Медальон с лунным камнем. Глава 8, Глава 9 (18+)

Глава 8. Танец

Время близилось к рассвету, и над деревней уже вовсю звучали хрипловатые крики петухов. Густая прежде тьма быстро светлела, превращаясь в марево серого тумана, пропитанного запахом дождя и скошенной травы. Одного взгляда, брошенного на небо, было достаточно, чтобы понять, что погода окончательно испортилась. Тучи рваными боками теснили друг друга, ветер порывами проносился над крышами домов, и под его напором жалобно скрипели незапертые калитки.

Армисаэль широким шагом прошёл по тропинке к крыльцу и почти не удивился, застав Миэла дома.

— Что, твой «дворец» тебя не устраивает? — съязвил доктор, намекая на дом, в который переехал юноша после перерождения. — Что ты здесь делаешь, Миэл?

— В гости зашёл, — огрызнулся парень, безмятежно развалившись в кресле у камина. — В моём «дворце» холодно и мышами воняет.

— А мне-то что до этого? — Армисаэль скинул куртку, всем видом показывая недовольство присутствием сына. — Достаточно и того, что я нянькался с тобой все эти годы. Ты взрослый, поэтому решай проблемы сам и забудь сюда дорогу, понял?

— Да понял, — протянул парень, неохотно кивнув. — Слушай, Армисаэль, а я вообще твой сын? Или я, как эта девчонка Дараны, перешёл к тебе в качестве общественной нагрузки?

— Мой ты сын, — доктор криво усмехнулся. — Я ведь говорил уже: церемонии не было.

— Но ты мог и соврать.

— Зачем? Ты не девица, чтобы щадить твою нежную душу. И вообще, какая тебе разница? Лучше дом приведи в порядок, а то некуда будет наследничка привести.

— Какого ещё наследничка? — парень скривился.

— Твоего, — заржал Армисаэль, потешаясь над бестолковостью парня. — Афаэл и Старшие решили дать тебе шанс.

— То есть? — Миэл вскочил с кресла и одним прыжком оказался возле отца.

— Они решили поручить тебе одно задание. Если выполнишь, станешь тринадцатым в церемонии с Натаниэль.

Миэл застыл. Лицо его побледнело, а в широко открытых глазах вспыхнул почти безумный огонь.

— Ты серьёзно? — охрипшим от волнения голосом переспросил он. — Меня возьмут на церемонию с Натаниэль?!

— Если выполнишь их поручение, — холодным тоном осадил доктор. — А это будет не так-то легко.

— Ладно, не тяни! — дыхание нефилима участилось, взгляд лихорадочно метался по лицу доктора. — Что я должен сделать?

— Ты видел у Натаниэль медальон на шее? Ну, такой: с птичьей лапой и голубым камнем?

— Ну, видел и что?

— Этот медальон — кровь Светлого. Пока он на шее девушки, к ней не подобраться. Нужно заставить её избавиться от медальона, а саму Натаниэль притащить к нам. Сделаешь это и получишь свой приз. Если нет, можешь забыть о своей подружке навсегда.

— Да я зубами его сгрызу с её шеи! — прорычал парень, раздувая ноздри. — Когда её притащить?

— После выпускного бала — не раньше, — Армисаэль посерьёзнел. — Но грызть медальон зубами я тебе не советую. Дотронешься до камня — и тебе крышка. Возьмёшься за цепочку — будешь неделю корчиться от боли. Так что остынь и подумай, как заставить девчонку снять Рамистар самостоятельно. В цепочке нет замка, но Натаниэль известно, что вытащив камень, можно её расстегнуть.

— Зачем такие сложности? — Миэл невольно сбавил пыл и сейчас внимательно слушал отца.

— А это для того, чтобы такие, как мы, не могли его снять, идиот! — фыркнул доктор.

— Но к самой Натаниэль я прикасаться могу?

— Конечно. Обнимашки, поцелуйчики, и вся прочая невинная ерунда — сколько угодно. Но, если полезешь к ней под юбку, Рамистар тебя просто убьёт.

— А если на ней уже не будет медальона? — глаза парня лукаво блеснули.

— Тогда тебя Старшие кастрируют, — тон Армисаэля мгновенно заледенел. — Видел ведь, как у Беллора это быстро получается?

Миэл замолчал и нахмурился, тут же перестав ухмыляться.

— А у Муриэля крылья точно отрастут? — спросил парень уже едва слышно.

— Отрастут, — доктор кивнул. — В первый раз они быстро отрастают.

— А во второй?

