Конкурсы

Соня нервно толкнула дверь и вышла из подъезда, нырнув в темноту и холод раннего осеннего утра. Сквозь серый туман перемигивались редкие уцелевшие после атак уличных хулиганов фонари. Соня, буквально на ощупь, двигалась к остановке, то и дело, проваливаясь подошвой ботинок в хрустящие, прихваченные легким морозцем, лужи. Одна из них оказалась довольно глубокой — Соня почувствовала, как промочила ноги и грязно выругалась вслух. Ее и без того отвратительное настроение достигло самого […]

– Егорыч, что там с проектом? – Ничего, Паш, с проектом. Я жук-невывожук. Не могу больше. Сил нет! Не хочу проект. Ничего не хочу, даже чаю. Егорыч укусил себя за запястье. – Не, так неэффективно… Дай нож. – Эээ! Ты чего задумал – у тебя семья, дети, кот подрастает. – Живот у меня подрастает и чувство собственной неполноценности. А ты вообще гад – ещё и про жену и детей напомнил.

— Кто мог написать мне бумажное письмо? — размышлял молодой человек по дороге на почту. Холод запускал ножи в бока, и парень застегнул молнию. «Ответили из Университета в Лондоне», — подумал он. И вот он уже сидит в офисе Сити: — В два совет директоров. — Перенесите, мой астролог не советует принимать решения до вечера, — холеная рука погружается в шуршащее царство газет. — Приглашение на чай от королевы. —

Тётка Варя жила одна. Пара безымянных куриц и петух Сократ — не в счёт. Так уж получилось, что не дал Бог ей женского счастья. В деревне слыла Варя дурнушкой: худющая, нескладная, с огромными в пол-лица глазищами фиолетового цвета. Единственным ее украшением была коса: густая, темно-русая, до пояса. Коса эта и сейчас, в Варварины шестьдесят, была хороша. Тётка Варя была рукодельницей. И даже выполняла заказы городских модниц на вязаные пальто и

Мне 27 и я пялюсь на задницу продавщицы в пивном магазине. Я опоздал в обычный магазин, поэтому пошёл в разливуху недалеко от дома. На моём плече столетний рюкзак. Я ходил с ним в старших классах, брал с собой в институт, и теперь он стал обязательной частью меня. Привычно тянул правое плечо. Мне 27 и на моём левом глазу лопнули сосуды. Я не знаю, что этому виной: линзы, жидкость для них

В полной темноте и тишине раздался голос, который сразу все узнали. Это был самый большой и самый старый робот. — Ка-ка-я не-спра-вед-ли-вость! Он говорил по слогам, как и положено механизму, и при этом резко дергал руками. — У всех людей праздник. У всех людей праздник. А нас все позабыли. Конечно, мы не люди. Но мы тоже хотим праздника. С разных сторон раздались стуки и скрипы. — Мы хотим праздника! Мы

Том шумно дышал чуть ли не в ухо сидевшей рядом сестре. Прячась под кустом, где они решили отдохнуть после почти часового бега, вернее, решила она, как старшая, а Том просто следовал за ней беспрекословно, Люси вдруг усомнилась: а может, зря затеяла побег? Том теребил её руку: «Я устал и хочу есть. Я боюсь… а что если они нас догонят? Не хочу обратно в резервацию… Слышишь, не хочу-у!..» Она тоже устала,

Знаете, какой была моя самая правильная покупка на предстоящие новогодние праздники? Нет, это не двухнедельный запас кукурузы, не пакет магнитов с изображением символа года и даже не десять килограмм мандаринов. После получения ноябрьской зарплаты я переступила порог квартиры, держа за пазухой огромный… адвент — календарь! За каждым окошком малиновыми буквами были прописаны задания, их удалось заметить не сразу. Такой необычный презент был ориентирован на детей трехлетнего возраста, так что я

Гальварино почуял запах мяса. Воины у костра потеснились. Он сумрачно кивнул: перед боем надо поесть. Свежая вода тоже не будет лишней! Впрочем, тот огонь, что жёг его сердце со времён битвы при Лагунильвас, нельзя сравнить ни с голодом, ни с жаждой. Он отрезал оленины, откусил. Есть мясо ножом – удел воина-мапуче с детства!.. Но привкус унижения мучил всё сильнее. С трудом проглотив кусок, Гальварино пошёл к роднику. Нет слаще воды,

Жизнь – бесконечная череда переломных моментов, когда человек делает выбор, определяющий его дальнейшее существование. Любые изменения неумолимо влияют на итог. Самое трудное, порой, это жить с последствиями своего выбора, к которым, зачастую, люди оказываются совершенно не готовы. В 2023 году британские ученые изобрели прибор, который по биометрическим данным считывал прошлое человека и показывал, каким могло бы быть его настоящее в зависимости от принятых ранее решений. Его назвали Догматрон-2023. Он произвёл