Конкурсы

Тишина полуночной Бакс-Роуд оглушала Хайама. Казалось, каждый шорох прокатывается и исчезает в тёмных переулках зловещим эхом. Хотя злом в этот час был сам Хайам, завершающий свою работу. — Потерпи, сладкая, недолго осталось, — тяжело дыша, прошептал он. Почти полностью парализованная правая рука больше мешала, но левая, поднаторевшая на производстве сигар, довольно ловко управлялась. Один взмах, другой. — Грязь.. Похоть… Четыре пенса за ночёвку в клоповнике… Три пенса за пинту разбавленного […]

Укладывая пакеты с продуктами в багажник, я услышала знакомый голос. И обернулась. В сухонькой плохо одетой старушке узнать соседку по родительскому дому было сложно. Стесняясь, она просила помощи. – Ольга Петровна, это вы? – Машенька, – всплеснула та руками. – А я тебя и не признала! – Вы потерялись? Забыли адрес свой? – Нет у меня дома, – заплакала она. – На улице живу, где придется! И рассказала, как всех

Сергея разбудил телефонный звонок. Снова болела голова. Отыскав сотовый, он ответил: — Да. — Доброе утро, сынок! Как ты? — Всё хорошо, мама. — Таблетки пьёшь? — Конечно. Как же без них. Из недр частного дома донеслись стоны. — Позвоню вечером. Пока! Сергей встал с кровати. Открыл крышку погреба. На земле сидела девушка, прикованная наручниками к трубе. — Отпустите меня! Умоляю! Сергей вспомнил вчерашний день. Пригородная дорога. Его машину останавливает

С небес с любопытством взирал серебряный глаз Луны. Светлячки полётом рисовали узоры в воздухе, вдохновляясь трелями соловья. Где-то бомж затянул про надежду и подвиг земной. К одному из надгробий подошла женщина. Смахнула пыль с плиты. Протёрла табличку. – Давно я у тебя не была. Всё откладывала. Даже не помню почему. С дочкой отношения что-то разладились. Говорит, я на тебя похожа становлюсь. А чем? Приходи как в прошлый раз. Поболта… Ой,

— Спасибо за приглашение выступить, — маленький человек в камуфляже пригладил редкие волосы и оглядел стариков, сидевших в зале «Дома ветеранов». — Я — политрук казачьего батальона, позывной «Моисей». Вернулся с фронта. Рядом с позициями была старенькая церковь. Я подогнал священнику отцу Самаэлю кое-что из наших запасов. «За это, — пообещал он, — научу тебя строить купол из молитв. Защитит от пуль и снарядов». Научил. Перед атакой накладываю молитвенный купол

Две капли света столкнулись в великом ничто и обвили друг друга в вечной муке невозможности слияния. – Ты стала почти прозрачной… – А ты… ты – тьма! Воскликнули они одновременно, разглядывая, перетекая, лаская, подпитывая друг друга. – Она… – Плачет. Не встает. Уснула, наконец. – И ты её оставила? – темный отшатнулся. – Нет… Она хотела хоть одним глазком посмотреть, всё ли с ним в порядке. Вот я сейчас и

Как известно эффект бабочки непредсказуем. Как вам, например, такое событие, случившееся с девочкой Идой? «Сумасшедшая идея,» шепнула она про себя, продолжая кивать и улыбаться. Ей захотелось иметь сорок зубов во рту. «Всё, что нужно сделать, это добавить четыре зуба мудрости снизу и четыре сверху, и я стану намного мудрее. Ведь как я не стать мудрее с восемью дополнительными зубами мудрости?» Но как найти найти хорошего врача: ортодонта, эндодонта или мастодонта?

Галактическая экспедиция вернулась на Землю через двести лет. Вместо людей путешественникам пришлось общаться с Искусственным Интеллектом. – Это ужасно! – не скрывая слёз Люси отвернулась от экрана. Эд хмуро кивнул, оставив попытки найти живых: – Никого. Похоже, мы действительно последние… Объяснение ИИ угнетало. Нолан оказался гением. Ему удалось создать вирус-миротворец, не вредящий организму. Тот запрограммировано и безотказно подавлял все проявления агрессии: снижал уровень адреналина, регулировал электрохимический потенциал клеток, в общем,

Вовчик ненавидел шоппинг. Зайти в магазин его заставляла только чрезвычайная нужда. Как в этот раз – когда лопнула подошва любимых ботинок, а вчерашний ливень доказал, насколько критичен ущерб. Вовчик вошёл в обувной отдел и потерялся в параллелях километровых полок. Мужская летняя миля была уставлена ботинками белого, кофейного и серого цвета. А он хотел сизые, как погибшая пара. Вовчик уставился на шеренги башмаков типа: найди десять отличий. Зачем столько? – обозлился

– Что не так? – Вскрикнула юная майко, получив удар увесистым веером по пальцам. – Размешивать чай можно только по часовой стрелке, – строго ответила госпожа Оима. – Да какая разница? – Большая, и ты это знаешь. Продолжай, – невозмутимо ответила гейша, но девушка отставила чашку, закрыла лицо руками и заплакала. Госпожа коснулась ее плеча и стала молча ждать, пока поток слез иссякнет, и юная Масако сама расскажет, что ее