Конкурсы

Роме очень нравилась Аня. Они жили по соседству в поселке лесокомбината, и каждый день видели друг друга через забор или сталкивались на остановке маршрутки. Но Аня смотрела с равнодушием, а Рома – с безнадегой. Субтильному хромому парню ничего не светило. Капризная девушка ждала принца. Раз в месяц, когда наступало полнолуние, Роман брел в ближайшую рощу, к поляне, залитой сиянием. Он садился на пень древнего дуба и перекидывался. Со стонами, рычанием, […]

Шум раздражает, мешает сосредоточиться. «Шутка ли: выбор на всю жизнь, а тут со всех сторон нестерпимая квакофония». Влажные глазёнки лучатся наивностью и любопытством. Среди всего хора лягушек только эта молча следит за мной. «Ты поймёшь», – говорили старшие. «Неужто эта молчунья – моя судьба?» Квакушка будто знает, сама запрыгивает в коробочку из бересты. Звёздная тропа из этого удивительного, но чужого мира след в след ведёт на родную планету к моему

Снаряды рвали землю. Земля стонала, сотрясаясь от боли. Вокруг горело и рвалось. Серо-зеленые шеренги и танки с белыми крестами приближались к переднему краю. Лейтенант прикрепил донесение к ошейнику Рекса. Прижался забинтованной головой к широкому лбу зажмурившегося от редкой ласки пса. — Выручай, друг. Доставь это в штаб. А я подниму людей. Взвод, в атаку! За мно… Совсем рядом грохнуло. Мир качнулся, размылся, закрутился в безумную огненную спираль. Когда зрение и

Буркову снились кошмары. Он боялся засыпать, но организм раз за разом отказывался повиноваться воле. Он часами лежал с открытыми глазами, молясь о бессоннице, но Морфий рано или поздно наваливался на него сверху. Тёплым, уютным, мягким. Чтобы потом развернуться в удушающе-страшное. Он попадал в пространство сна. Последний год ему снился огромный лев с грязной гривой, запачканной в смоле и саже. Клыки льва были остры. С кончиков капало молоко. Рык звенел в

– Скажу «Раз!», и свет в городе погаснет! Говорю. И свет гаснет. Все насторожились. Одна дама даже вскрикнула. Я не этого ожидал. – Скажу «Два!», и свет зажжется! Говорю. И свет в городе вспыхнул. Но в городе ли я? Это цирковой манеж. Или футбольный корт? Словно ребенок носится по манежу цирка клоун, представляя, что консервная банка – футбольный мяч. Клоун предлагает одному из рабочих поиграть с ним, но тот занят.

Г-н Ворошилов оказывается худощавым человеком в приталенном по моде сюртуке и в позолоченном пенсне. – Что вам угодно-с? – спрашивает он меня, топчущегося на пороге его апартаментов. Ох уж эти манеры Санкт-Петербурга 1910 года. Угодил же в когда… Кварги, с которыми Земля вошла в межзвёздный конфликт, не убивают, а зашвыривают потерпевших поражение противников в их же историческое прошлое. Надеются, что попаданцы наломают в нём дров, чем и помогут им справиться

Шел июльский летний день. Максим спешил на футбол. Дорога была совсем не знакома. После того, как он вышел на последней станции метро, то парень тщательно пытался сократить путь. И вот, пробегая по лесной территории города, он оступился и ударился головой, да так, что отключился. Проснувшись, голова болела сильно, а вокруг него, казалось, собрались какие-то странные собаки. Они ходили как люди и говорили на человеческом языке. Сразу он в это не

Женский мозг – загадка. Поэтому, оказавшись в квартире Леры, я почувствовал себя попаданцем в другое измерение. В её квартире всё другое: пол, воздух, окна, холодильник. Куча косметики, духов, разных флакончиков. Жуть. Мы сидели за столиком, горела свеча. Лера медленно уплетала макароны с сосисками. Она пила вино, я – крепкое светлое пиво. — Вот, значит, как ты живёшь… — проговорил я, желая прощупать, что у неё на уме. — А ты

Мария любовалась плывущими в праздной белизне облаками. Солнце и ветер трепали её золотистые волосы. В первый свой рабочий день она умудрилась опоздать на работу. Сократив путь, свернула в проулок. Узкая тропинка привела её к холму возле леса, за которым виднелось небольшое озеро с деревянным домиком на берегу. Подойдя ближе, она увидела молодого художника в старомодном костюме, рисующего картину. Мария удивилась, узнав в изображённой на полотне девушке себя. — Ты сегодня

Красный закат расплывался по горизонту и отражался от кожи огромного кита. Летающее чудовище с крестом на боку впивалось винтами в осенний французский воздух. Дереализация убаюкивала, замедляла время, показывала красивые очереди вспышек. Кит приближался, заслоняя обзор. Лишь протянуть руку и коснуться! Пилот не мог понять, как он попал в этот сказочный миг. Всплеск адреналина. Ручку от себя! Рёв мотора ударил по ушам. Горизонт ходил из стороны в сторону. Слева очередь, справа