Не плачь, моя милая мама, я скоро вернусь домой.
Полгода пройдёт — не заметишь, встретишь меня весной,
И вспыхнут сады пионами, и вновь зацветёт миндаль.
Что же ты, мама, прячешься в траурную вуаль?

Гостью свою торжественно встретит Царство Теней:
Я пронесусь над вечностью тысячами смертей,
Мне сумеречной прохладой ноги омоет Стикс.
Что, если мне по сердцу сырость немых гробниц?

Что, если солнце постыло и счёты все сведены?
Пусть воют, рычат и скалятся Цербера три головы,
Стоит меня увидеть — и зверь, точно юный щенок,
С визгом меня встречает, покорно ложится у ног.

Знаю, долгих полгода земля без меня скорбит,
Но взгляда не сводит с невесты неумолимый Аид,
Он стережёт ежечасно, даже когда я сплю.
Мама, милая мама… Что, если я люблю?

Люблю его бледные руки и холод мертвенных губ.
Пусть он бывает грубым, пусть он на чувства скуп.

Мама, мне, право, пресытил лета палящий зной…
Что, если я однажды не захочу домой?