Конкурсы

… Мне тридцать пять. Но в эту минуту, когда я встретился взглядом с восьмилетним Антошкой, почувствовал себя снова шестилетним ребёнком, которого пару дней назад оставили у входа в детский приют «Надежда». И будто не было в моей жизни предательства близких, встреч и разлук, взлётов и падений, побед и неудач. На миг позабылось, как я днями и ночами работал на стройках, начинал собственное дело. Вылетело из головы предательство любимой девушки и […]

Сегодня у меня было плохое настроение. На работе погрызся с начальником, нахамили в пивной. Очень похоже на начало бульварного романа, согласитесь. Но моя история – самая обычная, с одной лишь оговоркой – у меня было необычное домашнее животное, которое прогоняло все тревоги. Когда я его гладил, у меня появлялось чувство – да, я снова в седле жизни. И вот, я пришёл домой, поел наспех и отправился в подвал к своему

Жил я скромно, не воровал, не пил и жену не бил. Но она все равно ушла. Надоели ей соевые сосиски. На работе меня сократили, а банк заморозил вклад. Денег нет, сосисок и жены нет. Вешаться, как в анекдоте, в надежде, что жизнь наладится? Последнее, что осталось – телемост связи со Славным Бо. Символ жертвенности и веры в каждой квартире. Важнее холодильника, компьютера и кровати. Словно громоздкий старинный телефон с воронкообразной

Форд «Мустанг» одиноко двигался по трассе. Лучи утреннего воскресного солнца бесновались на белом кузове кабриолета. Стрелка спидометра указывала на отметку «девяносто миль в час». Что за скорость для спортивного автомобиля? Так, баловство. Да и водитель не торопился. Он просто ехал куда-нибудь, не зная направления и не видя будущего. Лёха — так звали его друзья. Сорок три года, хорош собой, владелец бизнеса, при деньгах. Почти год как иммигрировал в Америку. Любимец

Леха-Капуцин, насвистывая, шёл по селу. Он то и дело поправлял на голове новую ковбойскую шляпу, которая отчаянно диссонировала с грязным синим комбинезоном и пыльными кирзачами. В руках Леха нёс видавшее виды седло, а на лице его сияла улыбка. — Привет, Капуцин! Куда намылился? — остановил его дружок Кеша. — На работу, Кеш, на работу! Слыхал, за рекой богач какой-то лошадок разводить собирается? Дык он меня, слышь, конюхом берёт! У него

Я таки успел вывернуть руль и уйти от столкновения с грузовиком ! И где я? Вроде бы руки-ноги и голова на месте, но что это за место? Не помню такого пейзажа, чтобы мимо проезжал. Меня, верно, здорово вынесло с дороги. Хорошо хоть не перевернулся. Сознание, тем не менее, совершенно ясное. Давно не ощущал себя так хорошо. Заодно и погода резко поменялась. Было пасмурно и небо было затянуто свинцовой пеленой облаков,

Ночь была безоблачной и лунной. Темнело уже поздно, ближе к полуночи. Включив настольную лампу, он очертил круг света, отгородив себя от постылого мира, и погрузился в реальность, которая давно уже диктовала сочинившему её автору свои правила игры. Они были просты, ведь он писал незатейливые истории о ковбоях в духе начала прошлого века. Благородный герой, банда злодеев, и томящаяся в местном салуне красавица, уже уставшая ждать освободителя. В детстве Андрей читал

Всё навалилось как-то одновременно и сразу. Сначала к звёздам ушёл отец. Затем жизнь подкидывает новые трудности: он лишается дома и всего, что оставалось. С собой получилось прихватить только короткую саблю и мешочек с остатками денег. Идти, откровенно говоря, некуда. Жизнь скитальца оказывается не такой романтичной, как описывали в книгах. Ежедневные попытки выжить, остаться на плаву и не потонуть окончательно. Кажется, получалось всё это неплохо. У него собирается своя банда. Не

Их оказалось больше сотни — хорошо обученных, прошедших через множество битв, магов. Еще и защитными артефактами были покрыты, прямо как дохлая лошадь — мухами-падальщиками. Темный Властитель знал, что в одиночку с этими противниками не справится: слишком неравные силы. Еще и предыдущие сражения сильно измотали: на этот раз войну его Империи объявили все соседние королевства, в кои-то веки заключившие союз против общего врага. Он осознавал, что пощады не будет. Впрочем, Властитель

Любысток – орловский рысак, терпеть не мог других жеребцов и если бы не решетка, разорвал бы конкурентов в клочья. Именно в него влюбилась Иля. Влюбилась с первого взгляда. Пришла на ипподром, завели её в конюшню, увидела белого коня с черной гривой и влюбилась. — Нет, — сказал Борис Иванович, — эта лошадь только для опытных спортсменов. Для новичков лошади поспокойнее. — Но и её нужно заслужить, — хитро улыбнулся конюх