Конкурсы

На нарах, в ряду таких же нар, Тит изнемогал от лучевой болезни. Воняло формалином и испражнениями. Сосед справа бредил в горячке. Слева – надрывно кашлял, харкая кровью. — Живы ли? – время от времени осипшим голосом говорил Тит. – Кабы живы были бы, то и помирать легче. После он вздыхал и умолкал. Ночью к Титу подошёл бородатый мужчина в длинном белом балахоне. — Хочешь ли ты домой? – спросил он. […]

На десятый день “штурма” довоенного бункера Дену с товарищами наконец удалось сломать массивную дверь. Ден надеялся обнаружить там нетронутые радиацией семена растений, но каково же было его разочарование, когда за дверью бункера оказалась библиотека. Десятки тысяч книг хранились в герметичных шкафах. Еще три дня все, кроме Кости-мелкого, работали с какой-то мрачной решимостью. Костю пришлось привязать к дереву, чтобы не путался под ногами. На противоположной от входа в бункер стороне Дар

Когда-то это место называлось Лондоном. Подумать только, лишь семьдесят человеческих лет, а от одной из мировых столиц остался в лучшем случае протяжный «дон-н-н». Песчаная буря с неумолимой жестокостью день за днём бьёт по Большому Бену, полируя его до зеркального блеска. Блики колокола, как и его непрерывный стон, служат ориентиром для отчаянных смельчаков. Они крохотными букашками выползают из пригодных для жизни недр планеты на ставшую смертельной поверхность. И всё для того,

Он остался без рук. Теперь вся надежда на чудом сохранившуюся Ненси — домашнего робота-экономку. Кормить, одевать, водить в туалет — со всем этим она справится. Недаром, в своё время, купил её за очень большие деньги, не поскупился, как чувствовал. Но вот, добывать еду должен кто-то другой. В лесах не осталось ни птиц, ни дичи, да и самих лесов почти не осталось. Ненси стояла на пороге квартиры и держала за хвост

Привет, читающий мой дневник, кем бы ты не оказался. Помню, как с удивлением изучал дневник, найденный на раскопках. Древнее разумное существо жаловалось, что технологии вышли из-под контроля, и погубили его расу. А потом случилась Война. Не знаю, кто из нас применил Оружие первым; это не важно. После этого залпа наступила Бесконечная Ночь. Правительства попытались скрыть преступление, выдавая залп за рухнувший с неба камень. Разве камень смог бы оставить на земле

-Сам-то как? -Как-то сам.

В божественном собрании было шумно. На повестке дня стоял один вопрос: что делать? – Зачем мы уничтожили нашу планету? Своими действиями мы довели её до апокалипсиса. Где жить теперь будем? – Да ладно вам, коллега, просто силы немного не рассчитали. Давайте найдём другую. – Все нормальные уже заняты. – А какие свободны? – Есть вот эта, голубая. Третья в Солнечной системе. – Но там ведь только тупые орангутанги живут, им

Река Часовая несла мутные, радиоактивные воды среди развалин города. Время от времени, поднимая тучи пепла, что-нибудь обрушивалось: кусок заводской трубы, фонарь, или секция высотки. До катастрофы река была довольно чистая. Жители города шутя называли её Река Времени. Двое бедолаг зависли над маслянистой водой. – Сульфида Архимедовна, глянь-ка, а от нас даже тени на воде есть. Это нормально? – Василий, уверяю вас, что это не тени, а рябь. И не от

Происходящее поистине ужасало: улицы, усеянные телами и брошенными машинами, небо, темное от дыма многочисленных пожаров, пустые дома с выбитыми стеклами. Зомби в окровавленных лохмотьях, пытающиеся найти добычу. И ужас горстки живых людей, все еще не зараженных смертельным вирусом. Шел уже второй день постапокалипсиса, но в России этого еще не заметили. Ведь на календаре было первое января, а пережившие новогоднюю пьянку мало чем отличались от живых мертвецов.