— Второго раза не бывает, — Армисаэль криво усмехнулся. — Как правило, одного вполне достаточно, чтобы ангел на всю жизнь запомнил урок. Поверь, никто из присутствующих на Сборе не хотел бы ощутить даже половину тех страданий, что испытывает сейчас Муриэль.

— Ему так больно?

— А ты как думал? В Аду и то терпимей! Но дело не только в боли. Ангел без крыльев ничего не может. У нас в них вся сила находится. Чувствуешь, небось, как теперь тебя распирает? — доктор прищурился. — Хоть ты наполовину только Падший, но уже можешь сравнить то, кто ты сейчас, с тем, кем ты был прежде. Обруби тебе крылышки, и ты превратишься в бесполезный кусок дерьма.

— Значит, Сандал в него и превратится? — Миэл неожиданно повеселел.

— Да. Афаэлу не нужны строптивые ангелы. Сандалу сожгут крылья, чтобы они больше не отрастали и не доставляли всем нам проблем. Только смотри, не ляпни кому об этом сдуру! И запомни: то, что говорят на Сборе, нельзя обсуждать с тем, кто не был туда приглашён. Иначе тебе не поздоровится.

— Скажи: а почему Свободную Волю считают запретной?

— Потому что у ангелов, рождённых с такой характеристикой, после перерождения сохраняются зачатки человеческих чувств. «Жалость» там всякая или «справедливость». Они слишком много думают и рассуждают вместо того, чтобы просто исполнять приказы. Таким нельзя доверять. Когда в общине больше одного Падшего со Свободной Волей, нельзя поручиться, что однажды, объединившись, они не поднимут бунт.

— А у меня какие характеристики?

— Ты — нефилим. У таких, как ты, нет чётких характеристик. Ты всегда будешь выполнять то, что велят Старшие, ясно? И будешь тем, кем они захотят.

— Может, мне тогда не таскаться больше в школу? — помрачнев немного, спросил нефилим. — Какой в этом смысл, если я и так всё знаю?

— Ну, это не твоя заслуга, — Армисаэль криво усмехнулся. — Знания ты получил при перерождении, как и все остальные способности. Но школу закончить придётся, чтобы не привлекать внимания людей. Это закон. Даже Старшие клана им не пренебрегают, так что собирайся и не опоздай на автобус.

— Ладно, — парень поморщился и не торопясь направился к дверям. У порога остановился и вновь обернулся к отцу. — Что такое «разрешённый цикл»? — неожиданно спросил он.

— Это когда раз в три месяца тебе позволено трахнуть человеческую сучку, — хмыкнул Армисаэль, рассмеявшись. — А теперь вали в школу, щенок озабоченный! Надоел ты мне, — и он недвусмысленно кивнул парню на дверь.

Миэл развернулся и, злобно засопев, покинул дом.

***

Прошло две недели.

— Хватит вертеться перед зеркалом! Ты просто шикарна! — Лайла схватила Натаниэль за руку и потянула в залитый разноцветными огнями зал. — Пойдём скорее! Сандал уже занял столик.

Лайла тянула подругу за собой, то и дело врезаясь в проходящие мимо пары. Под мышкой у неё был зажат аттестат, на руке висел бьюти-кейс. Обтягивающее зелёное платье чуть выше колен очень шло к рыжим волосам и оттеняло серые глаза.

Натаниэль, как и предполагалось, воспользовалась подарком близнецов и сейчас выглядела потрясающе в светло-голубом наряде. Медальон с лунным камнем по-прежнему украшал её шею. Он не слишком гармонировал с воздушным покроем платья, но девушка махнула на это рукой, предпочитая больше не заморачиваться по пустякам. В конце концов, Лайла была права: выпускной бал — самое потрясающее событие за их долгую школьную жизнь. И самое быстротечное. Сегодня все обсуждают твой наряд, а уже завтра забудут, как ты вообще выглядишь. Так что компания решила просто оторваться по полной, чтобы потом «было, что вспомнить».

Увидев Сандала, сидевшего за столиком в самом дальнем углу зала, Лайла нетерпеливо махнула рукой и ещё энергичнее начала протискиваться сквозь разодетую толпу выпускников.

— Где вас носит? — возмущённо спросил Сандал, отодвигая для них стулья и помогая девушкам занять свои места. — Я уже минут двадцать вас дожидаюсь.

— Не ворчи, Сандал, — Лайла улыбнулась ему своей фирменной улыбкой, от которой на щеках всегда появлялись лукавые ямочки. — Знаешь ведь, что дорогой папочка не разрешил мне воспользоваться косметикой. Пришлось краситься в туалете, чтобы не выглядеть чучелом рядом с таким красавцем, как мой брат.

