Он, наверное, уже старый и глуховат немного, дом, который никто не видит. Он, как призрак, может оказаться где угодно и когда угодно. А я теперь могу вместе с ним плыть по улицам среди других, с виду таких же, как он, многоэтажек.

Есть ли у вещей душа? А может ли ей быть тесно?