Конкурсы

Накрапывал дождик и уже смеркалось. Денис нервной походкой и с отрешенным взглядом подходил к краю скалы. Специально выбирал место и время, чтобы наверняка, чтобы без посторонних. Давно уже хотел свести счеты с жизнью, да все судьба вмешивалась. Первый раз в детдоме, когда осознал, что никому не нужен. От потрясения, что отказалась от него мать, выбросила из жизни, как котенка ненужного, наглотался таблеток. Стащить их из медицинского кабинета было легче простого. […]

Смириться с отражением в зеркале не получалось, а накладывать макияж Вика никогда не умела. Решение напрашивалось само собой — она безвозмездно заняла у мужа пару тысяч и съездила к визажисту. Уже через неделю Вика ловко орудовала всем ассортиментом кисточек для мейкапа, а после и вовсе с головой увлеклась этой женской магией. Юра искренне поддерживал жену в новом начинании. Он мужественно выслушивал, в чём отличие корректора от консилера, и с серьёзной

Душа парила над телом жирного старика с прижатой десятком рук подушкой на синем лице. В убийцах он узнал своих гвардейцев: -Да уж, ну кто же ещё? Вот же сволочи, а я ведь им всё дал, с детства растил! Гвардейцы пробежали по коридорам дворца и свернули в спальню наследника, душа влетела вслед за ними. В спальне было многолюдно. — Ваше Высочество, тиран мёртв! — доложил гвардейский капитан. — Теперь уже Величество,

Они шли по проулку, заросшему кустарником. Впереди слышались звуки пилы и топора, мужские голоса. Заметив парня и девушку, мужчины остановили работу. Когда Ольга и Егор подошли ближе, кто-то сказал: «Узун». Девушку словно окатило кипятком: «Длинная». Она всегда ждала оскорблений, но то, что это произошло при ее парне, делало ситуацию еще омерзительнее. Они дошли до ее НИИ. Егор сочувственно смотрел на Ольгу, что-то говорил, но та его не слышала. Она избегала

В сером рассвете были слышны звуки далекого боя. На фоне колонны машин с ранеными и медиками, шедшей на юг, ярко-красная куртка Оксаны, пожилой полной женщины, смотрелась нелепо. — Я домой за Тимохой. Тут рядом. Через двадцать минут догоню. Прикрой меня, — бросила она своему заму, хмурому подполковнику. Спустя несколько минут старенький «Renault» начальника военного госпиталя Оксаны Кравчук уже въезжал в родной двор. Не глуша двигатель, она взбежала на пятый этаж,

Лето. Тёплый вечер. Полуостров на берегу водохранилища. – Говорят, есть тут водяной, который на дно всех тянет, – сказал рыбак своему приятелю. – Говорят…Чтобы сюда не ездили такие дурачки, как ты, и другим больше рыбы досталось, – ответил товарищ. – Гул какой-то непонятный из воды доносится. – Это тебя тишина оглушила. Немудрено после городского шума-то. Мужчины расставили в ряд несколько удочек и стали наслаждаться прекрасным летним закатом. – Чьих будете,

С улицы, не переставая, доносились звуки стрельбы. Две банды грабителей делили территорию нашего округа. Здесь же за игральным столом мой карточный долг, не переставая, рос, но я упорно верил в себя и продолжал играть. Я уже проиграл любимую шляпу и новенький револьвер, а когда поставил на кон свою лошадь, жена молча вышла на улицу и по несчастливой случайности словила бандитскую пулю. И вот у меня ни денег, ни жены, ни

Он намеренно выбрал мыс Рока. Край земли. Здесь особенно остро человек чувствует своё ничтожество. Внизу под ногами гудел океан, перекатывая темно-серые волны и со всей силы разбивая их о скалы. Фонтаны воды долетали даже сюда, на утёс, обдавая его брызгами. Он не отрывал глаз от бескрайних просторов. Вся его жизнь была борьбой. Шаг за шагом он создавал свою империю. Терпел неудачи, совершал ошибки, преодолевал их и строил снова и снова.

На рассвете он прокрался в дом. Швырнул рюкзак через забор, перелез там, где слепая зона. Ключ, правда, не подошел. Тогда аккуратно выдавил стекло и… Был задержан в полумраке подвала крепким лысым мужиком, бывшим ментом. «Сайга» царапнула дулом костлявую спину. — Хорош, ну! Опусти ствол! Батя, я…. — Что? — То! — Валерка? Опустил руки. Повернулся. Осторожно. Как будто из негативного снимка проступили родные черты. Десять лет не виделись. С того

Боря жестом показал мне повернуться на правый бок, положил скрученное валиком полотенце под голову и тронул шею. От необычно противной боли я вскрикнул. – Лестничная мышца у тебя забита, – он ослабил давление, выдавил на руки еще мази и легонько растер. – Может сидишь неправильно, а может психологическая травма. – Психологическая? – Бывает. Вот недавно, приходит ко мне дамочка. Не молодая, но видно следит за собой. Выглядит – класс! Сиськи,