Натаниэль невольно покосилась на парня и ободряюще ему улыбнулась. Сандал и правда выглядел очень импозантно. На нём была идеально выглаженная белая рубашка, галстук, тёмный пиджак и брюки модного покроя. Волосы аккуратно, но не коротко пострижены. Модная чёлка косым треугольником падала на лоб, делая парня похожим на одну из голливудских звёзд. Серо-синие «грозовые» глаза смотрели из-под густых длинных ресниц задумчиво и немного печально. Натаниэль уже давно заметила этот его отрешённый взгляд. В последнее время парень был явно чем-то расстроен, и его состояние только ухудшалось. Казалось, Сандала ничто не могло надолго развеселить. Даже если он начинал улыбаться, его улыбка постепенно гасла, возвращая на лицо тень спрятанной внутри боли.

— Слушайте, а здесь прикольно, — обведя взглядом зал, заметила Натаниэль, дав себе слово непременно вывести Сандала из депрессивного ступора хотя бы этим вечером. — И музыка классная!

Они взяли себе по слабоалкогольному коктейлю, который разрешался школьными правилами на подобного рода мероприятии.

— О, я мечтаю протанцевать весь вечер! — Лайла облизнула сияющие блеском губы и принялась осматривать присутствующих.

— Уже выбрала себе «жертву»? — хихикнула блондинка, наблюдая за подругой. — Мне кажется, Грег не прочь бы с тобой потанцевать.

— Да и я с ним тоже, — мурлыкнула рыжая и, заметив русоволосого парня, который смотрел на неё влюблёнными глазами, весело помахала ему рукой. Парень расплылся в широкой улыбке.

Натаниэль взглянула на Сандала. Он смотрел на сестру, и выражение его лица было таким несчастным, словно Лайла прямо сейчас умирала от тяжёлой болезни.

— Сандал, — окликнула блондинка и тронула его за руку. Он вздрогнул, поднял на неё взгляд, одновременно стиснув зубы так, что под кожей на скулах заиграли желваки. Несколько мгновений парень смотрел в глаза Натаниэль, потом его губы дрогнули вымученной улыбкой.

— Что-то не так? — тихо спросила девушка, пока Лайла обменивалась с Грегом улыбками и жестами. — Ты какой-то напряжённый весь день.

— О, смотри, а вот и твой поклонник, Ната! — Лайла внезапно обернулась к подруге, кивнув ей куда-то в сторону.

Блондинка проследила за её взглядом и увидела Миэла, сидевшего за столом с другими своими одноклассниками. Парень, в свою очередь, смотрел на неё, затем улыбнулся и вернулся к разговору с друзьями.

— Он с тебя сегодня весь день глаз не сводил, — шепнула Лайла, заговорчески подмигнув. — Где бы ты не появилась, он на тебя только и пялился, я видела.

— Ната, может, потанцуешь со мной? — перебив сестру, внезапно предложил Сандал, подавая девушке руку.

Блондинка взглянула на подругу. Та закатила глаза и недвусмысленно хмыкнула.

— Прекрасно! — торжественно объявила Лайла, первой поднимаясь из-за стола. — Тогда я тоже иду танцевать! И плевать, что там назапрещал папочка! — крутанувшись на изящных каблучках, рыжая пошла по направлению к столику, за которым её дожидался Грег — парень из параллельного потока.

— А что, Афаэл запретил ей танцевать? — спросила Натаниэль, когда они вышли на середину зала, заняв своё место среди танцующих пар.

Сандал неопределённо кивнул и, обняв девушку за талию, плавно повёл в танце. Его руки были необычайно нежны и в то же время от них исходили уверенная сила и тепло. Натаниэль это понравилось. Понравилось, когда он осторожно провёл ладонью по спине. Потом поправил выбившийся из причёски локон волос, при этом глядя в глаза серьёзно и задумчиво. Её руки лежали на плечах парня, и она ощущала, как под шершавой тканью пиджака упругими волнами перекатываются мышцы. Сандал чуть наклонил голову и, прижавшись щекой к её волосам, тронул их невесомым поцелуем. Но Натаниэль почувствовала. Его прикосновение отозвалось стремительным эхом во всём теле, словно кто-то на мгновение опалил его жестоким огнём. Девушка охнула и едва не упала, на секунду потеряв опору под ногами. Сандал поддержал её, потом упрямо сжал в объятиях и продолжил танец. Сердце блондинки бешено стучало, руки и ноги внезапно похолодели от какого-то необъяснимого страха. А подсознание почти охрипло, крича во весь голос и призывая её сейчас же уйти.

