Оля споткнулась, с грацией осьминога, которого вдруг поставили на роликовые коньки, преодолела несколько метров, но устояла. Выругалась сразу по двум причинам. Первая – подошва таки отошла от носка кроссовки. Вторая – она проскочила поворот и теперь шла по дорожке парка. Это было дольше, а «дольше» Оля не могла себе позволить, ведь дома ждал он. Она тоскливо попрощалась с широкой аллеей и весёлыми яркими фонарями и повернула к короткой дороге.
Короткая дорога жалась между долгостроем и стихийной свалкой. Управляющая компания обещала убрать её «в ближайшее время», но ближайшее время никак не приближалось.
– Эй, красавица! – раздалось сзади. – Чего грустная? Иди к нам, развеселим!
Она ускорила шаг. Они тоже.
– Да ладно, мы хорошие! – засмеялся один и перешёл на бег.
Оля сорвалась с места. Топот, смех, свист рванули за ней. А потом один из парней заорал. Так орут, когда совсем теряют голову. Девушка испуганно обернулась. Парень постоял мгновение, и его тело медленно осело на дорожку. Головы не было. Что-то огромное когтистыми лапами ловко запихнуло её в мешок. Прямо из ниоткуда выскочило второе нечто. Бросилось к оставшемуся парню, но не успело. Короткий хруст, и первой голове уже не было так просторно в мешке.
– Два! – забывшись, радостно запрыгал первый тролль. Его запоздавший напарник поднял лапу для проясняющего сознание подзатыльника и тут заорал так, как орут, когда у тебя голова на плечах и смотрит, куда надо:
– Убегает!
Оля неслась стремглав, пулей, фотоном, стремящимся покинуть чертоги беспросветного безумия. В вакууме у фотона были бы все шансы. Но тропинка от стройки до дома была так плотно набита ухабами, выбоинами, корнями, ветками, битым стеклом и прочим веществом, что, не добежав до своего подъезда, Оля задыхаясь села прямо на дорогу, сжалась в комочек и закрыла голову руками.
Рядом заскрипели когтями по асфальту. Потом её чуть потыкали когтем в бок:
– Ну ты это беги… иначе твоя башка не засчитается.
Сил хватило только прошептать:
– Я в домике.
Тролль с непустым мешком немного помолчал и хрипло уточнил:
– Где?
– В домике… Как в догонялках…
– Хватай башку и бежим. Время поджимает, – посоветовал монстр с пустым мешком.
– Она, вроде, говорить умеет. Околесицу, правда, несёт… Может сумасшедшая?
– Я не сумасшедшая, –обиделась Оля.
Тролли посмотрели на неё с явным сомнением. Тролль с пустым мешком – ещё и с укором:
– Не годишься, проиграем из-за тебя, – кивнул на её ступню. Ступня кровоточила. Оля и не заметила, что подошва оторвалась полностью и пятка познакомилась с парой осколков. – У нас ведь турнир ежегодный. Головоборье. Кто больше соберёт голов за ночь. Но есть правила. Охотиться на больных и раненных, например, – ни-ни. Правила – важно.
Оля о чём-то думала:
– А если не соблюдают?
– Тогда наказание, позор.
Оля задумалась глубже:
– Как место выбираете?
– Это уж куда наобумная магия отправит. Мы только площадки для тренировки сами ищем. – Тролли потопали прочь. Один из них обернулся, махнул пустым мешком: – Может, и не вернемся больше никогда. Место-то неурожайное.
– Нужна помощь с площадками?
Тролли мгновенно оказались рядом.
***
– Где шлялась? – Он даже не дал договорить. Удар оказался неожиданным. Оля упала. – Какая ты неловкая. Ушиблась? Осторожнее надо, – протянул руку помочь встать.
Оля поднялась сама, первый раз за долгое время посмотрела ему в глаза и холодно улыбнулась. «Дорожная карта: абьюзивный газлайтер, свалка, гниющая стройка… Можно всё-таки навести порядок в доме. Надо только правильно организовать тренировочный процесс».
