Конкурсы

От конечной остановки электрички по едва заметной лесной тропинке, спотыкаясь об корни деревьев и чертыхаясь, шел очень серьёзный и прагматичный аспирант кафедры космических технологий политехнического университета. Серьёзного аспиранта звали Павлом Григорьевичем Старожиловым. Полгода назад Павел Григорьевич счастливо женился и старался угождать любимой супруге во всём. И вот сейчас его, столичного жителя, занесло в уральскую глушь исключительно по просьбе обожаемой, беременной жены Глафиры, которая умолила мужа поехать в заброшенную деревеньку Лешаковка

Ҡара ла ғына урман, ҡараңғы төн, Ниндәй юлдар менән үтербеҙ? *Темная ночь и лес пред тобой. Как нам проехать, какою тропой? Строчки из Башкирской народной песни «Иҫке Ҡара Урман» (пер. Старый Дремучий Лес) 0 Они и не прощались. Стоя на самом краю леса, мужчина и юноша ещё раз взглянули друг на друга, кивнули, каждый каким-то своим мыслям, а после отвернулись друг от друга. Мужчина зашагал к нартам. Невысокий, сбитый, он

Ведьма со скучающим видом пила кофе и слушала болтовню лешего, что учил её уму — разуму и говорил то, что и так всем было известно. — Ты ведь знаешь правила, чтобы начать жить с человеком, надо убить его на том свете. А для этого необходимо пройти туда. Пропускной пункт не поменялся. Остался прежним, домик на курьих ножках, да и бабка та же, чего греха таить. Тащиться к ней придется, а

Дед Дорож снял худой рукой шапку с головы и почесал покрытую пигментными пятнами лысину. В его одинокой избушке в глубине леса было мало места – гости пожаловали. Охотники. Снаружи заскрипели сосны – поднимался ветер. Темнота как будто разбавилась. Это сквозь тучи прорвалась луна и залила бледным светом окрестности. Хозяин избы поворошил палкой угли в печке, горько улыбнулся своим мыслям, вздохнул и проговорил: – Ну, коли просите, расскажу. Всё одно как-то

— Чё у вас там в южном штреке? — раздались басовитый голос Виктора Тихоновича, его гулкие шаги по сухому полу коридора. Бавыкин бросил молот, штыри, с треском разогнулся. — Да шумнуло что-то, товарищ прораб, — крикнул он в соседний туннель темноты. — Тряхануло сверху малец, осыпь кажись… — Кажись? — Виктор Тихонович решительным шагом вышел из темноты, быстро пожал руку шахтеру. — Пойдем, сами глянем. Опоры там Хлещев ставил, сам