Чтобы хоть как-то очнуться от непонятного наваждения, Натаниэль подняла голову и взглянула парню в лицо. Он поймал её взгляд, отчего девушке ещё больше стало не по себе. То ли от страха, то ли от игры света и теней в зале, но глаза Сандала казались совершенно чёрными. Они пылали странным потусторонним огнём, который проникал в самое сердце Наты, заставляя его трепетать и сжиматься от боли.

— Ты побледнела. Тебе нехорошо? — его голос прозвучал словно сквозь сон, но именно он жёстко возвратил блондинку в реальность. Она вздрогнула, испуганно огляделась, затем вновь подняла на него взгляд.

Сандал смотрел на неё внимательно и встревоженно, и цвет его глаз был точно таким же, как и всегда.

— Здесь… немного душно, — Натаниэль смутилась и попыталась улыбнуться. Она потёрла лоб рукой. — Голова разболелась. Ты не против, если мы потом потанцуем? — и, не дожидаясь ответа, девушка высвободилась из его объятий и пошла назад к столику. Сдёрнув со спинки стула кофту, она накинула её на плечи и быстрым шагом направилась к выходу.

Сандал не пошёл за ней. Несколько секунд он всё ещё стоял посреди зала, затем вздохнул и не торопясь вернулся за столик.

Тем временем Натаниэль, покинув здание через ближайший запасной выход, очутилась на заднем дворе школы. Вдохнув полной грудью свежий вечерний воздух, она медленно пошла по узкой дорожке в сторону стадиона. Ей хотелось плакать. И ещё было очень страшно от того, что поняла: что-то с ней не так. И сколько не смейся над неожиданными глюками, они уже уверенно перерастают в настоящую болезнь. А это, увы, не шутки и нужно что-то делать. Наверное, ей всё же придётся обратиться к специалисту, пока эти приступы не зашли слишком далеко. Пока она ещё способна адекватно оценивать собственное состояние. Скорее всего, её запихнут в клинику. При мысли об этом у Натаниэль всё внутри сжалось, а на глазах выступили слёзы. И никого не было рядом, чтобы её поддержать. Друзьям же не скажешь: «Извините, я сумасшедшая. Не могли бы вы за мной присматривать и приносить мне передачи в дурку? И так, на всякий случай… Я совсем не люблю апельсины». Девушка всхлипнула, радуясь тому, что вокруг никого не было. Эта часть школьного двора была абсолютно пустынной. Сумерки всё сгущались, плавно перетекая в ночь и позволяя Натаниэль на время превратиться в невидимку. Дойдя до стадиона, она пролезла сквозь дыру в заборе и поднялась на трибуны. Уселась на неудобную деревянную скамейку, съёжилась от прохладного ветра, поплотней завернувшись в кофту. Так и сидела, опустив голову, угрюмо разглядывая пыльный асфальт у себя под ногами.

От неожиданно громкого звука шагов, прозвучавших где-то поблизости, едва не остановилось сердце. Натаниэль резко обернулась, вглядываясь в темноту.

Глава 9. Ловушка

— Ната? — удивлённый голос Миэла заставил девушку облегчённо выдохнуть. Уж лучше он, чем какой-нибудь маньяк или очередной глюк. — Что ты здесь делаешь одна?

— Сижу, — этот ответ не тянул на оригинальность, но блондинке сейчас было не до того, чтобы что-то выдумывать.

— А я тебя искал, — Миэл уселся рядом и улыбнулся, заметив, как она плотней укутывается в тонкую ткань кофты. — Только собрался пригласить тебя на танец, как ты исчезла, подобно Золушке, — он снял с себя пиджак и накинул ей на плечи. — Смотрю, Сандал сидит один. Грустный такой… Поссорились?

— Нет, просто у меня голова разболелась, — Натаниэль поморщилась, понимая, что продолжить одинокое бдение под луной уже не удастся. Однако тёплому пиджаку невольно порадовалась. — Решила подышать свежим воздухом.

— Немудрено, — парень хмыкнул, понимающе кивнув. — В зале страшная духота и музыка так гремит, что голова может лопнуть. Я уже съел таблетку обезболивающего, пока от всего этого шума-гама глюки не пошли. Теперь абсолютно здоров и могу продолжать веселиться!

— У тебя есть ещё таблетка? — с надеждой спросила девушка, впервые обернувшись, чтобы посмотреть парню в лицо.