Забавная история. Этакий ироничный ужастик. Читается легко, написан мастерски. С чувством юмора у автора, видимо, полный порядок. Как, впрочем, и с фантазией. «Головоборье», «наобумная магия» – что за прелесть! Автор явно хочет сделать мир лучше, и не важно, что это происходит посредством троллей-спортсменов и запуганной мужем девушки-наводчицы. Цель оправдывает средства. Я бы с огромным удовольствием время от времени проводила бы ночное головоборье в городах и весях.
Да ну, мне не понравилось. Даже не знаю как реагировать, но тема вроде соблюдена
Сперва прошёл мимо. Но правила обязывают оставить семь коментов.
Головоборство — это, конечно, зачётная фишка. Вот только правило не трогать раненых — шито белыми нитками. Автор умело привёл к моменту торжества справедливости (я так понял, расправой над обидчиком Оли). А вот причина, по которой она сама избежала злой участи, выглядит не убедительной.
По старым правилам поставил бы средний балл, а сейчас никакого.
В каждой избушке свои погремушки. Кто кто злой и бьёт, тому голову сшибёт. Хорош себе любимый маршрут. У троллей? Нет, вроде они в одно место не попадают, а для Оли и подавно маршрут жуткий и не любимый дома ждёт
Рассказ динамичен: каждая сцена меняет ситуацию, а неожиданные повороты и всё такое.
Тролли — не просто чудовища. У них своя логика, свои правилами, свой кодекс чести. Удачный эпизод — сцена с детским «Я в домике». Обычная фраза из детской игры — предмет серьёзного обсуждения. Намонинает анекдот о сумашедших: «Я в танке».
Интересно, что монстры оказываются цивилизованнее людей. У них хоть существуют правила. И на этом фоне домашний абюзер выглядит монстром без правил.
Однако по мере чтения возникло ощущение перегруженности. В рассказе одновременно несколько разных историй: социальная драма о домашнем насилии, реалистический триллер с преследованием, юмористическое городское фэнтези с троллями и притча о том, что настоящие чудовища далеко не всегда так выглядят.
Каждая из этих линий работала бы сама по себе, но вместе начинают конкурировать.
И отсюда возникает ещё одно ощущение —искусственное нагнетание сочувствия к героине. Сначала подошва, затем опасная дорога, потом хулиганы, тролли, и наконец абьюзер. Каждое отдельное испытание убедительно, но вместе они создают впечатление, что автор слишком настойчиво старается жать на педаль жалости.
Кроме того, если героиня обычно ходит этим маршрутом, то реплика абьюзера «Где шлялась?» выглядит неестественно, если только это не обычная форма его поведения, когда повод для агрессии находится всегда независимо от обстоятельств. «Ты виноват лишь тем, что хочется мне кушать».
Есть и вопросы к теме конкурса. В начале рассказа короткая дорога воспринимается как вынужденный выбор: Оля идёт по ней вовсе не потому, что его любит, а потому что не может позволить себе задержаться — дома её ждёт человек, которого она боится. Тогда почему маршрут любимый? Горькая ирония?
Конечно, с другой стороны «любимый маршрутом» может быть путь автора через все идеи, которые ей жалко выбросить. Но это уже догадка.
Возможно, любимого маршрута не было до появления дорожной карты. а потом карта тренировок им и стала. жаль, что это не прописано и приходится додумывать
Для этого и высталяют рассказы на конкурс, чтобы узнать, что нужно еще додумать. )
Поскольку тема задания «Любимый маршрут», постольку вынужден соответствовать статусу и цепляться к всему, связанному с географией… и культурой!
Касательно пространства: урбанизация показана с её непривлекательной стороны. Здесь и логистические сложности, и структура селитебного ландшафта, и проблема отходов, и социальные проблемы… Короче, всё то, что критиковали со времён Лао-цзы и Руссо. Образность, безусловно, хороша. Игра словами — не менее.
С другой стороны, не могу себе объяснить странное освоение темы Автором. Действительно, сложно представить ЛЮБИМЫМ маршрут, имеющий гарантированным финишем встречу с насилием. Как там называются те, кто любит боль?.. вспомнил, спасибо!
