Лена стояла у раковины. В руках у неё была обеденная тарелка. Она взяла её со стола, окунула в мыльную воду, провела губкой по кругу, ополоснула и поставила в стопку чистых тарелок.
За её спиной звучал уставший голос мужа: он что-то рассказывал про работу и нового мастера и про то, что нужно починить замок.
Лена в мыслях считала: «За смену я укладываю примерно восемьсот кирпичей. Это если без брака. Если с браком — выходит меньше. Восемьсот раз я наклоняюсь, восемьсот раз я поднимаю и кладу кирпич. За пять дней в неделю — четыре тысячи, за месяц — шестнадцать тысяч, за год получается двести восемь тысяч…»
Женщина продолжала мыть посуду. Её движения были доведены до автоматизма: губка, провести круг, ополоснуть, поставить.
Вдруг она замерла. Её мокрая рука зависла над сушилкой. Она оглянулась и увидела ровные, аккуратные ряды посуды.
— Я — робот, — прошептала Лена. Её губы двигались чётко. По щеке скатилась слеза.
Врëте вы всё! Я мою посуду, и от этого не начинаю чувствовать себя роботом. Натуральные физические кирпичи не кладу, но в философском плане работа похожа. Видимо, всё это женские заморочки?
Кирпичи и посуда отсюда вывод: все мы роботы в этом мире. Идея Дюда #1