным колоритом, — женщина наклонилась, ненароком показав красивый