— Конечно, я ведь сын доктора, — Миэл насмешливо подмигнул и полез в карман. — Вот, — вынув пару таблеток из упаковки, он протянул их Натаниэль.

— Запить нечем.

— Жуй так, — Миэл небрежно махнул рукой. — Они не горькие. «Детский» вариант.

— А две не много будет?

— В самый раз. Я же говорю: «детский вариант». Доза мизерная.

Он подождал, пока девушка прожуёт таблетки, потом склонил голову на бок и, прищурив тёмно-зелёные глаза, несколько секунд наблюдал за её состоянием.

Сначала Натаниэль ничего не почувствовала, но прошла минута, и её внезапно окутала приятная лёгкость, от которой немного закружилась голова. Все мрачные мысли стали стремительно исчезать, в душе потеплело, по телу побежали приятные, похожие на щекотку мурашки. Она засмеялась и, сбросив с плеч пиджак, вернула его парню.

— И где ты раньше был со своим лекарством? — то ли злясь, то ли радуясь, воскликнула блондинка, ощутив непреодолимое желание петь, танцевать и наслаждаться жизнью. — У меня едва… голова не… — она вскочила и тут же пошатнулась, потеряв равновесие. — Ох, — пискнула Ната, когда Миэл подхватил её и опустил на скамейку рядом с собой. — Какие звёзды большие, ты видел?.. Можешь достать мне одну? — она вытянула вверх руку, словно пытаясь дотянуться до небес. При этом её голубые глаза лихорадочно блестели, а с лица не сходила блаженная улыбка. — Миэл, как здорово, что ты… здесь, — запинаясь, пробормотала девушка и посмотрела на парня так, будто увидела его впервые. — Знаешь, у тебя очень красивый… нос, — вдруг хихикнула она, пытаясь поймать нос юноши двумя пальцами, но постоянно промахиваясь. Вместо этого Миэл сам поймал её запястье и притянул Нату к себе.

Остановив на лице блондинки задумчивый тёмный взгляд, юноша скользнул им по её губам, подбородку, шее и задержал на груди, где тусклым сиянием переливался лунный камень.

— Какой интересный медальон, — хмыкнул юноша, с трудом удерживаясь, чтобы не наброситься на девушку и не начать собственную «церемонию» прямо сейчас. И тут перед его мысленным взором совершенно отчётливо предстали отрубленные крылья Муриэля, и он сам, корчившийся в судорогах возле бетонной стены. Это немного охладило пыл нефилима и дало возможность сосредоточиться на деле. Миэл улыбнулся и с дружеским участием погладил Нату по щеке. Она прикрыла глаза и что-то мурлыкнула, разморённая нахлынувшей негой.

Лицо нефилима приблизилось. Тёмно-зелёные глаза полыхнули огнём. Приоткрыв губы, Миэл потянулся к её губам и прикоснулся едва ощутимым поцелуем. Ната подсознательно подалась навстречу ласке, но тут ладонь парня легла ей на лоб, удерживая от себя на небольшом расстоянии. Он вновь приблизил свои губы к её, но вместо поцелуя из его рта медленно потёк тонкий ручеёк зеленоватого дыма. Он плавно перетекал прямо в приоткрытые губы Наты, которая ничего не замечала. Так продолжалось всего несколько секунд. После чего нефилим загадочно улыбнулся и, откинув ослабевшую девушку себе на руку, навис над ней, с каким-то восторженным вожделением рассматривая прекрасные невинные черты. Потом свободной рукой коснулся её шеи, провёл по ней пальцем, аккуратно отодвигая шлейф воздушного шёлка. Дальше палец медленно проскользил по груди и замер, остановившись рядом с медальоном. Миэл стиснул зубы, чтобы сдержать рык ярости, внезапно сдавивший его горло. Не в силах больше осторожничать, он резко ткнул ногтем в кожу, рядом с камнем. И, не дожидаясь, пока девушка очнётся и поймёт, что происходит, наклонился и лизнул появившуюся ранку.

Едва нефилим отстранился, Натаниэль вскрикнула, широко распахнув затуманенные голубые глаза, закричала и забилась, хватаясь за грудь в том месте, где Миэл оставил свою отметину.

— Что это? — завизжала она, руками раздирая ткань платья и извиваясь в конвульсиях боли. — Как жжёт! Мне больно!.. Как больно!.. Жжёт!..

