Конкурсы

Приходит время объятий жарких и поцелуев, Как будто крылья, любви навстречу, и аллилуйя! – Люблю всем сердцем, оно так бьётся, бери и слушай. – Навеки вместе, тебе хочу я отдать всю душу. – Опять бутылка! – Закрыть бы уши, орёт зараза. – Ну, сколько можно друг друга мучить? Вот так бы сразу!.. – Другой? – Другая? Так нам и надо. – Я мстил. – Я тоже. Обиды горечь терзает душу […]

Жму на темную клеточку – Собираются тучи. Напряжение бьет Букетом колючек. Нажимаю на белую – Вроде воздух и свет. …Ощущение пустоты, Никого рядом нет. Нажимаю на красное – Оно же родное, прекрасное. Но опять все не так, И утро не ясное. Как тебе угодить? Грань нажать какую, Чтобы ты поняла, Что тебя люблю я…

Оливки и котлеты – гражданские супруги, Их затолкну побольше во внутренний мир. Когда душа в запое, я буду обжираться, Чтобы широкий внешний глубокий заместил. От ненависти астмой я стану задыхаться, Мгновенно ингаляцией под дых бьёт пряный дым. И если сердце ноет, стрип-клуб не даст покоя, В строительных товарах для нервов дрель купил. Схожу на бокс порою за порцией побоев, Немного шевеления извилин получил. Гарантии на тело истёк срок как полгода,

Все стояли и тыкали пальцем, Для тебя это всё не впервой. Ты привыкла быть постояльцем. Успокойся, теперь ты со мной. Снял отдельно для нас комнатушку. От тебя всех подальше послал – Для них ты всего лишь игрушка, Для меня же ты идеал. Увлечённость за деньги не купишь, Обсуждаем все темы вразброс. Я спросил еле слышно: Ты любишь? «Не понятно задали вопрос». Многоликая словно актриса: Рассмеши, успокой, нагруби. Замолчала внезапно Алиса

Сырым парфюмом сгнившего угла По носу стукнет ветерок с колодца; И вспомню, как я мог и ты могла, Пока мозоль на пятке не натрётся, Бродить. И утопать в ночи сухой, Сырым парфюмом сбрызгивая плечи. А под мозолью шар любви земной В минуты те для нас – бесчеловечен! И безмашинны улицы, мосты, Бескровны птицы под свинцовым небом, В минуты те, когда смеялась ты Над «Лысиной», уже тогда нелепой. С Апраксина перебежим

Я объясниться с ней решил в стихах И сочинил сонет про многогранность чувства. Использовал все навыки словесного искусства, Чтобы зажечь восторг в её глазах «Любовь моя, — писал я, — как алмаз прочна, Но если огранить её взаимной страстью И жарко подсветить лучами счастья, То бриллиантом заблестит она». Но в день признанья я внезапно оробел И понял – мой кураж нуждается в опоре. Я принял два по сто, и сто

Мне бездна лет. Усыпан пеплом седой ампир. И стихли звуки любовных вздохов под звон рапир. Минуло время. Его останки – почти эфир… Туманом слов ложатся ласки и рушат мир. Босой ногой, босой душою иду след в след. Рыдают скрипки и рвутся струны ушедших лет. Костер последний я разжигаю из смут и бед. Щемящей нотой звенит гавал под звуки флейт.

В глазах твоих карих, огромных Весь мир тепло отразится: И птицы полёт свободный, И прозрачных стрекоз вереница. Распахну я все двери пошире, Звонко хлопну тебя по филею: «Краток век ваш в антропомире. Убегай! Ни о чем не жалею! Забери с собой лучшего друга. Здесь он тоже в опасности лютой. Я не буду реветь, как белуга,: Хоть крапивой — стерплю, хоть цикутой». Не бежит в вольно поле коровка, Не спешит в

Люблю, когда вокруг тихо Как будто и нету беды Не бродит неспящее лихо За речкой у самой воды Люблю, когда милая рядом Без страха в лазурных глазах И нет безнадёги во взгляде И тремора в нежных руках Но вдруг все меняется разом Под звуки сирены спешим Укрыться от взрывов нам надо Шанс есть: зеро с небольшим Люблю, когда вокруг тихо И кот на коленях сопит Когда любимая с сыном Вдали.

Ты мой нераскрывшийся парашют Моих наднебесных витаний. Ты айсберг, тот самый, На который так вдруг, В ночи напоролся «Титаник». Ты пуля, сбившая ангела влёт, Надежду, что нёс обречённым. Ты плаха, на коею под топор, Кладёт голову осуждённый. Но тянет меня как магнитом к тебе. Как мотылька на лампаду. Бессчётно вопрос задавал я себе: «Зачем тебе всё это надо?» Романтик разбился, Корабль утонул, Падает ангел, как птица, Катится круглая мяч-голова… И