Крайний Север. Ноябрь. Стоял трескучий мороз. Солёные брызги хлестали в лицо. Небольшой рыболовный траулер «Чайка» покачивался на волнах, словно скорлупка ореха. Матросы вытягивали сети.

Я, Мария Щёткина, капитан сего небольшого, но гордого рыболовного судна, чувствовала себя как рыба в воде, как чайка в небе! Идиллия, да и только!

И тут, бац! Вон она, маленькая точка посреди бескрайней синевы.

— Капитан! Впереди лодка! — проорал в рацию мой первый помощник, Сашка Гвоздев, парень толковый, но кричит, как будто у него динамик в глотке застрял.

— Вижу, Гвоздь! Курс на лодку! Аккуратнее, чтоб не раздавили! — ответила я, сверяя координаты. Раздавить потерпевшего крушение — это не в моих планах на этот день, хотя улов у нас сегодня совсем не большой.

Приблизились.

В лодке сидел мужчина, изможденный, замерзший, но живой!

— Поднять на борт! — скомандовала я, и матросы, подцепив бедолагу, втащили его на палубу.

И вот поднимают, значит, этого Робинзона Крузо на палубу. А я стою, руки в боки, вся такая в кителе, ветер в волосах:

— Ну и кто там у нас?

Он был в полуобморочном состоянии, так что я, недолго думая, поднесла к его носу нашатырь.

Глаза распахнулись, как у совы, увидевшей мышь.

— Где я? — прохрипел он.

Я усмехнулась.

— На «Чайке», дружок!

И тут… у меня чуть челюсть не отвисла! Митька Иванов?! Мой одноклассник?! Отличник, ботаник и вообще… тайно влюблённый в меня в школе! Вот это поворот!

— Мария? Это ты?! — выдохнул он, глядя на меня, как на ангела, сошедшего с небес.

А я стою, как дура, и думаю:

— Митька? Ты ли это? Где твои очки и рубашка, застегнутая на все пуговицы?

Ну, думаю, вот какая странная штука наша жизнь! Кого только не встретишь в море!

Пока Митьку приводили в чувство, я вспоминала школьные годы. Митька… Он же писал мне стихи! Тайком подкладывал в портфель шоколадки! Боже, какая ностальгия!

— Мария, ты совсем не изменилась! — прохрипел Митька, уплетая тарелку горячего супа.

— Ой, да ладно тебе, Мить, конечно, изменилась! Морщины вот появились, да и китель в школе не носила! — отшутилась я.

А он смотрит на меня, а в глазах — та самая школьная любовь! Ну, думаю, сейчас будет объясняться в чувствах.

Разговорились. Оказывается, Митька после школы в армию пошёл, остался военным. Отпуск взял, решил порыбачить, а тут как погода переменится. Ветер, шторм, шлюпка. Целых два дня в море… Жуть!

День пролетел как один миг. Митька глаз с меня не сводит, комплименты отпускает:

— Маша, ты с годами только краше стала! Командир, да ещё и красавица!

Ну, приятно, чего уж там. Я и покраснела даже слегка.

Тууу – тууу — тууу!

К «Чайке» подплывает катер МЧС.

И тут я увидела её. На палубе стояла, вцепившись в поручни, Светка… Светка- конфетка из параллельного класса!

Красотка, звезда школы…

Митькина жена?!

Она увидела нас, и глаза её наполнились слезами. Корабль подошёл ближе, и Светка, не дожидаясь трапа, прыгнула на борт «Чайки».

— Дима! — закричала она и бросилась к нему в объятия.

Я стояла в стороне, глядя на эту сцену. Митька, Светка…

Какая ирония судьбы.

— Мария, спасибо тебе огромное! Если бы не ты… — Света подошла ко мне, вытирая слезы. — А ты с погонами теперь. Да ещё и море… повезло тебе, Машка!

— Да ладно, — отмахнулась я, — дело житейское. Рада, что всё хорошо закончилось. А море теперь — жизнь моя. Такова судьба. Без «Чайки» и дня не могу, тянет меня к ней.

Позже они скрылись за горизонтом, а я осталась на «Чайке», глядя на удаляющийся катер.

Один день. Один невероятный день из жизни капитана Марии Щёткиной.

Да уж, скучать мне не приходится!