— Ната! — Миэл схватил её и, крепко стиснув в объятиях, прижал к себе. Натаниэль билась и вырывалась из его рук, почти не понимая, где она и с кем. — Ната, посмотри на меня! — рявкнул парень, грубо её встряхнув. И тут его глаза вспыхнули настоящим адским огнём. Зрачки сузились, став по-змеиному мёртвыми и безжалостными. — Слушай меня! — приказал нефилим, вцепившись в её волосы на затылке и разворачивая так, чтобы девушка смотрела ему в глаза. — Слушай, Ната! — повторил он, поймав её обезумивший взгляд. — Тебе больно… Тебе очень больно!.. Ты не можешь больше терпеть… Муки твои невыносимы!..

— А-а-а!.. — она изогнулась, корчась от чудовищных страданий и захлёбываясь рыданиями. — Помоги!.. Так горит!.. Так жжёт!

— Это твой медальон, — Миэл спокойно кивнул, упиваясь властью над своей жертвой и её мучениями. — Это он причиняет тебе боль! Это он плавит кожу на груди и выжигает твоё сердце. Ты хочешь прекратить всё это? Скажи! Ты хочешь, чтобы боль ушла?

— Да, пожалуйста! — девушка завизжала, задохнувшись от новой порции обрушившегося на неё безжалостного пламени. — Пожалуйста, сними его с меня! Сними!

— Ты можешь сделать это сама, — голос нефилима звучал ровно и завораживающе. — Скорее, Натаниэль! Вынь камень и сними цепочку! Сделай это, пока медальон не начал жечь всё твоё тело. Ты ведь не хочешь испытать ещё большую боль, не так ли?

— Помоги! — она уже просто скулила, беспорядочно шаря руками по своей груди в слабой попытке нащупать медальон. — Я… Я не справлюсь…

— Ты сможешь, — холодно возразил парень, беря её за запястье и направляя руку. Пальцы девушки коснулись камня и судорожно вцепились в него. — Молодец, — Миэл кивнул. — Теперь просто вынь его, и твои мучения окончатся… Давай, Натаниэль! — рявкнул он, прислушиваясь к отдалённо звучащим голосам, которые неуклонно приближались. — Вынимай его! Скорее! — его зрачки раскалились почти добела, рот перекосил звериный оскал ярости. Дрожа от возбуждения, парень наблюдал, как девушка непослушными пальцами старается вынуть камень. Руки её тряслись от приступов боли, но, стиснув зубы и прикусив губы до крови, она последним усилием выдернула камень и прежде, чем нефилим успел опомниться, с отчаянным всхлипом зашвырнула Рамистар в кусты. Тут же её тело обмякло, и, вконец обессилев, девушка потеряла сознание.

Нефилим зашипел от ненависти, проводив Рамистар взглядом, потом одним рывком сорвал с Натаниэль цепочку и впился в её губы звериным поцелуем. Огромная чёрная тень пронеслась в вышине прямо над ними, на мгновение заслонив собой свет полной луны. Но Миэл этого уже не видел. Окончательно потеряв рассудок и обезумев от страсти, он длинными чёрными когтями разрывал на девушке одежду, оставляя на её коже кровоточащие царапины и синяки.

— Не смей её трогать, тварь! — в голосе, раздавшемся позади Миэла, прозвучала такая ярость, что нефилим мгновенно пришёл в себя. Огонь в его глазах исчез, ногти опять стали человеческими. Он резко обернулся и увидел Сандала, который, недолго думая, с размаха саданул ему кулаком в челюсть. Да так, что у Миэла заскрипели зубы и посыпались искры из глаз. Он зашатался, но устоял, вытирая кровь, побежавшую из рассечённой губы.

В этот момент подоспела и Лайла. Вскрикнув от ужаса, она кинулась к подруге, которая лежала без движения на лавочке.

— Я только хотел ей помочь! — воспользовавшись паузой, быстро проговорил Миэл, гадая про себя, что они успели увидеть. — Я нашёл её здесь, уже без сознания! Её сердце не билось и пришлось… Пришлось делать непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. Сейчас она дышит, но ей срочно надо в больницу!

Пока он говорил, Сандал стоял напротив, до боли сжимая кулаки. Было ясно, что он не поверил ни одному слову Миэла, но страх за жизнь Натаниэль пересилил желание убить его. Сандал шагнул к неподвижной девушке и, подхватив её на руки, почти бегом понёс к припаркованной в школьном дворе машине. Лайла бросилась за ними.

***

— Куда мы едем, Сандал? Ей надо в больницу!

— Нет, — юноша коротко качнул головой, мрачно глядя на дорогу.

