Конкурсы

– Скажу «Раз!», и свет в городе погаснет! Говорю. И свет гаснет. Все насторожились. Одна дама даже вскрикнула. Я не этого ожидал. – Скажу «Два!», и свет зажжется! Говорю. И свет в городе вспыхнул. Но в городе ли я? Это цирковой манеж. Или футбольный корт? Словно ребенок носится по манежу цирка клоун, представляя, что консервная банка – футбольный мяч. Клоун предлагает одному из рабочих поиграть с ним, но тот занят. […]

Г-н Ворошилов оказывается худощавым человеком в приталенном по моде сюртуке и в позолоченном пенсне. – Что вам угодно-с? – спрашивает он меня, топчущегося на пороге его апартаментов. Ох уж эти манеры Санкт-Петербурга 1910 года. Угодил же в когда… Кварги, с которыми Земля вошла в межзвёздный конфликт, не убивают, а зашвыривают потерпевших поражение противников в их же историческое прошлое. Надеются, что попаданцы наломают в нём дров, чем и помогут им справиться

Шел июльский летний день. Максим спешил на футбол. Дорога была совсем не знакома. После того, как он вышел на последней станции метро, то парень тщательно пытался сократить путь. И вот, пробегая по лесной территории города, он оступился и ударился головой, да так, что отключился. Проснувшись, голова болела сильно, а вокруг него, казалось, собрались какие-то странные собаки. Они ходили как люди и говорили на человеческом языке. Сразу он в это не

Женский мозг – загадка. Поэтому, оказавшись в квартире Леры, я почувствовал себя попаданцем в другое измерение. В её квартире всё другое: пол, воздух, окна, холодильник. Куча косметики, духов, разных флакончиков. Жуть. Мы сидели за столиком, горела свеча. Лера медленно уплетала макароны с сосисками. Она пила вино, я – крепкое светлое пиво. — Вот, значит, как ты живёшь… — проговорил я, желая прощупать, что у неё на уме. — А ты

Мария любовалась плывущими в праздной белизне облаками. Солнце и ветер трепали её золотистые волосы. В первый свой рабочий день она умудрилась опоздать на работу. Сократив путь, свернула в проулок. Узкая тропинка привела её к холму возле леса, за которым виднелось небольшое озеро с деревянным домиком на берегу. Подойдя ближе, она увидела молодого художника в старомодном костюме, рисующего картину. Мария удивилась, узнав в изображённой на полотне девушке себя. — Ты сегодня

Красный закат расплывался по горизонту и отражался от кожи огромного кита. Летающее чудовище с крестом на боку впивалось винтами в осенний французский воздух. Дереализация убаюкивала, замедляла время, показывала красивые очереди вспышек. Кит приближался, заслоняя обзор. Лишь протянуть руку и коснуться! Пилот не мог понять, как он попал в этот сказочный миг. Всплеск адреналина. Ручку от себя! Рёв мотора ударил по ушам. Горизонт ходил из стороны в сторону. Слева очередь, справа

Черт! Как же болит башка! Каждый раз так при переходе. Не помню уже, который это по счету. Помню первый. Выскочил, называется, за хлебушком. Выходишь из двора, а тебе на встречу чувак на ховерборде. Как из кино. И, вроде, не пил вчера. И череп раскалывается. Никакой булочной на месте не было. Двора уже тоже. Вернее, двор был, но не тот. Раз двадцать ходил взад-вперед, никакого эффекта. Только переходу к десятому понял,

Игорь давно создавал видеоигры, но сегодня ему подарили что-то новое. Алиса протянула яркую коробочку, чмокнула в щёку, и как-то хитро улыбнулась. — Надеюсь тебе понравится, с Днём рождения, Игрек! Вечером Игорь приложил чип к виску, и сразу погрузился в Игру. Вокруг него замелькали улицы с небоскрёбами и огни машин. «Ну вот, опять гонки?!» — подумал игрок, но тело задрожало, и он оказался на обочине, у светофора. В зеркальной витрине отражался

Удав неторопливо наворачивал круги по часовой стрелке, ласково и нежно обматывая упругими кольцами тщедушное тело Анатолия. Жрецы в разноцветных перьях и воины с квадратными носами сосредоточенно следили за ходом эксперимента, как будто в ожидании большого чуда. Анатолий, замерев, вращал глазами вслед за умиротворёнными движениями огромной змеи. – Ребят, может, всё-таки не надо? – сказал он с плохо скрываемым отчаянием в голосе. – Может, как-то по-другому? Верховный Жрец Тсуичтитлаксль раздраженно закатил

Мой хранитель, медведь Ашу, вышел на середину выжженной поляны, принюхался и обернулся человеком — значит, можно начинать. — Возродись, — шепнула я лесу. Сквозь почерневшую землю стала бодро пробиваться синяя трава. Эту силу мне на время передал местный бог Одо: наугад вытащил из мира людей, приставил хранителя и отбыл развлекаться. Вахта затянулась, но домой не хотелось… из-за Ашу. Он был строг и даже надменен со мной, но оберегал: добывал еду,