— А вдруг там джинн? — Алька боязливо пучился на облепленную водорослями бутылку, добытую со дна водоёма.
— А вдруг полиция? — позже он же на студенческой вписке вставал между нами и дверью, увешанной по примеру двери шефа из «Бриллиантовой руки» всевозможными задвижками и цепочками.
Когда мы, не имея приличной работы, купили металлодетектор и стали кладоискателями, Алькино «А вдруг?» изрядно портило нервы. Ему всюду мерещились склепы, непременно с мумиями инопланетян, пребывавших во временном анабиозе.
В каждом конверте Альке виделась повестка из военкомата. Под закрытыми веками пассажира в метро — зрачки рептилоида.
В подвале хрущёвки он заподозрил временной портал.
— Тоже мне! Открыл Америку! — хмыкнул сантехник, шагая в вонючую темень с журчанием канализации.
И не вернулся.
Вместо него с шелестом тропического ветра наверх повалили, ругаясь по-испански, люди в доспехах конкистадоров Кортеса.
У тревожников жизнь — не сахар, это факт.
Рассказ понравился.
А Кортеса, действительно, в беседке не хватает.