— Но Ната не приходит в себя! — Лайла гладила подругу по голове и заливалась слезами. — Вдруг она умрёт!

Сандал не ответил, однако в серо-синих глазах промелькнуло отчаяние. Он крепче ухватился за руль и прибавил скорость. В глазах темнело от ярости. Мысли роились в голове, как потревоженные пчёлы в улье. Сандал чувствовал, что задыхается.

«Только бы доехать… Только бы успеть доехать прежде, чем…»

Парень стиснул зубы, заставляя себя отвлечься от сцены, что стояла перед глазами. Ната — его хрупкая, любимая девочка, его тайная мечта — лежит неподвижно в объятиях грязной твари.

«Такой же грязной твари, какой скоро стану и я».

Эти мысли не способствовали успокоению. И не давали забыть о непрекращающейся боли в спине, пульсирующей между лопаток. Не давали сосредоточиться, чтобы решить, что делать.

Вдали, между холмов, показалась деревня. Сандал снизил скорость и выключил фары. Эту дорогу он знал, как свои пять пальцев. Не стоит привлекать лишнего внимания.

«Знать бы, выставляют ли они часовых? Впрочем, Миэл всё равно доберётся в деревню раньше. И предупредит остальных. Что же делать? Что?»

Сандал сглотнул, почувствовав во рту вкус пепла. Его ноздри расширились и затрепетали от запаха крови, что сочилась из многочисленных мелких порезов на теле Натаниэль. Спина опять невыносимо заныла, словно кто-то всадил в позвоночник осиновый кол. Парень до боли вцепился в руль, потом медленно выдохнул, изо всех сил пытаясь расслабиться. Боль отступила. Поганый вкус во рту исчез.

«Ясно. Значит, дело в самоконтроле. Значит, можно притворяться. Только долго ли?»

Стараясь ни о чём не думать, чтобы вновь не пробудить в себе ярость, парень притормозил у дома Натаниэль и, не зажигая в салоне свет, молча подхватил на руки неподвижную девушку и понёс в дом.

— Сандал, что происходит? — Лайла помогла открыть дверь и пошла вслед за братом в спальню, куда он и отнёс Нату. — Почему мы не поехали в больницу? Почему ты не… — она не договорила. Парень вдруг зажал ей рот, приказав молчать. Так они и стояли. В темноте. Не шевелясь и почти не дыша.

За дверью снаружи послышались чьи-то шаги. Кто-то прошёл по тропинке, поднялся на крыльцо и постучал. Потом дёрнул ручку и вошёл в тёмную прихожую.

— Он видел нашу машину, — едва ладонь брата перестала зажимать ей рот, обречённо шепнула Лайла. Потом шагнула к выключателю и зажгла свет. От яркого света Натаниэль вздрогнула и застонала. Забыв о таинственном госте, рыжая кинулась к подруге. — Ната, — она осторожно потрясла её за плечи. — Ната!

— Что с ней? — в спальню неожиданно вошёл Армисаэль. — Миэл сказал, что ей стало плохо.

— Но как Миэл так быстро добрался до дома? — изумилась Лайла.

— Он и не добирался, — доктор качнул головой, подходя к постели, на которую уложили Натаниэль, и бегло осматривая её раны. — Просто позвонил и попросил вас встретить, — он оттянул веки девушке, потом полез в кофр за инструментами.

— Что с ней? — не выдержала рыжая, взволновано следя за его манипуляциями. — Ната не умрёт?

— Нет, — Армисаэль качнул головой, потом обернулся к близнецам. — Возвращайтесь домой, пока Афаэл не забеспокоился. С Натаниэль всё будет нормально. Я подежурю.

— Иди, Лайла. Я здесь останусь, — тут же проговорил Сандал, обратившись к сестре.

— Нет, не останешься! — никто и не заметил, как в дверях появился Афаэл. От звука его голоса Сандал почувствовал, как кровь приливает в голове и его захлёстывает волна неистовой ненависти. Это произошло так внезапно, что юноша едва не потерял над собой контроль. И, если бы не Лайла, которая отвлекла на себя внимание Старших, парню бы вряд ли удалось скрыть своё состояние.

— Но скажите хотя бы, что с ней? — потребовала девушка, упрямо глядя на отца. — Почему Ната не приходит в себя? И что вообще происходит?

— Сандал, забери сестру и оба отправляйтесь домой. Живо! — рявкнул Афаэл, указав им на дверь. — Когда всё прояснится, вам ответят на все вопросы! Лайла, иди. И смой с лица этот поросячий грим! — напоследок добавил он, решительно выпроваживая близнецов за дверь.

