Конкурсы

Как жить? С ощущением последнего дня и всегда с ощущением вечности. Фёдор Абрамов Педаль в пол и машина остановилась как вкопанная. Не заглохла. Коробка-автомат – всплыла из памяти подсказка. Руки мелко подрагивали на руле, в голове шумело. В глаза бросился шильдик с названием авто. Сухопутный пират? Чушь какая-то. По полям, или что там было вокруг, стелился сизый туман. То тут, то там проступали аккуратно свёрнутые кругляши соломы. В открытое окно

Мягкое касание пальцев его щеки, заставило Вейлина запнуться, и строчки на мгновение вылетели из головы. Он вновь попытался сосредоточиться на словах. — И песнь свою мы пропоём, Как два стрижа над синей бездной, Бросаясь вниз ветрам назло, Свободою дышать мы будем, — прошептал он, неотрывно глядя на ягодно-красные губы девушки. — Как мило, Вейлин, — сказала Мата, крутя в пальцах веточку акации. Мило. Ничего на свете не было милее, чем

Светофор мигнул желтым и поднял красную карточку. Беата откинула голову на подголовник, собираясь вздремнуть по дороге, но вдруг выровнялась в кресле и нажала кнопку стеклоподъемника, опуская стекло. Высунула голову, не спеша повернула её, разглядывая граффити на заборе под разными ракурсами, и повернулась ко мне. – Смотри! А они все совершенствуются, — удивленно проговорила и дотронулась до лежащей на рычаге переключения скоростей моей ладони, привлекая внимание к рисунку на стене. –

Гриша уже битый час сидел в разгоряченном офисе, потирая потный лоб ладонью. На дворе стоял жаркий июль, но компания «Между мирами» ни в какую не хотела тратить деньги на новенький кондиционер. Изредка раздавался звон телефона, и милая девушка на ресепшне спешила подобрать трубку. Гриша в сотый раз поправил очки, которые норовили слететь с носа из-за обильного потоотделения. В руках он держал новенький отчет, собственноручно подготовленный за день до встречи. Бухгалтерский

–… и еще. Семнадцатого сентября того же года, пока её муж был в сауне, она с целью прелюбодействия встретилась со своим любовником и занималась с ним сексом, включая оральный, в течении двух часов тринадцати минут, – Радуриэль оторвался от журнала и поднял глаза. – Продолжать? – Сколько же прелюбодеяний на её счету, архивариус? – спросил Архангел Гавриил. Радуриэль пролистал еще несколько страниц журнала, его губы беззвучно шевелились, складывая подсчитанные записи

Тихий шелест зелёных листьев, они трепетали, просвечивая между собой тёплые лучи солнца. Удивительно, как на одной тонкой веточке появляется так много листочков! А вот и маленькие птички, они прыгали по тем же самым веткам, переговариваясь между собой мелодичным пением. Сквозь крону деревьев можно было разглядеть голубое небо и мягкие облака, неспешно плывущие на запад. Красота! — Эй, ты, долго ещё будешь валяться в канаве? Вставай, тебе говорят! Линн часто где-то