Конкурсы

— Олег, дети приехали! – ворота нам открыла тёща Раиса Петровна. — На шашлыки звали? — я торжественно поставил баулы с мясом и бутылками горячительного. – Добро пожаловать! — глядя на торчащие горлышки, сглотнул появившийся из-за спины тёщи, тесть. — Сначала за дело! Мы с отцом картошку решили посадить. Мужчины будут копать, а Нина грядками займется. Любишь клубничку, зять? — Вашу дочь просто обожаю, — я сделал глубокий реверанс и

Гордор приоткрыл один глаз и печально вздохнул. Нет, все-таки права была маменька – не стоило ему съедать того менестреля. Сколько раз она наставляла своего непутевого отпрыска: «Никогда не жри актеришек, художников, певунов и прочих чокнутых! От них несварение да странные мысли заводятся, от которых приличному дракону потом одни проблемы!», и лупила ему по лбу бронированным хвостом, чтобы лучше запомнил. И вот – на тебе! Совсем забыл маменькины наставления, пожадничал –

Барон с трудом разлепил глаза. — Где я? — Гостите в поместье леди Элис, сэр. Память возвращалась кусками. Приехал к тетушке Элис одолжить денег. Карточный долг — долг чести. Ужин, виски, дальше пустота. — Ты дал мне уйти в запой! — Вы связали меня и заперли в шкафу, сэр. Это были худшие шестнадцать часов в моей жизни. — Давно мы здесь? — Неделю. — Мне конец. Хоть стреляйся. Что за

Я открыл глаза на открытой веранде, располагавшейся на втором этаже дома-ресторана «Барон». Часто засиживаясь допоздна, после бутылки виски я просыпался где попало. Запретить мне этого никто не мог, поскольку я был хозяином этого гребанного заведения. Ресторан располагался неподалеку от моря. Шум волн, свежий ветер. Тяжело вздохнув, я попытался привстать. Солнечный свет резал глаза, я сощурился, сел и посмотрел в окно соседнего дома. Улыбка натянулась сама собой. Уже несколько лет я

— Пить, пить… есть тут люди, едрёна мать?! Сдохнешь под капельницей — не заметят! Вот и докажи им, что ты не верблюд! И не запойный я ни разу, а пропадаю здесь только потому, что проводы в отпуск совпали с корпоративом. Комедия – это ж трагедия, только не с тобой – все это знают, и все, падлы, ра-ды-ва-ют-ся, когда друг про дружку — свежий нарратив: ишь ты поди ж ты, у