Брату и сестре ничего не оставалось, как подчиниться. И, несмотря на сопротивление Лайлы, Сандал прекрасно понимал, что сейчас ничего не сможет сделать против двух Падших, даже если переродится прямо у них на глазах. Единственное, чего он мог добиться, — это остаться без крыльев и потерять последнюю надежду спасти Нату и сестру. С тех пор, как он проследил за отцом и подслушал то, о чём говорили на Сборе, парень уже не мог успокоиться. Сандал отчаянно искал выход, но не находил. Слишком поздно он узнал о том, что их с Лайлой приговорили с самого рождения. Слишком поздно разгадал то, что всю жизнь пытался разгадать, наблюдая за отцом и жителями общины. Всё, что когда-то казалось Сандалу странным, теперь получило объяснение. Но это уже не могло им помочь. Оставалось только одно: притворяться, делая вид, что он ни о чём не догадывается. Тянуть время, отсрочивая свой конец…

***

— Что с ней, Армисаэль? — когда ребята ушли, Афаэл кивнул на блондинку, неподвижно лежащую на кровати.

— Наркотик, — доктор небрежно повёл плечами, затем осмотрел ранку на её груди — как раз там, где раньше находился медальон. — И яд нефилима, — спустя минуту добавил он. — Она ещё долго не очнётся после такого коктейля.

— А что за порезы? — староста приблизился, рассматривая Натаниэль.

— Парень немного увлёкся, — Армисаэль снисходительно улыбнулся. — Потискал слегка девчонку, но ничего такого. Главное — он своё дело сделал.

— Где Рамистар?

— Миэл сказал, что Натаниэль бросила его в кусты, возле лавочки. Наши сейчас там всё обыскивают.

— Пусть не трогают, если найдут. Просто землёй присыпят как следует.

— Они знают, Афаэл, — доктор спокойно кивнул.

Староста помолчал, затем шагнул к кровати и склонился над девушкой. Потянулся рукой к её лицу и тут же отпрянул, злобно зашипев.

— Ты это чувствуешь, Армисаэль? — сжав в кулаки пальцы с выступившими длинными когтями, спросил Падший.

— Да. Её аура потемнела чуть-чуть после того, как Миэл вдохнул свой яд, но Светлым всё равно за версту разит, — доктор поморщился. — Нужно глянуть, есть ли у неё крылышки, — не дожидаясь одобрения старосты, он перевернул девушку на бок и быстро ощупал спину возле лопаток. — А вот и они, — хмыкнул Армисаэль, и по его лицу пробежала брезгливая судорога. — Только вряд ли они теперь ей понадобятся. Без Рамистара вход в Рай невозможен. Впрочем, как и в Ад. Так что эта девчонка наша, Афаэл. Если прикажешь, я прямо сейчас вырву крылья этой сучке.

— Остынь, — староста качнул головой и вновь склонился над девушкой. — Мы поступим по-другому. Где цепочка от медальона?

— У Миэла.

— Хорошо. Тогда пусть принесёт её мне. Нужно вернуть Натаниэль Рамистар.

— Я понял, Афаэл, — доктор загадочно ухмыльнулся и покинул комнату, повинуясь короткому жесту старосты.

Как только он ушёл, Афаэл вернулся к девушке и, присев на край кровати, долго рассматривал её, время от времени морщась от отвращения. Потом одним движением разорвал на ней тонкий шёлк платья и пробежал взглядом по юному телу.

— Давно я не видел Светлых так близко, — пробормотал староста, ни к кому не обращаясь. — И слишком давно мне не приходилось наблюдать, как они «падают», — он улыбнулся, спрятав в глубине холодных зрачков мстительный огонёк. Потом наклонился и прошептал девушке на ухо: — Не бойся, мой ангел. Ты даже не заметишь, как окажешься в моей власти. И теперь сам дьявол не спасёт тебя! — он накинул на её тело простыню и быстро вышел из комнаты.

(Просмотров за всё время: 4, просмотров сегодня: 1 )
0

Автор публикации

не в сети 3 месяца

СантаФет

169
Будь собой
flag - РоссияРоссия. Город: Москва
Комментарии: 8Публикации: 16Регистрация: 02-01-2021
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
БФ-2БФ-2
БФ-2
Шорты-8Шорты-8
Шорты-8
АПАП
АП
логотип
Рекомендуем

Как заработать на сайте?

Рекомендуем

Частые вопросы

0
Напишите комментарийx
()
x
Пролистать наверх