Рассказ №11 Вахтовый метод

Больше века длится моя вахта. Сил не осталось, я иссяк. Но избавления не будет, пока не появится новый Хранитель. Он рядом. Я чувствую…
*
– Антип! Побежали! – Мирон влетел в гостиную. – Ночью дом колдуна сгорел. Вместе с колдуном!
– Антип, Мирон! Что за непозволительное поведение? – проворчала наша тётушка Изираида, к которой мы с братом прибыли на лето из кадетского корпуса. – Воспитанные люди не станут демонстрировать праздное любопытство…
Старая дева еще что-то вещала нам вслед, но мы с Мироном уже неслись вдоль улицы к пожарищу.
У головешек, бывших раньше домом, толпилось полгорода.
– Вспыхнул, аки пламень преисподней…
– Колдуна-то не нашли…
– Какой он вам колдун, дражайшая? Таркос Олимпиевич – учёный!
– Какая разница? Не нашли сердечного!
У меня от причастности к непоправимой беде по телу побежали мурашки.
– Антипка, айда до флигеля! – потянул меня за рукав брат. – Авось камень философский найдём.
Мы юркнули к уцелевшему флигелю. Мирон проскользнул в приоткрытую дверь. А мое внимание привлекло что-то сверкнувшее в кустах, я раздвинул ветки и оцепенел. Ужас сдавил горло. На земле лицом вниз лежал сильно обгоревший человек. Его рука, покрытая жуткими волдырями, стискивала лупу. Вдруг пальцы стали медленно разжиматься, подталкивая её в мою сторону.
– Теперь ты…
Я машинально поднял лупу, а потом завопил, срываясь на фальцет:
– Сюда! Помогите! Помогите!
И потерял сознание.
*
У меня случилась нервная горячка. Болел я тяжело и долго. Мирон отбыл в корпус, а я остался у тетушки Изи поправлять здоровье.
Когда, наконец, доктор разрешил встать с постели, я увидел на письменном столе знакомую лупу.
С опаской взял её и направил на стену. Через стекло я увидел странные вещи. Как будто включился «волшебный фонарь».
Вот по Невскому маршируют люди в штатском с флагами и винтовками. В полутёмном подвале на полу лежит расстрелянный мальчик в белой ночной рубашке. Невысокий человек с бородкой выкрикивает что-то в толпу, сжимая в руке кепку…
Картинки менялись. Над башней разрушенного германского парламента развивается красное знамя… Летит в небо цилиндр, изрыгающий огонь… Молчаливые дети склонились над светящимися прямоугольниками…
В комнату заглянула тетя Изи. Обернувшись, я направил на неё лупу. И увидел через стекло её в инвалидном кресле, совсем старенькую, с девочкой лет трёх на руках. К ним наклонилась молодая женщина, поразительно похожая на брата. И Мирон тоже рядом, в военной форме, изрядно повзрослевший, но узнаваемый. За спиной тёти – пожелтевшая от старости фотография в рамке. На ней – я и Мирон этим летом.
«Значит, тётя Изи доживет до правнуков, а брат дослужится до генерала. Лупа – проводник в будущее». В этот момент я осознал, что жизнь моя изменилась навсегда.
– Теперь я…
*
Далеко не сразу научился я менять события за стеклом лупы.
Огромными затратами жизненных сил мне удалось предотвратить ядерную войну, смягчить течение смертельных эпидемий, наладить безопасные полёты человека в космос…
Сил почти не осталось. А стекло показывало, что снова назревает катастрофа.
Моя вахта завершена. На подходе новый Хранитель.
Боги! Почему лупа выбирает таких юных, неискушенных преемников? Сколько бед свершится, пока он научится управлять ею. Наверное, это и есть пресловутое равновесие добра и зла?
*
Скрипнула дверь. В мою лесную сторожку шагнул парнишка из деревни. Мальчик подошёл к креслу:
– Дедушка Антип! Бабушка прислала тебе бульон и кулебяку!
Мои пальцы разжались, лупа упала к ногам мальчишки. Он наклонился и поднял её. У меня хватило сил выдохнуть:
– Теперь ты…