О фэнтезийной составляющей. Русский язык у троллей — и никакой условности, сие поясняющее! Такой подход характерен для большинства Авторов, и это не радует. Кивать на объём нечего, ведь голова-то не у троллей в мешке, а в домике… то бишь, в Беседке обретается! Можно было либо придумать объяснение, либо сменить сюжет, а в этом виде выглядит недоработкой — как если бы французское вступление в «Войну и мир» заменить каким-нибудь Бейсиком или Фортраном для удобства читателей ХХХ века. Ещё один вопрос — урезанный донельзя финал, слишком протокольно и чужеродно выглядящий рядом с «играми разума троллей». Что до фонтанов крови, неизбежных при отрывании головы живого человека, то оставляю их Автору на память, чтобы не забывал в следующий раз. Короче говоря, мелкие недочёты мешают целостному восприятию текста.
Но аллюзии, несомненно, вызваны. Держите, из Владимира Владимировича:
Молнию метнула глазами:
«Я видела — с тобой другая.
Ты самый низкий, ты подлый самый…» — И пошла,
и пошла,
и пошла, ругая.
Я учёный малый, милая,
громыханья оставьте ваши,
Если молния меня не убила — то гром мне,
ей-богу, не страшен.
Шероховатый текст. Есть вялые фразы, вроде «как орут, когда у тебя голова на плечах и смотрит, куда надо» — чтобы это значило? Или «непустой мешок», или «пятка познакомилась с парой осколков» — кривые какие-то фразы.
Финал понятен, но сама по себе формулировка — невнятная. Оля сообщила троллям, где работает её парень-арбузер? Или домой их привела? И вот еще, никакой подводки к финалу нет. Стоило бы добавить хоть каких-то переживаний героини по поводу того, что она задержалась и дома её ждут побои. Иначе — рояль в кустах.
Как и в рассказе №8 «Кубань-…», здесь тоже как бэ намякивает (только уже не финал, а начало) : «Это было дольше, а «дольше» Оля не могла себе позволить, ведь дома ждал он.»
Более нехудожественную фразу поискать ещё надо.
Ничего себе скачок скоростной.
Чертоги вроде душевное пространство. Перебор с гиперболой даже для стройки.
Автор не оставляет физике никаких шансов. А на ночной стороне Солнца свет не ускользнул бы от троллей?))
Это ж надо такое выдумать. Хотя, если подумать, противоречия с физикой нет. Но это совершенно неуместная образность.
Очень коряво написано. Сюжет совершил газлайтинг с моими чертогами.
Я прямо критик-абйузер на этих бриджах))
Феноменально корявый текст. Настолько корявый, что понять его почти невозможно. Какие фотоны? Какие тролли? Какое отношение имеет последний абзац ко всей истории? Видимо, чтобы это понять, надо перечитывать рассказ снова и снова, но к такой пытке я не готова.
Мутное какое-то окончание. Это надо читателю лезть в Тырнет, чтобы узнать, что такое «абьюзивный газлайтер». Наверное, Илья Лукошкин писал. Уж очень тролли напоминают тренированных физически крепких милых его сердцу доставщиков: куда наобумная магия пошлёт…
Но, видимо, надо ставить десятку, а то придёт ещё Ольга, да как направит по любимому маршруту с битым стеклом мимо свалки и заброшки…
Кстати, борьба между кланом Ктулху (Ольга была осьминогом, я правильно понял?) и залётными троллями отображена довольно выпукло, зримо. За это автору зачёт!
Здравствуй, уважаемый Автор!
Понравилась история. Микс из реализма и фэнтези заставили мозг представить строки в виде короткометражного фильма. Предположения по авторству нет. Возьму в свой ТОП (третьим или четвёртым).
Желаю успехов в творчестве и новых побед!
Неужели Оля жила с таким партнером, справедливым наказанием которому служит оторванная голова? Тогда и Оля — потенциальная пациентка психопатолога. «Ужасный век, ужасные сердца». Спасибо, автор.