Конкурсы

Музей восковых фигур расположился в старинном одноэтажном доме. В полутёмном фойе Зою встретила девушка. – Добрый вечер! – она приветливо улыбнулась. – Вы у нас впервые? – Да, – ответила Зоя. – Говорят, у вас много интересных экспонатов. На самом деле ей хотелось скоротать два часа до поезда. – Вы не местная? – девушка зашла за стойку кассы. – Я приезжала на курсы. Вот осталась последняя достопримечательность. – Меня зовут […]

Взошла луна. Кроваво-красно заглянула мне в глаза и взорвала лёд забвения, сковывавший реку памяти. Я захлебнулся в хлынувших воспоминаниях, стремительно уносивших безмятежную отрешенность. Я бреду по старому, но очевидно процветающему особняку. Местные верят — этот дом чувствует заветную мечту хозяина. И исполняет. А в обмен забирает самого малозначимого для хозяина обитателя. Когда подписывали договор купли-продажи, даже немой из соседней деревни так отчаянно жестикулировал «Беги!», что любой бы призадумался. Но отец

«Неужели призрак Белой Леди действительно существует?» — мелькнуло в голове у Сары. Она спешно отодвинула засов и выскочила в тёмный коридор. Несколько секунд царило безмолвие. Затем справа послышался стон. Девушка побежала в ту сторону. Звук вывел на скрипучие деревянные ступени, где каждый шаг зловеще отдавался на несколько этажей. Два пролёта вниз Сара преодолела на одном дыхании. Темнота вокруг не позволяла почти ничего разглядеть, так как во всём замке окна были

Лиззи очнулась, будто от толчка. И действительно, ее покачивало и подбрасывало на ухабах. От трясучки ударяло головой о шершавые доски. — Что это? Выпустите меня! Она пыталась выбраться из узкого короба, ломая ногти. Снаружи доносился только скрип колес старой телеги. — Тише, девочка, тише, — раздался глухой голос, — мы почти приехали. Гроб с Лиззи бесцеремонно стащили с телеги, проволокли несколько метров по земле и столкнули в яму. Лиззи охнула,

Кровавая Луна всходила над башнями старого замка Пу. Стук у ворот прервал любовные игры наследного принца Ви Де Пу и леди Са Ва. — Это ваш брат! Нам пора на бал, а это не только танцы, но и насыщенный вкусностями пир! Вы с нами Ми Леди? Будет весело, граф Кроль Де Вамп такой выдумщик! Леди Са Ва томно потянулась, обнажив плечо с меткой Кровавой луны, — Позже, сир, я ещё

– Геральд! Мужчина в очках оставил телескоп и обернулся на звонкий голос, раздавшийся из-за спины. Дама в кружевном белом платье с жабо на груди стояла в центре астрономического зала, едва ли касаясь подолом пола. – Бельма, ты не спишь? От Плутона до Солнца было семь шагов, но даже с него он заметил печаль в её глазах. Когда же он взял её холодную руку, та вцепилась в его ладонь тонкими худыми

Жорж осмотрел собрание: — Мы несем большие потери. Наших женщин убивают беспощадно, день за днем. Они гибнут от новейшего оружия противника, но все равно лезут на рожон. Они защищают будущее. Но мы — мужчины — не должны стоять в стороне! Молодой помощник поднес Жоржу свежей крови, тот попробовал и сплюнул: — Говорил же, рыбью не давать! Вонь на всю Поселковую. Помощник ретировался. Жорж откашлялся: — Сегодня, в главный наш праздник

Леди Эвелин крепче сжала поводья и сильнее пришпорила коня. Бедный Ворон и так мчался во весь галоп, а после этого вовсе превратился в чёрную молнию с развевающейся гривой. Благо, ночь была лунная, а дорога пролегала через поля, отделяющие соседние графства. Штефан. Появившийся на соседней земле, молодой человек с лёгкостью влился в аристократический круг. Закружил, обаял, очаровал женщин балами и шумными приёмами. Мужчины были без ума от его рассказов о путешествиях,

За старой церквушкой кладбище. В мрачной темноте притаились кресты и надгробия. Застрекотали, словно жалуясь на судьбу, сверчки. Ночная птица ухнула и замолкла. Пастью раненого зверя чернел вход в заброшенный склеп. Лишь луна мерцала бледным светом, словно окропляла церковным кагором все вокруг. Вдруг на тропинке появились парень и девушка. — А может не надо? Я слышала, здесь видели кровососа. – прижалась девушка к парню. — Глупости, ночью здесь точно никого нет.

Эта ночь в последнюю неделю месяца Кун — особенная. Жители Тремсвиаля называют её Блаутмауннэхт — Ночь Кровавой Луны. Ближе к полуночи ночное светило затягивается багровой пеленой. В эту пору нечисть обретает особую силу. Большинство людей в эту ночь сбивается в дрожащее от ужаса стадо. Есть и те, кто берёт на себя роль пастырей. Как бургомистр, выступающий сейчас на городской площади с успокаивающей речью или епископ, стоящий одесную его и молча